Зять поджал твердые губы:
– Я все еще помню тебя в школьной форме.
– Сколько лет назад это было? – вздохнула Топси. – Я уже выросла.
– Ты все еще малышка физически и все еще наивна, – нетерпеливо возразил Михаил. – Но не вини меня. Это твои сестры не хотят признавать, что малышка выросла.
Неожиданно понимающее признание заставило Топси немного расслабиться.
– Я знаю. Глупо, что в моем возрасте приходится лгать, чтобы жить независимо.
Михаил откинулся на спинку кресла.
– А Данте Леонетти? – спросил он, выгнув бровь. – Как он в этом замешан?
– Никак. Не понимаю, что ты к нему привязался. – Но Топси чувствовала, что у нее горят щеки, и не смотрела зятю в глаза. Данте ее безумно привлекал.
– Он плейбой, Топси. Ты с ним не справишься, – предупредил ее Михаил. – Пару лет назад он прославился среди банкиров тем, что у него было три любовницы одновременно. Одна в Нью-Йорке, одна в Милане и одна в Токио.
– Три? Серьезно? – повторила Топси, даже не пытаясь скрыть отвращение.
– Серьезно. Для неопытной девушки общение с ним – это самоубийство, – заявил Михаил.
– Между нами ничего нет, – парировала Топси. – Это летняя работа, на мать Данте, в красивой стране. Вот и все.
Три любовницы. Этот факт крутился в голове Топси всю дорогу в замок, так что ее начало тошнить. Какой мужчина меняет женщин как перчатки, использует их как взаимозаменяемые сексуальные игрушки? И почему порнографические образы, наполнявшие ее сознание, причиняли боль? Почему для нее имеет значение, что он делает в постели? Она же не планирует крутить с ним роман. И незачем ревновать мужчину, которого она едва знает. Однако Топси не могла и сомневаться в правдивости Михаила – на мужа Кэт работала высокопрофессиональная команда следователей. Благодаря им у него была вся информация о людях, с которыми он вел дела, и особенно тщательно проверялись те, кто мог представлять хотя бы отдаленную угрозу для его семьи.
Пока Топси обедала с Михаилом, Данте принимал неожиданного гостя. Джером Сент-Джеймс, член палаты лордов, вдовец, владел домом поблизости, где нередко проводил время со своими взрослым детьми и их семьями. Одно время Данте ходил в школу с сыном Джерома, Джеймсом, и давние соседи до сих пор иногда общались. Когда-то Данте даже надеялся, что его мать ответит на очевидный интерес и обожание Джерома, но из этого ничего не вышло. К его огорчению, графиня не замечала ухаживаний мужчин, пока не появился Витторе.
– Извини, что явился без приглашения. Я бы позвонил, но не знал, как подступиться к этому разговору, – сказал ему Джером с встревоженным выражением на благородном лице и нервным движением откинул назад густые седые волосы. – Боюсь, этот разговор будет крайне неловким, но я привязан к твоей матери и чувствую себя обязанным рассказать тебе все, что знаю.
Настороженный от этой вступительной речи, Данте еще больше нахмурился при упоминании графини, светлые глаза сузились.
– Боюсь, я не представляю, о чем идет речь, Джером.
– Об этом… – Гость положил перед ним местную газету.
Взяв ее в руки, Данте увидел фотографию матери, а позади нее стояла Топси. Фотография сопровождала подробную статью о благотворительном мероприятии в поддержку женщин, переживших выкидыш, – графиня организовала это мероприятие десять лет назад.
– В чем проблема? – спросил он.
– Красивая брюнетка, которая работает на твою мать. Я с ней… уже встречался, – неловко сообщил Джером. – В Лондоне. Я провел с ней вечер. Я… э-э… оплатил ее время.
Зеленые глаза Данте потемнели и стали на несколько градусов холоднее. Он уставился на мужчину, не скрывая недоверия.
– Топси? Вы оплатили ее время?
На щеках Джерома проступил румянец.
– Все не так ужасно, как прозвучало. Насколько я знаю, она не проститутка. Но когда я проводил с ней время, она была доступна в качестве эскорта за разумную цену. Мне время от времени нравится проводить вечер в обществе красивых женщин, а она была очень приятной компанией, – смущенно признал он. – Но почему такая девушка работает на твою мать?
– Постойте, дайте разобраться… – Данте помолчал. – Когда вы познакомились с Топси Маршалл, она работала в эскорте? И вы ее наняли?
Джером кивнул:
– Мы поужинали вместе. Все было абсолютно платоническое. Я наслаждался обществом красивой женщины, а она, разумеется, получала плату за свое время.
Данте заскрежетал ровными белыми зубами, охваченный взрывной смесью ярости и отвращения. Топси работала в эскорте! Она его одурачила. Он купился на ее игру. Обычно его трудно было шокировать, но эта новость стала шоком. Однако он полностью доверял Джерому, которого знал всю жизнь. Несмотря на всю неловкость признания, что ему приходилось пользоваться эскорт-услугами, чувство чести и забота о графине не позволили ему молчать. Данте не мог не быть признателен ему за его жертву.
Едва Джером ушел, как Данте позвонил его телохранитель, который сообщил, с кем встречалась Топси во Флоренции. После информации о ее работе он был немного больше готов к новым откровениям. Михаил Куснир, русский нефтяной олигарх – ее «старый знакомый»? Она наверняка его бывшая любовница. Данте сглотнул, уже не удивляясь, что за ней присылали лимузин, что она носила драгоценное бриллиантовое ожерелье. Вся эта роскошь имела подноготную. Единственное, что она не подтверждала, – это интерес Топси к Витторе; у него не было собственных денег, и не стоило надеяться на богатство, если только он не получит развод.
Неужели Топси вызвали во Флоренцию к русскому только для секса? Данте мерил шагами свой кабинет; сердце у него стучало, руки сжимались в кулаки, зеленые глаза сверкали. Что еще она могла делать в отеле? Михаил Куснир потребовал от нее постельных услуг, и она ответила на зов без малейшего протеста. Все просто.
Но он помнил, как взволнована она была телефонным звонком, как встревожена. Немногие женщины осмелятся отказать Михаилу Кусниру, человеку не самой чистой репутации. Che diavolo! Теперь Данте ее оправдывает? Она шлюха, как доказывают слова Джерома. Может, этот мужчина и не воспользовался положением, но другие наверняка ожидали и даже требовали куда больше, чем просто ее общество. Ни при каких обстоятельствах такая блудница не может работать на его мать!
Погруженная в размышления, Топси поднималась по ступеням замка. Михаил не стал давить на нее так сильно, как она боялась; его настроение наверняка смягчила изумительная и радостная новость о том, что он снова станет отцом без необходимости для Кэт проходить еще один цикл мучительной ЭКО-терапии. Михаил также признавал, что сестры чересчур следят за каждым ее шагом; можно надеяться, что его реализм со временем убедит Кэт, что не стоит так волноваться о младшей сестре.
