Не «чего», Блауман, — поправил Альмарк. — Правильный вопрос — «кого». Здесь мы возвращаемся к началу нашего разговора.
— К теории «Тёмного леса»? — с нескрываемым скепсисом в голосе поинтересовалась Линфен.
— Именно. Видите ли, как я уже сказал ранее, в этой теории имеется одна неточность. Как вы думаете, почему мы до сих пор не знаем о существовании другой человеческой цивилизации? Вам ведь уже стало понятно, что мы не одиноки. Неужели, за столько лет мы не смогли бы обнаружить следов столь развитой цивилизации?
Они замешкались. После всего того, что они только что узнали, заданный вопрос действительно поставил их в тупик. При таком уровне развития, следов просто не могло не быть.
Единственно верный ответ, как это не удивительно, нашла Линфен. Хотя, пожалуй, точнее будет сказать, что Шан пришла к единственно верному выводу.
— Потому, что они все уже давно мертвы.
***
— Разведывательные беспилотники запущены, сэр.
Стоящий в самом центре корабля флота земной федерации мужчина кивнул в ответ на доклад.
— Прекрасно, Саша. Прекрасно.
Командор Миколло Сикорский заложил руки за спину, наблюдая за спокойной и размеренной работой своих подчинённых. Хоть какое-то развлечение посреди этой невыносимой скуки.
В это же самое время «Тамерлан» и другие корабли Шестой дальней экспедиции медленно пересекли гиперграницу системы BZ7G. За их спиной, в точности следуя правилам протокола, остался эсминец ФЗФ «Сибирь». Сейчас его капитан занимался распределение автономных наблюдательных датчиков. Вскоре они окружат весь корабль, сферой в целую световую минуту, внимательно следя за всем, что будет происходить вокруг корабля.
Основная же группа прикрытия экспедиции, состояла из четырёх фрегатов и одного эсминца.
По правилам следовало оставлять на границе двух курьеров, расположив их на достаточном удалении друг от друга. Но Миколло предпочитал перестраховаться. Мало ли что. Уж лучше за его спиной будет находится быстрый корабль, способный постоять за себя, чем две жалкие, безоружные скорлупки. Пусть это было небольшим отступлением от протокола, но уж лучше не лишать себя путей для отхода. Несмотря на омерзительную скуку, неотрывно преследующую их в экспедиции, об осторожности Сикорский не забывал никогда.
Время тянулось с поразительной неторопливостью. За два года экспедиции все их действия превратились в отвратительную, едва терпимую рутину. А кто говорил, что будет легко? Хотя, по началу действительно было интересно. Видеть то, чего ни один человек до них никогда ещё не видел. Наблюдать за новыми, ещё не изведанными системами и мирами. Быть первооткрывателем. Всё это пьянило сознание. Создавало какой-то ореол таинственности вокруг их работы, не дающий потухнуть горячему пламени энтузиазма. Ведь каждый раз имелся хоть и мизерный, но всё же шанс на то, что главная цель экспедиции увенчается успехом.
Но, по прошествии восьми месяцев, пусть и новые, но точно такие же, уже десятки, если не сотни раз, виданные звёзды уже не вызывали такого восхищения. Новые, пригодные для жизни планеты уже не манили и не притягивали. Сикорскому казалось, что даже учёные из своры Варшавской уже не так восторженно реагировали на найденные биологические формы жизни. Кому какое дело до странных тварей и новых видов бактерий, коих они обнаружили уже сотни если не тысячи?
А если бы не жёсткие правила экспедиции, график и требования самого Сикорского, то экспедиция никогда не улетела бы так далеко. Уж в первые восемь месяцев то уж точно.
Они, наверное, до сих пор бы копались в грязи в одной из первых посещённых ими систем в поисках своих идиотских бактерий, — с усмешкой подумал про себя Миколло.
Где-то, глубоко внутри Сикорского, ещё теплилась надежда на то, что очередной прыжок приведёт их к заветной цели. В конечном итоге картографирование и изучение звёздных систем не было основной целью экспедиции. Каждый раз Миколло надеялся на то, что очередная звезда наконец разрушит сферу одиночества, в которой обитали люди.
Но, стоило ему подумать о такой возможности, как практически сразу же Сикорский признавался себе в том, что не хочет такого поворота событий. Каким бы невероятным и удивительным он не был. Уж пусть лучше человечество останется единственным, но доминирующим разумным видом во вселенной.
Так ему банально спать будет спокойней.
Ещё немного понаблюдав за развитием событий, Миколло передал командование своему старпому и направился к выходу с мостика. Он уже почти покинул командный отсек фрегата, когда услышал голос за своей спиной.
— Сэр, «Санта-Мария» на связи, — доложил один из связистов «Тамерлана».
Не иначе, старуха хочет поговорить, отстранённо подумал Сикорский.
— Переведите вызов в мою каюту. Я отвечу оттуда.
— Конечно, сэр. Будет сделано.
До своей каюты он шёл почти четыре минуты. Без спешки и торопливости.
«Тамерлан» совсем новый корабль. Сошёл с юпитерианских верфей всего три года назад, как и его собратья. Двести двадцать метров от носа до кормы. Быстрый и опасный, оснащённый самым современным оружием и системами. Миколло был счастлив командовать этим кораблём и вверенным ему подразделением.
Но ещё больше он был бы рад командовать всей экспедицией. К сожалению, поскольку Шестая экспедиционная группа выполняла в первую очередь мирные научные задачи, то и командовал ею в первую очередь гражданский. По мнению Миколло — большая ошибка. Особенно, когда глава всей экспедиции оказалась ещё и редкостной стервой. Так что вынужденное ожидание лишь небольшой способ показать зазнавшейся женщине своё раздражение, не вступая с ней в излишнюю полемику.
— Командор Сикорский, — сухо поприветствовала его начальница экспедиции с экрана, когда Миколло сел в кресло в собственном кабинете и включил систему связи. — Вы не очень-то торопились ответить.
— Прошу прощения, доктор. Дела, вы же знаете. У меня целая куча дел.
Анастасия Варшавская несколько секунд сверлила его взглядом через монитор, пожевала губами и, видимо, просто решила не тратить на споры с «тупоголовым военным» своё драгоценное время.
— Итак, доктор, — нарочито вежливо продолжил Сикорский, — о чём именно вы хотели поговорить?
— Я хотела...
На экране, мгновенно перекрыв окно видеосвязи с «Санта-Марией», появилось ещё одно.
— Сэр, простите, что отвлекаю, но у нас... нештатная ситуация, — произнёс старпом.
— Что случилось? — нахмурился Сикорский, отметив странное выражение на лице своего заместителя.
— Командор, одна из платформ получила отражённый сигнал в глубине системы. От металлического объекта, сэр.
***
Системы, подобные BZ7G, встречались не так уж и часто.
Являющаяся центром системы звезда принадлежала к тому же классу, что и Солнце, лишь чуть-чуть уступая ему размером. Более того, если судить по первым полученным от наблюдательных научных станций данным, то состав фотосферы местной
