чувство, которое оказалось сложно с чем-то сравнить. Кончики пальцев покалывало, суставы сводило ломкой, как обычно бывало только при сильной лихорадке. Но вскоре дискомфорт прошёл. По венам заструилась сила.
Виолетта удивлённо замерла и наблюдала, как резко побледнело её собственное отражение. Поддавшись необъяснимому порыву, она прислонилась рукой к зеркалу, будто отражение могло ответить на все вопросы. Зеркало тут же завибрировало. Вибрация усиливалась с каждой секундой. Неприятный звон эхом отдавался в ушах. Мощный заряд непонятной энергии обжигал ладонь. В следующее мгновение зеркало сильно затряслось и начало покрываться маленькими трещинами. Затряслись разом все шкафчики. Лампы одновременно вспыхнули.
— Какого чёрта! — Виолетта резко отпрянула назад.
Как только она разорвала контакт, всё замерло, будто ничего странного и не происходило. И только трещины на зеркале позволяли понять, что это было реально.
Магия…
Девушка уставилась на медальон. Едва сдержалась от желания сорвать его с шеи. Она не знала, что нарзенские медальоны наделены магическими свойствами. Иначе это объяснить нельзя. Видимо, каким-то образом, ей удалось воспользоваться этой магией. Случайно. Странное чувство. Кончики пальцев до сих пор слегка покалывало.
Этот эпизод должен был напугать девушку, но она оставалась непривычно спокойной. Даже не понаслышке зная, что магия творит с простыми человеческими телами. Виолетта отчётливо помнила тот страшный эпизод, когда заглянула как-то в гости к Тимуру ещё в начале их отношений. Он живёт в трейлере в самом бедном районе Танара. Условия жизни там намного хуже, чем в любой другой части города. Нужный трейлер пришлось ещё поискать, поскольку все они похожи друг на друга. К счастью, тогда помог какой-то встречный пьянчужка. Благодаря ему Виолетта успела вовремя, чтобы застать Тимура на полу внутри трейлера. Его конечности сводило судорогами, изо рта шла пена, глаза закатились и полностью налились красным. Это было ужасное зрелище. Лекари смогли его откачать, но если бы девушка опоздала всего на несколько минут…
После этого случая Тимур пообещал завязать и действительно держится до сих пор. Виолетта должна бояться тоже случайно подсесть на эту иглу, но то, что произошло, её не испугало. Наоборот, расслабляло, наполняло приятным спокойствием. И всё же девушка решила, что необходимо избавиться от медальона в самое ближайшее время. Пока не стало поздно.
Виолетта размышляла об этом всю дорогу. К несчастью, в холле она столкнулась с надзирателем. Это был мужчина средних лет с грубой щетиной на лице. Такой же грубой, как и он сам. Ей пришлось выслушать много оскорблений в свой адрес прежде, чем вернуться на Пятую улицу. Очень неприятных, но осадок не остался — магия до сих пор питала её жилы и вытесняла все негативные эмоции.
Громкий голос Зака послышался задолго до того, как Виолетта дошла до своих напарников. Рыжий микор безуспешно пытался убедить Гектора спалить весь мусор. Похоже, он убеждён, что все демоны обладают какой-то мощной магией. Вот только идея устроить пожар в некогда сгоревшем квартале звучала на редкость иронично. Виктория с явной злостью кидала мусор в большой чёрный пакет. То, что не боится испортить свежий маникюр, говорит о многом. Не иначе, как Зак опять чем-то разозлил. Только Захар молча выполнял работу и не обращал внимания на напарников.
Как оказалось, грязи на улице не слишком убавилось.
— Тише вы, надзиратель скоро придёт, а он и так сегодня не в духе! — строго прикрикнула на напарников Виолетта. В частности, на Зака.
— О, мамочка вернулась! — захихикал Зак.
Девушка бросила на него такой взгляд, от которого он тут же стушевался. Работа между тем продолжалась.
— Симпатичная вещица у тебя на шее! — спустя какое-то время заметила Виктория. Голос прозвучал игриво, по пухлым губам переливалась лёгкая улыбка. Похоже, от недавней злости не осталось и следа.
— Да… это фамильная ценность! — едва разборчиво пробормотала Виолетта и неловко застегнула молнию комбинезона до упора.
Виктория скептически хмыкнула:
— А я раньше не замечала его у тебя!
— Гхм… Нашла среди старых вещей.
Но подруга и не ждала искренних объяснений.
— Можешь не оправдываться, мне так-то всё равно! — пожала она плечами. — Просто не забывай прятать от посторонних глаз, а то его легко спутать с медальонами патрульных.
Конечно, ведь это он и есть!
Виолетта промолчала. Больше они не разговаривали. Девушка раздражённо собирала мусор и устало размышляла о том, как ей всё надоело. Вырваться бы из этого города… Да вот только для микора это крайне сложно, а для преступницы… невозможно!
Домой она возвращалась вместе с Викторией. Девушки жили в одном квартале, но на разных улицах. Дошли без происшествий. Только лай бродячих собак заставлял кровь холодеть в жилах.
В осеннюю пору темнеет рано, и весь Танар, за исключением развлекательных заведений, засыпает с наступлением темноты. В Жилом квартале очень много небольших двухэтажных домиков. Чердаки слишком малы, чтобы считать их за отдельный этаж. Дома стоят так близко друг к другу, что каждый микор в состоянии наблюдать за тем, как живёт его сосед. Но, к счастью, здесь такое не принято, да и всем не до того. Танарцы вынуждены работать, и в конце рабочего дня уже нет сил интересоваться чужой жизнью. Думают только о том, как прокормить семью. Лишь бы детям хватило на учёбу, и на праздники немного отложить.
До полуночи ещё осталось пару часов, а свет в окнах уже давно погас. Фонарей здесь мало — качественнее всего освещаются центр города и богатые кварталы. Виолетта попрощалась с Викторией, и девушки разошлись в разные стороны. Идти было не страшно — эйфория от магии проходила медленно.
Её посещали мысли, как же всё-таки красив и таинственен Танар ночью. Безоблачное небо размывало мрачные тени на дороге. В этой тишине можно спокойно услышать собственные шаги. В летнюю пору особенно хорошо возвращаться домой поздно ночью и слушать умиротворённое трещание сверчков. Их трель наполняла улицы жизнью, поднимала настроение и невольно заставляла наслаждаться каждой минутой своего пути. Многие танарцы постоянно жалуются на сверчков, но Виолетта всегда видела в них какое-то очарование.
Есть ещё одна причина, по которой девушка так любила гулять по улицам родного квартала ночью — воздух необычайно чист и прекрасен. Производственная деятельность завода прекращается, и едкий дым перестаёт отравлять кислород. Можно почувствовать ароматы цветов, травы и свежести. Если верить правительству, этот дым безвреден как для растений, так и для живых существ. Должно быть, не лукавят, поскольку все растения выглядят здоровыми, да и микоры из бедного квартала не страдают никакими недугами. Только теми, что вызывает тяжёлый ручной труд. Особенно тяжело шахтёрам. Но дым всё равно достаточно густой и имеет неприятный запах.
