возлюбленным.
И если бы он не позвонил теще, то так ничего бы не узнал. Чувствовать себя рогоносцем даже такому непритязательному интеллигентному человеку, как он, был слишком. Он почувствовал себя тряпкой, об которую вытерли ноги. Валера тяжело вздохнул.
Он мог бы понять и простить, если бы жена не выставила его дураком перед всеми. Он снова вспомнил молодого двухметрового красавца, который держал сына и возмущался так, как будто не знал о существовании мужа.
Или не знал? Неужели она могла обманывать обе стороны? Лия сразу упала в его глазах с пьедестала, на который он ее возвел. Ему захотелось отомстить и сделать ей больно, как сейчас было плохо ему. Одного взгляда на любовника жены хватило, чтобы понять, что он ему проигрывает во всем: в возрасте, внешности, богатстве. Валере уже было под сорок, и его редкие волосы не могли скрывать все больше обнажающуюся лысину. Но он знает, как ей отомстить: он не отдаст ей ребенка и не даст развода. Без сына она никуда не уйдет. Все это он обдумывал в дороге и дома коротко и ясно изложил свою позицию: ты можешь любить кого хочешь, но Стас мой сын по всем законам, носит мою фамилию, и потому он никому его не отдаст.
— Я не буду возражать против твоих тайных встреч, если уж вам так это необходимо, но сына твой любовник не получит, — громогласно объявил он. — Если ты помнишь, я когда-то попытался понять и принять твою историю, но сейчас я ее вряд ли пойму, а уж тем более не приму. Второго шанса я тебе не дам.
Она ничего не сказала и ушла в комнату сына. Вскоре перенесла туда свою постель и вещи. Он не ожидал такого поворота: неужели она готова оставить ребенка ради этого непонятно откуда взявшегося плейбоя?
Но Лия молчала не потому, что ее не трогала судьба ее малыша, она была потеряна тем, что произошло в доме Равы.
В очередной раз ее втоптали в грязь, и тот, ради кого готова была оставить все, за ней не побежал, не попытался вернуть, дозвониться. И это любовь, спрашивала она себя, вот такая, презренная и гадкая? Когда ты готова на все, а тебя снова бросают? Выкидывают из жизни, как ненужную вещь.
Все последующие дни и ночи она ждала, что Рава позвонит, попросит встретиться, захочет увидеть еще раз. Телефон молчал. Прошла неделя. Лия автоматически ходила на работу, готовила, занималась сыном. И ждала. Но ничего не происходило.
В один из таких дней приехала встревоженная мать. «Что у вас случилось? — закричала она с порога. — Почему молчит телефон? Я чего только не подумала». Лия кинулась к аппарату и с ужасом увидела, что розетка выдернута. Ничего не говоря, кинулась на кровать и зарыдала. Мать тихо села около нее и погладила по спине свою несчастную дочь.
— Если хочешь знать, он уехал, заходил вчера проститься. Оставил денег для сына и попросил разрешить иногда видеться с ним. Сказал, что ты должна решить все сама. Он вмешиваться в вашу семейную жизнь не будет…
— Мама! — порывисто обняла Лия мать. — Почему, ну почему я не могу быть с ним? Почему все случается именно так и только со мной? Как мне оставить сына Валере? Как мне жить без сына? Как мне забыть Раву?
— Решай сама, дочка, я больше тебе не советчик. Но я бы на твоем месте осталась с Валерой, твоим законным мужем, который тебя любит. Вон посмотри на сестренку, как уехала с этим своим геологом на край земли, так даже весточки не пошлет. Куда муж — туда и жена, как иголка за ниткой.
— Тебе с ним спокойно, а что еще нужно в наше время. Остальное, как говорят, стерпится — слюбится. А с этим татарином еще неизвестно, что и как будет. Сегодня он здесь, завтра то ли в тюрьме, то ли где! Носит его, как перекати-поле по пустыне, не мужик, а кочевник какой-то, — осуждающе покачала она головой.
Лия укоризненно посмотрела на мать:
— Мам, почему ты не видишь, что он не плохой. Что ты привязалась к нему: «татарин», «кочевник». Да жизнь с ним обошлась вот так, но он работает, пытается все изменить. И у него получается. А твой Валера сидит в своем кабинете уже сколько лет и не пошевелится. На дворе жизнь поменялась, а он ничего не видит. Только потому, что он не сидел
в тюрьме, он лучше? А я люблю такого вот и ничего не могу с собой поделать.
Мать сидела, нахохлившись, и упрямо смотрела в сторону. Валера для нее был образцом мужчины, и менять своего мнения она не собиралась. К тому же у нее с ним установились самые хорошие отношения, какие можно было представить между тещей и зятем, и так легко все это потерять ей совсем не хотелось. Так что будущее Лии, да и свое благополучие она связывала только с Валерой.
Глава 7. Встреча с подругой
Наступили весенние каникулы, и в очередной приезд к матери Лия вышла прогуляться. В воздухе уже чувствовалась весна, несмотря на вечернюю прохладу. Деревья постепенно распускали почки, вовсю пробивалась зеленая травка. Но город был словно вымерший. Большинство одноклассников и знакомых Лии разъехались из-за отсутствия работы и условий для нормальной жизни. Город испытывал еще одно опустошение и разруху. Будет ли у него еще один ренессанс? Лия помнила, каким был город в ее детстве: тогда здесь располагались несколько воинских частей, в том числе знаменитая летная эскадрилья. Для них в городе возвели зимний и летний кинотеатры, Дом офицеров, куда приезжало много артистов из столицы с концертами, был заложен прекрасный парк, в котором летними вечерами играла музыка, крутилось колесо обозрения, молодежь устраивала танцы. Почти на каждом углу стояли будки с телефонами, автоматы с газированной водой за три копейки, по зеленым асфальтированным улицам ездили поливочные машины и освежали город.
Все закончилось в середине шестидесятых, когда случилась история с американским самолетом-разведчиком, который пролетел где-то рядом, и буквально в течение нескольких месяцев от летной части и воинских частей не осталось и следа. Дом офицеров опустел, никто больше не приезжал с концертами.
Но потом случилось очередное чудо в виде строительства гидроэлектростанции, которую объявили Всесоюзной стройкой, и к ним повалила молодежь со всей страны. Город снова расцвел, стали строиться микрорайоны, новые школы, молодежные клубы. К ним снова начали заезжать знаменитости, даже космонавты, которых встречали на улицах с флажками, и школьников
