Пусть поскорее закончится весь этот кошмар… Она вернётся домой и постарается забыть и про операцию, и про то, как летала в Красноярск к незнакомому мужику. Что он будет с ней делать в своём лесном коттедже?
Стюардесса принесла напитки, предложила шампанское.
– Я буду, – внезапно согласилась Юля и взяла с подноса фужер. Холодное стекло блестело, по стенкам вверх бежали пузырьки.
– Правильно, – неожиданно поддержал Вадим. – Выпей, тебе надо расслабиться, а то на тебе лица нет.
Юля сделала глоток и поняла, что улетает. А когда прикончила бокал, поняла, что все мысли, которые её мучили, отодвинулись на задний план, боль от них притупилась. Эффект был настолько ярким, что захотелось его закрепить.
– Я хочу ещё, – тихо, но решительно заявила Юля.
Манежин, как ни странно, не стал комментировать её желание, а тут же подозвал стюардессу и попросил принести ещё шампанского.
Сам он достал ноутбук – супер-плоский, но с большим экраном – и погрузился в работу. А девушка допила шампанское и поняла, что у неё закрываются глаза… Две предыдущие ночи выдались адскими, она совсем не спала.
Алкоголь подействовал ожидаемо – Юля отключилась. Ну и хорошо, хоть какой-то отдых измученной нервной системе.
*****
Когда самолёт приземлился, в зоне прилёта их никто не встретил, но Манежин, взяв обе сумки, сразу направился на платную стоянку. Там их ждал джип камуфляжной расцветки с открытым кузовом. Юля не поняла, какая это марка, но автомобиль был просто чудовищно большим. Кажется, такая модель называется пикапом.
Мужчина помог забраться внутрь. Пришлось даже задрать выше колен подол платья, иначе Юля не смогла бы залезть на высокую подножку. Наверное, на подобных машинах ездят на охоту, этот пикап как раз подходит для лесного бездорожья.
Уже с момента приземления Юля принялась ежесекундно проверять телефон – ждала звонка от медсестры. Договорились, что та сразу же позвонит, как только брата привезут из операционной. И Светланка обещала, что будет держать связь с клиникой, и немедленно сообщит, если появится информация.
Но пока ни одного звонка, ни одного сообщения. Телефон молчал, и Юле становилось всё хуже и хуже. Наверное, что-то пошло не так… Зря хирург Мартынов был таким самоуверенным, возможно, он не справился…
Пикап мчался по загородной дороге, Вадим видел, как дёргается девушка, как судорожно сжимает в ладонях смартфон.
– Юля, возьми себя в руки, в конце-то концов! Хватит уже трястись! – наконец возмутился он. – Я столько денег заплатил, чтобы тебя сюда привезти. А у тебя лицо несчастное, глаза трагические. Ни одному мужику такое не понравится! А я не хочу, чтобы мой друг остался недовольным. Сейчас приедем, и чтобы улыбалась у меня, ясно?
– Да, я постараюсь, – едва слышно ответила несчастная пленница.
Может, Хабаров – это и не друг вовсе, подумала она. А деловой партнёр, которому Манежин хочет угодить, предложив эксклюзивный презент. Или крупный чиновник, от которого зависит судьба миллиардного тендера. Тогда взятка в виде девственницы, стоимостью в полтора миллиона, не так уж и удивительна…
Указатели на обочине свидетельствовали, что из аэропорта они поехали не к городу, а в противоположную сторону. Широкая автострада уже закончилась, дорога сузилась и углубилась в лес. Пикап подпрыгивал на ухабах. То есть, Хабаров жил вовсе не в коттеджном посёлке в окрестностях города, а где-то в непролазной чаще.
Юля поняла, что у неё не осталось никаких моральных сил – настолько она измучилась, устала дрожать от страха. Будь что будет…
– А далеко ещё? – спросила обречённо.
– Уже почти приехали. Давай-ка, возьми себя в руки.
– Хорошо.
– Вадим Антонович… А этот день… Он будет учитываться? – спросила Юля и замерла в ожидании ответа.
– Как ты читала договор? Твоя отработка начинается, когда я передам тебя в руки Хабарову.
– Я этого не помню!
– Тем не менее, такой пункт там был. Ты просто невнимательно читала.
Юля проглотила возмущённый ответ, не стала спорить.
Толку-то.
После часа езды по лесу, внедорожник в конце концов достиг цели и остановился. Умолк шум мотора, хлопнули одна за другой две двери – путешественники выбрались из пикапа. Их сразу обступила тишина, нарушенная только пением лесных птиц и шорохом крыльев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Юля изумлённо озиралась. Обойдя внедорожник, она увидела в стороне от дороги небольшой одноэтажный дом из тёмного бруса с плоской крышей и панорамными окнами.
– Игнат, а вот и мы. Привет, дорогой. Принимай свой подарок, – сказал Манежин.
Юля взглянула на мужчину, бесшумно возникшего из дома, и у неё оборвалось сердце…
Вот тот, кому она предназначается в подарок.
Но ведь он… зверь, злой и беспощадный! Это было ясно с первого же взгляда. Мужчина всего лишь сделал шаг с небольшого крыльца в сторону гостей, но он уже подчинил всё вокруг, подмял под себя, накрыл своей яростной аурой.
Юля окаменела.
Ему на вид было лет тридцать пять, возможно, больше или меньше – она плохо определяла возраст на глаз. Хабаров был одет в штаны-джоггеры и чёрную футболку, которая плотно обтягивала его мощные плечи. Бицепсы бугрились, по левой руке бежала вниз к запястью сложная татуировка.
Спортивная одежда не скрывала достоинств мужской фигуры – хотя для Юли эти достоинства таили угрозу. Тело мужчины, сплошь состоявшее из гибких мускулов бойца, было крепким, широким, крупным.
Да он её раздавит!
Юля подняла голову и нерешительно посмотрела ему в лицо. Оно не было особо привлекательным, скорее грубоватым, резким, но в другой ситуации можно было бы признать, что Хабаров обладает особой мужской красотой. Во всех чертах сквозила и чувствовалась сильная воля – в твёрдом подбородке, покрытом щетиной, в сжатых челюстях, в сосредоточенной складке между густых тёмных бровей.
Глаза – такого же карего цвета, как у самой Юли и у её брата – горели жадным огнём, они напоминали янтарные глаза хищника, увидевшего добычу и сделавшего стойку.
Юля смотрела на Хабарова, как загипнотизированная. Она окончательно утратила способность двигаться и думать, все процессы замерли, этот мужчина её заколдовал своим дьявольским мужским магнетизмом…
Лесной отшельник тоже её рассматривал – слегка прищурившись. Изучал, сканировал каждую деталь её облика. Его взгляд прожигал насквозь, испепелял остатки Юлиного самообладания. Она просто замерла, как вкопанная, будто маленький глупый кролик перед тигром…
Всё это продолжалось не более одной минуты.
Затем Хабаров повернулся к другу, и мужчины обменялись крепким рукопожатием. Манежин кинул Юлину сумку к ногам девушки, а сам достал из пикапа большую коробку:
– Привёз всяких вкусняшек. Чтобы вы тут не голодали. Там ещё одна коробка, Игнат.
Хозяин дома подошёл к пикапу. Он двигался бесшумно и даже лениво, в его походке сквозила грация хищника, который сейчас расслаблен, но в любой момент может совершить смертоносный бросок и схватить добычу.
– Ну всё, я обратно, а вы тут знакомьтесь, общайтесь, – совершенно серьёзно сказал Манежин, без всякого намёка на сексуальный подтекст. Можно подумать, Игнат и Юля сейчас чинно усядутся на диван и начнут обсуждать какой-нибудь мировой бестселлер.
– Давай. Спасибо. – Игнат похлопал товарища по плечу.
Юля беспомощно следила, как Манежин садится обратно в машину, она слышала, как загудел мотор, и этот звук отозвался в груди гулким эхом отчаяния. Ей хотелось закричать: не оставляйте меня здесь, я не хочу, он меня растерзает!
Она это чувствовала. Желание Хабарова проникало ей под кожу и кололо острыми иглами, заставляло сердце нестись в судорожном адреналиновом галопе…
Мужчина подошёл вплотную. Поднял сумку и взял девушку за локоть:
– Идём, Юля.
А она была готова врасти в землю и пустить корни на этой лужайке, лишь бы не идти в дом и оттянуть подальше страшный момент.
– Туалет направо, – кивнул Игнат.
Внутри дом оказался гораздо больше, чем снаружи. Он был отделан светлым брусом и красиво подсвечен солнцем из огромных, в пол, окон. Вся мебель выглядела так, словно выбрали готовые модули из каталога знаменитого шведского бренда – лаконично и стильно. Как странно увидеть красивую дизайнерскую картинку прямо в лесной глуши! Это Юля отметила краем сознания.
