Титана. Или же, наоборот. Не дать чему-то, что может находится внутри вырваться наружу.
— К счастью, наши опасения оказались беспочвенны, — пояснил он, заходя внутрь шлюзовой камеры.
— Ты уже был внутри? — спросило Леонид, заходя следом за ним.
— Да. Несколько раз. Внутри корабля полный вакуум. Там нет вообще ничего.
Трое мужчин зашли внутрь. Двери за ними закрылись, герметизируя камеру. Следом заработали насосы, откачивая состоящую из азота и других примесей атмосферу Титана. Как только давление внутри шлюза пришло в один уровень с давлением внутри самого корабля, внутренние двери шлюзовой камеры открылись.
— Пойдёмте.
Эолия без страха шагнул внутрь в сопровождении Леонида и следовавшего за ним Сабуро. За ними внутрь влетели нескольких небольших дронов, парящих в воздухе. Маленькие роботы снимали всё происходящие записывая картинку на свои камеры.
Внутренние помещения корабля встретили людей гробовой тишиной. Не было ни единого звука. Внутри просто не осталось ничего, что могло бы способствовать распространению звуковых волн. Это походило на то, как люди в старости входили в древние гробницы. Тёмные. Мрачные. Безмолвные.
Леонид шёл по коридору, без остановки вращая головой и смотря по сторонам. Идущий рядом с ним Сабуро вёл себя точно так же. Оба учёных оказались захвачены происходящим, как дети в рождественскую ночь. И в каком-то смысле это даже можно было назвать правдой. Ведь они получили самый лучший подарок, какой можно только себе представить.
И в тоже самое время оба они не могли отогнать странное, едва ощутимое чувство неправильности происходящего. Леонид ожидал увидеть что угодно внутри инопланетного корабля. Но переполненное безумными фантазиями сознание оказалось не готово к суровой непредсказуемости реальности.
— Этот коридор... — Леонид резко развернулся и посмотрел назад. Даже сделал шаг назад к шлюзовой камере. — Он горизонтальный!
— Всё верно. Он расположен в одной плоскости по отношению к оси двигателя, — подтвердил его слова Эолия.
Зашедший внутрь за ним Сабуро тоже подметил эту непонятную странность в строении внутреннего пространства. Современные человеческие корабли строились по принципу «небоскрёба», где каждый уровень находился перпендикулярно направлению движения. Таким образом тяга маршевого двигателя создавала эффект «притяжения». Это давало искусственную гравитацию во время движения судна и тем самым снижало негативные последствия нулевой гравитации на человеческий организм.
Но здесь, всё было иначе.
— Но это же глупость, — Кобояши даже присел у пола, чтобы убедиться в том, что и сам не ошибся. — Любой достаточно сильный импульс двигателя превратит его в шахту для всякого кто...
Сабуро в друг замолчал, осенённый внезапной догадкой.
— Искусственная гравитация! Неужели они...
— Так и знал, что это будет первое о чём вы подумаете, — послышался в динамиках шлема довольный голос Эолии. — Но давайте пока оставим это. Поверьте, это место хранит достаточно секретов.
Коридор, в котором они оказались имел прямоугольное сечение. Два метра в высоту и около полутора в ширину. Он уходил в обе стороны. В свете установленных на дронах фонарей виднелись места чёткого деления коридора на сегменты. Примерно так же это выглядело бы на обычных кораблях в тех местах, где находились створки гермостойких дверей.
— Скажи, Эолия. Ты говорил, что вы нашли тела тех, кому принадлежало это судно, ведь так?
Скрытая шлемом голова Лапласа кивнула.
— Да, Сабуро. Верно. Четверых. Они на мостике. Я запретил прикасаться к чему либо, пока корабль не осмотрят достаточно компетентные специалисты. Мы сейчас, как раз таки и направляемся туда.
Кобояши сглотнул от предвкушения. Он никогда не интересовался ксенобиологией. Гениальный инженер по призванию и выдающийся физик, он не испытывал тяги к изучению крошечных бактерий и прочего микробиологического мусора, которым так восторгались биологи на Ганимед и Европе.
Но сейчас, как и любой человек науки, он едва сдерживал себя, чтобы не бросится бегом. Ему не терпелось увидеть их. Существ, чей корабль превосходил возрастом всё человечество. Как они жили? Какие технологии использовали? Какое общество могло быть у этих существ? Раньше подобные вопросы занимали его не больше, чем дуновение ветра. Жвачка для мозга, не более того.
А теперь, вдруг, совершенно неожиданно, они стали столь важными.
Вместо этого, Сабуро смотрел по сторонам, шагая по покрытому матовыми металлическими листами полу. Всё вокруг него казалось таким чуждым. Но, в тоже самое время, японец не мог отогнать от себя ощущение дежавю. Будто он уже ступал по этому коридору. Вот на гладкой поверхности стен видны явно выделяющиеся скобы. Такие использовались и на человеческий кораблях. В тех случаях, когда корабль шёл без ускорения. Ими пользовались в условиях нулевой гравитации.
Эолия провёл людей по коридорам давно мёртвого корабля, никуда не сворачивая. Лишь изредка сверяясь с планом на дисплее, закреплённом на запястье. Несколько раз им приходилось подниматься по закреплённым на переборках лестницам и тогда Леонид и Сабуро в очередной раз почувствовали странное, почти мистическое чувство узнавания. Несмотря на то, что этот корабль явно не мог быть построен в солнечной системе, всё в нём казалось невероятно знакомым.
Наконец трое мужчин оказались перед входом в широкое помещение. Сразу в глаза бросился проход, вырезанный в толстых закрытых створках. Куски вырезанного металла лежали рядом.
Мостик древнего корабля оказался круглым и вытянутым. Несколько кресел в центре. Ещё около дюжины по краям. Впереди находилось то, что отдалённо можно было бы признать за обзорные дисплее, но Леонид не был до конца уверен в своей гипотезе.
Но всё это меркло по сравнению с тем, что находилось в самом центре. Там, где полукругом находились три кресла.
Четыре фигуры. Две неподвижно сидели в креслах, в каких-то странных скафандрах. Ещё две, одетые в точно такие же, лежали на полу раскинув конечности.
Леонид почувствовал, как его сердце пропустило удар.
Не способный поверить в то, что видит своими собственными глазами, он сделал несколько шагов вперёд, подходя всё ближе и ближе к лежащим на палубе древнего корабля телам.
«...примерный возраст порядка сорока тысяч лет»
Сказанные Эолией слова церковным колоколом прозвучали в его сознание.
Впервые за последние часы Черенков ощутил, как мир вокруг него пошатнулся.
***
Линфен стояла совсем рядом с давным-давно умершим учёным. Искусная иллюзия инопланетного корабля вокруг неё заворожила её не меньше, чем этих людей.
Но, как и они, все это оказалось тут же забыто.
На краткий миг, она подумала, что всё происходящее не более чем бред. Издевательство сидящего в кресле человека. Глупая попытка обмануть их всех.
И всё же, какая-то часть внутри неё отчаянно желала поверить в то, на что сейчас смотрели
