романтических фильмов смотрели?
— Нет. А что? — Комарова смысла вопроса не поняла, но, судя по взгляду, который стал напряжённым, догадалась, начальство задумало херню.
— Так вот… Самая распространенная сцена в романтических фильмах… Не в наших, не в советских… Герой подходит к героине, хватает ее, взваливает себе на плечо и тащит … Да неважно, куда. При этом, одной рукой держит непременно за… — Я немного наклонился в сторону и посмотрел на задницу Комаровой. Она, естественно, проследила за моим взглядом. Смутилась. — Вы поняли за что именно держит, Александра Сергеевна. Так вот… Представьте, какие ужасные вещи подумают коллеги… И Вашей порядочности, которой Вы размахиваете направо и налево, как флагом, придет трындец.
— Не посмеете…— Процедила Комарова сквозь сжатые зубы. Мне кажется, она представляла в этот момент что на зубах у нее какая-то часть моего тела. Любая.
— Проверим?
Добившись нужного эффекта, я отстранился, развернулся, но задержался на несколько минут, прислушиваясь, что происходит за спиной.
— Бегу со всех ног…. — Александра Сергеевна обошла меня, стараясь не коснуться даже случайно, и быстро направилась к выходу из отдела.
Глава 5. В которой я мог бы предположить, что Комарова продолжает врать, но это мне пока не известно
— Слушайте… Созрел вопрос. Чисто ради любопытства. Вот думаю, думаю… Покоя прямо нет.
Саша подняла голову и посмотрела на мужчину, произнесшего эти слова. Он стоял возле окна, полубоком.
Чертов Максим Сергеевич, честно говоря, раздражал ее одним только своим видом. Даже когда молчал. Именно поэтому Саша вместо того, чтоб явится перед светлые начальственные очи, отправилась в родной отдел. Назло. Но почему-то бояться она его, больше не боялась. Наверное, подозревала, теперь Беляев не так опасен, как раньше. Просто… Она его чуть не убила, а он смеется. Хотя… Может, сумасшедший? Столько лет работать в Комитете, надо быть точно ненормальным. Они все там ненормальные. По крайней мере, Саша для себя была в этом уверена на сто процентов.
Однако, сейчас, сидя за столом, она решила, а почему бы и нет. Почему бы и не ответить. Тем более, с момента, как пришлось топать в его кабинет, это был первый вопрос, который Беляев задал нормальным тоном. Без сарказма или издевки. Хотя, неизвестно, что хуже: постоянные попытки ее зацепить или вот такая серьёзная интонация.
Сначала, когда они пришли на место, там обнаружился Калинин. Начальник первого отдела выглядел грустным и несчастным. А еще уставшим. Будто за эти дни прожил несколько лет в ускоренном режиме. В принципе, Саша его понимала. Загрустишь тут, когда постоянно перед глазами мельтешит Максим Сергеевич. Туда-сюда. Туда-сюда…
— Подумали? — Беляев задал вопрос Вдадимиру Александровичу мимоходом, будто продолжил начатый ранее разговор.
— Подумал… Нам действительно надо поговорить. — Калинин покосился на Сашу.
Она явно с его точки зрения была здесь сейчас лишней. Девушка в ответ на немую претензию особиста пожала плечами. Мол, сама бы не против оказаться в другом месте.
— Вот и чу́дно. Идемте, решим некоторые свои недоразумения. Внутренние, так сказать. А Вы, Александра Сергеевна, займитесь делом. Вот. — Максим Сергеевич подвинул в центр стола папку, которая до этого лежала на самом краю. — Я, к примеру, потратил очень много времени, но ничего не нашел. А надо найти. Там точно что-то есть. Изучайте. Вернусь, обсудим.
После этого оба мужчины вышли из кабинета, оставив Сашу в одиночестве. Девушка задумчиво посмотрела им вслед. У Калинина явно проблемы. Это заметно. Чем, правда, пока чревато, неясно.
Саша вообще к Владимиру Александровичу относилась хорошо. Хотя, надо признать, занимает он не свое место. С точки зрения специфики этой профессии. Особистом не может быть человек, из сострадания или сочувствия способный пойти навстречу людям, которых он должен контролировать и держать в напряжении. А Калинин мог. И шёл.
Саша приблизилась к столу, открыла личное дело, на котором сделал акцент Беляев. Сильно удивилась. Игорь Ведерников?
Вот тут девушке стало интересно. Почему именно Ведерников? Она уселась на стул и принялась изучать информацию. Погрузилась в нее с головой. Прочла. Подумала. Снова прочла. Поняла, какой именно момент зацепил. Взяла папку с делом Филатовой. Нашла нужное место и только после этого удовлетворённо кивнула сама себе. Не ошиблась.
Максима Сергеевича не было около часа. Вернулся он задумчивый. Видимо, беседа с Калининым, а вполне очевидно, для этого они и уходили, получилась не только долгой, но и продуктивной.
— Ну? Какие мысли? — Начал он с порога, — Сидите, сидите… я постою.
Саша хотела уступить место начальству, но Максим Сергеевич махнул рукой, мол, не нужно беспокоиться. Он подошел к окну, возле которого пристроился чуть сбоку, в стороне, и принялся наблюдать за чем-то происходящем на улице.
— В общем…Ничего выделяющегося или необычного.
— Угу…Тоже так подумал…— Максим Сергеевич сказал это неопределённо и расплывчато, будто слушал Сашу очень невнимательно. Можно сказать, вообще не слушал. Его гораздо больше интересовало происходящее за окном.
— Есть лишь один маленький нюанс…Я на него сначала не обратила внимания. Просто он слишком мелкий. Зацепило чисто внешне.
— Так…Продолжайте…— Максим Сергеевич даже не посмотрел на девушку ни разу. Что он там разглядывает, интересно?
— Ведерников родился в том же месте, где и Филатова. Буквально, соседнее село. Только Игорь рос в районном центре, а Нина Ивановна, выходит, рядом. Однако, школа у них была одна. Последние два года Филатова получала среднее образование там же, где и Игорь.
— Мммм… И что из этого следует? — Максим Сергеевич вдруг резко отпрянул от окна. Словно опасался, что его именно в эту минуту могли увидеть.
–Теоретически — ничего. Но они — ровесники. Значит, учились в одном классе. Однако, никогда, вообще ни разу, не делились друг с другом общими воспоминаниями. Да и в остальном. Сами знаете, когда люди имеют совместное прошлое, особенно, когда оно связано с конкретными периодами, школа, институт, и так далее, это все равно проскакивает. Но и Ниночка, и Игорь с самого начала, имею в виду, как я устроилась в отдел, вели себя так, будто у них этого прошлого нет…
Именно в этот момент Беляев вдруг очень неожиданно перебил Сашу. Той самой фразой про вопрос.
— Да. Хочу узнать у Вас кое что. — Он, наконец, оторвался от окна, обошел стол и сел на диван. Так было гораздо удобнее. До этого девушке приходилось выкручивать себе шею чтоб говорить с ним. Потому как стоял Максим Сергеевич практически
