Один красавец с длинными ногтями, собрав круг интересующихся, выкладывал им за кружку пива другую ужасную историю. Явился он как-то к даме, у которой на хате и самогон варится, и винишко бродит.
Явился, а она дверь не открывает.
После безответных звонков влез он в ее квартиру через балкон. И нашел что-то похожее на большущий комок ваты. Подумал красавчик, что эдак хитро первачок замаскирован и стал курочить его.
А внутри комка кожица с косточками, с чертами лица – все, что осталось от самогонщицы.
К тому же враги начисто смели ее запасы сахара, не говоря уже о многочисленных литрах драгоценной жидкости, навсегда пропавшей из перевернутых бутылей.
Впрочем, когтистый красавец несколько иррационально доказывал справедливость кары. Дескать, правильно проучили бабеху, высосали ее, и поделом. Ведь чем она занималась? Если у мужика нету денег на бухало, то она заставляет его телом отработать. Отрабатывал красавчик сексуальную повинность, пока самогонщица не скажет: «На тебе поллитра за труды». Но у бедняги уже и сил нету, чтобы эти поллитра ко рту поднести.
А вот дама с цветочной синевой под глазами травила еще более ужасную историю. Из слов, перемежающихся бессмысленным смехом, можно было узнать, что у нее есть сестра, большая язва, в смысле правильный человек. Недавно эта самая сестра увидела у себя квартире какого-то здоровенного гада, похожего на помесь таракана и собаки.
И увязалась за ним, сначала на кухню, а потом и в кладовку. Зверек, не зная как уединиться, куснул зануду, отчего вся она упала в обморок.
Отрыв от жизни продолжался неделю. Впрочем сестра вставала, ходила, как заводная, «ну это, как, зомби, мать его», и жрала-жрала.
А потом у нее из носа и рта вылезли какие-то червячки размером с мизинец. В конце концов сестра прокашлялась, высморкалась, и пошла на работу.
Еще в «английском клубе» выступал гражданин с замотанной рукой и перевязанной головой – вначале бинтом, потом полотенцем и, наконец, шарфом.
Прозвище гражданина было всем известно ввиду многочисленных драк и разборок с его участием – Кутузов. Профессия – сантехник. (Местные алкаши, конечно, ни ухом ни рылом про то, что подлинный Кутузов был тишайший человек.) Выступление перевязанного гражданина пользовалось максимальным успехом у публики и ему всегда наливали в конце.
Судя по регулярному рычанию и грубым фразам, сыпавшимся из «Кутузова», как из рога изобилия, он был постоянным источником стресса и агрессии.
Но намедни подошла и его очередь подвергнуться насилию.
Районный громовержец мылся под душем, по обыкновению не включая свет, чтоб не смущать взор обычными полчищами тараканов. Вдруг этот фельдмаршал местного значения почувствовал дерьмовые дела, затевающиеся за его спиной, и сделал шаг в сторону. После этого что-то свистнуло и порвало ему ухо, но все-таки основная часть головы осталась целой.
Кутузов быстро свалился на пол и нащупал топор, который держал в ванной на случай, когда если какие-нибудь стервецы явятся к нему сводить счеты.
Вдобавок мужественный мужчина просек – какой-то «хер» копошится в углу, и обрушил на это «не поймешь что» топор. Лезвие, наскочив на твердь, отлетело в сторону. Тут будто пилой резануло Кутузова по правой руке, топор выпал, но боец сумел подхватить его левой и рубануть снова, только уже не сверху вниз, а наоборот. Полетели брызги, человек порубил минуты две по необходимости и еще три ради удовольствия. А когда заметил, что никто, кроме него, уже не шевелится, зажег свет.
Каково же было изумление Кутузова – ведь на полу ванной в зеленой луже обнаружилась издохшая гусеница, вымахавшая до размеров поросенка. Впрочем, название «гусеница» было условным, и это рассказчик четко сознавал. Из ее пасти, страшной, как улыбка мертвеца, тянулся хобот, что впился острым наконечником в стенку и застрял там. На брюхе панцирные кольца немного разошлись под воздействием сожранного и выпитого, там лезвие топора и выпустило зеленоватую дрянную кровь.
Кутузов отрубил хобот, вытащил наконечник-шип из стены, потом все останки бросил в ведро, собираясь вызвать ученых. Вернее, одного знакомого ученого, у которого он в первый и последний раз чинил унитаз.
Перед обращением к науке израненный Кутузов хотел привести себя в порядок, полить дезинфицирующей жидкостью на раны. Но ужас – несколько заначенных бутылок водки было кем-то вскрыто и цинично опустошено! Даже в огромной емкости с бродилом осталась лишь пара капель.
Такого надругательства психика Кутузова не выдержала и отключилась. Когда изображение в глазах сантехника сфокусировалось снова, рядом уже хлопотала верная подружка Зина. Все пострадавшие члены тела были промыты зеленкой и замотаны чистой тряпкой, а странное животное выброшено на помойку.
Мужчина, конечно, покарал женщину за дерзкое самоуправство, но наука, увы, понесла непоправимую утрату. Кутузов с трижды перевязанной головой не перекладывал ответственность на других и сочился скупой мужской слезой…
Слушая эти бредни, я делал выводы и от них выделялся адреналин, становилось жарко. Я видел связь между тем, что происходит с алкашами в Василеостровском районе и тем, что делается в Технопарке в Гатчинском районе. И еще я понял, что гады уважают водку и вино, метаболизм у них такой.
Кстати, в английском клубе новомодных монстров устойчиво называли червягами. Удивительно что это название прижилось и продолжало успешно существовать и дальше.
Я написал письмо о червягах в «Правду» и «Известия». Я послал электронной почтой соответствующее извещение в еженедельник «Time». Привожу фрагмент из него, дабы никто не сомневался, что я первый заметил надвигающуюся мировую катастрофу и пытался предупредить о ней все человечество.
«Thema: Invasion-2000 Datum: 15/05/2000 10:03:25AM From: [email protected] (Gwidonoff) To: [email protected] (Time inc.)
Dear Sirs!
These things were going to destroy all our civilization…»
Но человечество не торопились откликаться. Из еженедельника «Time» мне пришел ответ следующего содержания:
«Thema: Re: Invasion-2000 Datum: 16/05/2000 01:13:25AM From: [email protected] To: [email protected] (Gwidonoff)
Dear Mr Gwidonoff!
Please inform your psychoanalist about things were going to destroy our civilization…»
Я, конечно, на письмах не успокоился. С газетами я больше принципиально не связывался, но слал свои уведомления и напоминания в разные там интернетовские ньюс-конференции – на эти сетевые базары, где каждый имеет право нести чушь. Но и там меня быстро отключили. Только в «докторе Хантере», организованному по принципу MUD, мои монстры, которых я слепил с червяги, имели неизменный успех.
И несмотря на то, что рот мне был заткнут, уши оставались отверстыми. От бабок, греющихся на скамеечках, я услышал, что частники завезли в город Петра партии южных рептилий и насекомых, но пожмотились на клетки. Раз так, гады сорвались и скрываются нынче по подвалам и прочим темным местам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
