— Его сыновья — предатели. Они убили семью зеленых герцогов, подобное не зря карается смертью.
«И очень хорошо расследуется, — добавил про себя Дэмин. — Именно поэтому ты можешь спать, не запирая свою спальню тысячей замков на ночь. Твой брат бы давно убил тебя, не бойся он казни». Но вслух он сказал другое:
— Да. Это вопрос воспитания. — Дэмин поставил чашку на стол, и она звякнула о нефритовую пластину. — Но дочь Теренера не выглядит подавленной. Это ли не удивительно?
— Кьяра не разделяет безумия всех красных змей, — поспешно начал объяснять Ив. — Она — умная и добрая девушка. И я слышал, ее воспитывал не отец.
— Почему?
— Сфатион предпочел все вложить в сыновей, насколько я понимаю. Ходили слухи... — Ив понизил голос, будто на этой пустынной и усыпанной искусственными цветами террасе кто-то мог услышать его слова. — Что она дочь не жены, а наложницы. И что он сам эту наложницу повесил за измену. Ну как слухи... — Ив заговорщицки улыбнулся. — Ко мне приезжал торговец из Красных земель, он напился и рассказал. Якобы ему это сболтнул один из воинов Теренера. Кьяру жалко, конечно, но я бы не обрадовался, будь она одного духа с ее отцом. Он сложный человек.
Эти слова отозвались в душе Дэмина сильнее, чем он ожидал. Смутный образ брошенной девочки, боящейся и ненавидящей отца, изгнанной, чужой красному герцогу и напоминающей ему о его унижении, неожиданно пробудил в нем что-то.
Он остановил себя, не давая разгореться этому ненужному чувству, лишь отметив, что подобная реакция, пусть и мимолетная, обычно не возникала раньше.
«Ее история, если Ив не заблуждается, все только облегчает, — вернул себя к верной линии Дэмин. — Она даже сопротивляться не будет».
Побыть спасителем, предложив ей оказаться в его полной власти, стать доверенным лицом, открыть «истину» о том, что происходит. Возможно, влюбить девчонку в себя — и создать из нее не только испорченный образ, но и оружие, способное уничтожить Сфатиона. Ни у кого не вызовет вопросов дочерняя ненависть к несправедливому отцу.
— Как она проявляет себя? — поинтересовался Дэмин.
— Она очень славная, но ведет себя как дикарка, — пожал покатыми плачами Ив, и его круглый живот подпрыгнул. — Да вы сами видели. Везде таскается со своим стражником. Я уверен, хранит в комнате меч. Нас с Даникой избегает, зато вовсю болтает с прислугой, а недавно и вовсе, представьте себе это, помогала птичницам ловить разбежавшихся по двору кур. И хохотала при этом, как леди не положено. — Он с улыбкой развел руками. — Но и это не самое главное. Тана постоянно оставляет снаружи спальни, не понимает, что так он только дымится больше. И иногда, когда украдкой глядит, кажется, что у нее что-то на уме, что она вот-вот перемахнет через стену и будет такова.
— Очень проницательно, — усмехнулся Дэмин.
— Ее отец говорил, что Кьяру нельзя выпускать, — признался синий герцог, снова залпом опустошая чашку, которая в его руках казалась игрушечной. — Он даже не оставил ей портальных окон.
— Какая искренняя забота, — задумчиво протянул Дэмин. — Если бы ей угрожала опасность, она даже не смогла бы сбежать.
— Вы думаете, что в Стратаците опасно? — оскорбился Ив Стелер.
— Нет, что вы. Но Сфатион Теренер не мог быть в этом уверен.
— Я дал ему слово, — настороженно ответил герцог.
Вряд ли Сфатион поступил так случайно. Лекарь был уверен: причины у него имелись.
И конечно, Дэмин Лоани не был бы собой, если бы доверился только лишь признательности юной девчонки. Ее следовало сковать — связью, болезнью, клятвой. Чем угодно.
— Девушка больна, Ив, — невзначай обронил он.
— Д-да. — Ив налил в чашку еще золотистого отвара лепестков. — Сердце. Но вы сможете ее вылечить, вы — лучший лекарь Империи.
— Некоторые болезни требуют глубокого изучения, — заметил Дэмин, вставая. — Я предлагаю вернуться к этому...
.
И тут прямо в каменной стене за спиной Ива открылся портал. Всего миг — и в руках Дэмина оказался отравленный воздушный клинок, а в двух шагах перед порталом вспыхнула огнем круглая ловчая сеть.
— Подождите, ради Света! — замахал руками Ив. — Это Даника!
И действительно, из проема появилась встревоженная, растерянная герцогиня. Она остановилась перед светящейся багрянцем сетью, не понимая, что ей делать. Жар оплавил ей край юбки, и она, вскрикнув, отступила назад — к стене, покрытой паутиной трещин, оставшейся от уже закрывшегося портала.
Дэмин махнул рукой — и сеть распалась и взвилась искрами вверх, пропадая в тени высокого потолка. Клинок тоже растворился в его руках — только упали на деревянный пол капли парализующего яда.
— Никогда такого не видел, — сглотнул Ив, испуганно вглядываясь в спокойное лицо Дэмина. — Свет, как же вы... Вы же не шептали? Как вы сделали это? Я думал, снадобья и исцеляющие заговоры...
— Ив, — остановила его жена. — Прошу прощения за то, что помешала вам. У нас с Ивом всегда с собой ведущие друг к другу порталы, — объяснила она чуть смущенно. — Я не знала, что появлюсь так близко, никогда не пользовалась портальным окном раньше. Ситуация, сложившаяся в Стратаците, требует вмешательства синего герцога. Лучше прямо сейчас.
— Когда меня нет, должны слушать Тана, — пробормотал Ив, вставая.
— Тан — как раз активный участник конфликта, дорогой. — Даника покосилась на Дэмина. — И его невеста.
***
Вместо того чтобы ночевать в Страце, Дэмин решил вернуться в Стратацит. Мысль, которую он все гнал от себя, не давала ему покоя, зудела где-то в глубине.
Сберегая покой Стелеров, обычно он открывал портал между специальными столбами перед главными воротами, но в этот раз ему хотелось избежать привычного ритуала приветствия прислуги, которой, конечно же, велено было будить герцогов при его появлении.
Стояла глубокая ночь, до рассвета оставалось несколько часов. Все обитатели замка уже должны были спать, и это было Дэмину на руку: с одной стороны, тайное возвращение не сделало бы его мишенью удушливого внимания, с другой — не вызвало бы вопросов: после исцеления подданных каждой знатной семьи Синих земель лекарь вполне мог желать отдохнуть.
Кроме того, с девчонкой можно было поговорить ночью: сложно переоценить эффект, который на мятущиеся юные души оказывают тайные ночные разговоры, и то, какими податливыми романтике и необычности момента эти души становятся. Уже сейчас ее стоило раскачивать, удивлять, выбивать опоры из-под ног — и предлагать опереться о его руку. Подогретое появлением Дэмина ощущение, что она не находится в Стратаците в безопасности, должно было смениться сильнейшим облегчением от его слов — и доверие девушки быстро возросло бы, даже не пойми она этого. Подобные эмоциональные качели позволяли в короткий срок приручить почти кого угодно, что уж говорить о верящей в сказки о добрых лекарях девушке минимум в пятнадцать раз моложе его самого.
Как давно он не занимался подобными вещами сам! Это было почти волнительно.
.
Как и все резиденции правителей земель, Стратацит был хорошо защищен от перемещений из-за его пределов. Открыть портал из Стратацита было можно, но внутрь замка нельзя было попасть с помощью портального окна — именно такие артефакты использовали простаки и большинство шепчущих. Талантливые шепчущие, умевшие открывать порталы с помощью многоуровневых заговоров, тоже столкнулись бы со сложностями: силовой купол не пропустил бы заклятие вглубь, так что им пришлось бы довольствоваться проемом где-то в небе над замком, что, скорее всего, привело бы к смерти неосторожного гостя.
Но Дэмин не был ни тем, ни другим. Открывая портал, он не шептал — а прорезал пространство мыслью. Даже имей синие герцоги представление о том, что и такое бывает, они бы не смогли позволить себе защиту от подобного. Для этого нужно было договориться с другим владеющим этой системой магии шепчущим, а их в Империи насчитывалось не больше двух десятков — и ни один не работал за деньги.
Поэтому Дэмин просто открыл портал прямо в покои дочки Теренера — и, ожидаемо не встретив сопротивления защитного купола, ступил в тишину крупной и унылой комнаты.
