Торн, увидев всадницу, сначала и не вспомнил о той юной девушке, которую он видел при дворе более двух лет назад. Но вот она подъехала ближе, и он увидел ее черные косы.
– Ей, должно быть, по крайней мере восемнадцать, – сказал он, обращаясь скорее к себе, чем к Хью. – Почему она все еще в Сидене? Неужели не вышла замуж? – Он знал, что большинство девушек выдают замуж в шестнадцать лет, некоторых еще раньше.
– Она хочет выйти замуж по своей воле, – ответил Хью. – Говорит, что отец обещал ей это перед смертью.
Торн улыбнулся, вспомнив ее уничтожающий взгляд, которым она отшила его, когда он попытался с ней заговорить. Ее крошечный шотландский лук до сих пор где-то хранится у него. Почему он не выбросил эту дурацкую безделушку, объяснить себе он не мог. Но в любом случае, он напрочь забыл о той встрече – до сего дня.
– Ну хорошо, – спокойно сказал он, – наверное, надо помочь Мак-Ларену решить эту проблему. Сестра в обмен на брата. Неплохая сделка.
Хью нахмурился, но все же заговорил с подобающим уважением:
– По-моему, не самая удачная идея – взять в качестве заложницы эту девушку, милорд. Насколько я знаю, брат не особенно заботится о ней. Нужна его жена. Леди Элен. Мак-Ларен все еще привязан к ней, хотя она, несмотря на долгое супружество, до сих пор не родила ему детей.
Торн покачал головой:
– Мало надежды, что графиня будет разгуливать одна, без сопровождения. Нет, я не собираюсь упустить шанс, который мне дает судьба. Мак-Ларен, может, и не любит сестру, но он не сможет отмахнуться от того, что ее взяли в заложницы. Если он оставит это безнаказанным, то станет посмешищем всех кланов Высокогорья.
Обращаясь к Энгусу, Торн скомандовал:
– Возьми четырех и обходи ее слева. Остальные окружат ее справа.
– Она сама доскачет до нас, как только мы выедем из-под прикрытия деревьев, – сказал Энгус.
– Да, но судя по тому, как она скачет, ее лошадь уже устала.
– Стойте! – сказал Хью, указывая на всадницу. – Она едет прямо сюда!
Энгус обернулся и посмотрел на ручей, протекавший неподалеку от места их засады.
– Она, кажется, собирается напоить лошадь.
Спрятавшись, они молча наблюдали за приближающейся всадницей.
Несколько минут спустя Диана въехала под сень деревьев и пустила лошадь вольным шагом. Животное знало, где течет ледяной ручей, и рысью вынесло девушку на берег водоема.
Пока лошадь утоляла жажду, Диана спешилась и присела на траву. Она вовсе не собиралась заезжать так далеко, но ей здесь понравилось. Скачка, одиночество и прелесть окружающей природы радовали Диану.
Банрих вдруг перестала пить и подняла голову, навострив уши. Слегка нахмурившись, Диана положила ладонь на шелковистую холку.
– Что случилось, детка? – Она поглядела на другой берег ручья. Ничего подозрительного. Мирно блестела зелено-голубая вода, играя бликами янтарного золота, и птицы, не переставая, щебетали на берегах.
Вдруг позади нее сухо треснула ветка. Девушка застыла на месте. От страха она сжалась в комочек. Диана хотела изо всех сил крикнуть, как вдруг большая, жесткая ладонь накрыла ее рот, и мускулистая рука обхватила ее чуть ниже груди.
– Все, больше не крикнешь, девочка!
Диана начала яростно вырываться, но рука, державшая ее, была как стальной обруч.
– Успокойся!
Это едва слышно произнесенное слово было как приказ, и, осознав бессмысленность своих попыток вырваться, Диана решила сохранить силы для бегства.
Когда ее наконец отпустили, она обернулась посмотреть на своего похитителя. И у нее перехватило дыхание. Перед ней стоял золотой рыцарь, которого она до сих пор не могла забыть.
Время, казалось, остановилось, когда Торн вновь взглянул в эти колдовские глаза, серые, как утренний туман Высокогорья. Он словно смотрел с высокой кручи в бездну, и ему захотелось вниз головой броситься в эти серебристые глубины.
Хотя он и помнил ту бесцеремонную девчонку, которая в словесном поединке повергла его на засыпанный тростником пол королевской обеденной залы, но совершенно не ожидал увидеть такую красавицу.
С трудом Торн отогнал от себя заманчивые мысли и сардонически улыбнулся, поняв по ее глазам, что она тоже его узнала.
– Я польщен: вижу, вы не забыли меня, – сказал он.
– Что вам от меня нужно? – требовательно осведомилась Диана.
– Вы хотите сказать, что не знаете о том, что моего брата держат в Сидене? – холодно парировал он.
Она опустила глаза:
– Да, он там.
И вновь посмотрела ему в глаза. Торн опять почувствовал притягательность этих удивительных серых глаз, взгляд которых он не мог забыть. Но он видел в них враждебность, на которую, впрочем, решил не обращать внимания.
– Вы поедете с нами, – грубовато приказал он.
Диана посмотрела на него:
– А вы знаете, что мой брат убьет вас за это?
– Правда? – с явным безразличием отозвался Торн.
Диана отступила на шаг:
– Я никуда с вами не поеду.
Он пожал плечами:
– Делайте что вам говорят.
Жестом отдав приказ одному из своих людей, Торн подождал, пока ему подведут его золотого жеребца. Он вскочил в седло, потом жестом приказал Диане сделать то же, и она покорно села на свою лошадь.
Они быстро поскакали по долинам, болотным пустошам и покрытым льдом небольшим речушкам. Диана была настороже, выискивая малейшую возможность для побега, но ее со всех сторон плотным кольцом окружали Мак-Кендрики.
Они то взбирались на холм, то спускались, и лошадь Дианы шла не так уверенно, как кони воинов, и рука ее, держащая поводья, была менее тверда.
Давно миновал полдень, когда они наконец остановились, чтобы дать отдых лошадям. Кто-то протянул ей кусок холодного мяса и, поедая его, она мысленно оценивала ситуацию. Они находились в небольшой рощице. Хотя земли Мак-Ларенов они уже миновали, до Данмора, куда, как она думала, лежал путь, было еще много часов пути. С каждой милей надежда на побег таяла. Но она должна сбежать.
Доев тонкий кусок мяса, Диана взглянула на своего похитителя. Он в этот момент проверял подпругу на своей лошади и не обращал на нее внимания. Другие тоже не следили за ней.
Банрих привязали вместе с другими лошадьми, и девушка все равно не смогла бы добраться до нее незамеченной. Диана могла попытаться сбежать, но знала, что будет поймана, прежде чем спрячется в долине за деревьями.
Но если она не может сбежать, ей нужно бороться. Кинжал все еще был при ней, на поясе. Или ее похититель не заметил его под тяжелой накидкой, или решил, что он не опасен.
В это мгновение Диана заметила, что граф шагнул к ней. Времени для раздумий не оставалось, и она быстро приняла решение. Сбросив накидку, она оставила ее лежать на земле. Потом вынула свой кинжал. Удивленный действиями своей пленницы, Торн резко остановился, не делая, впрочем, попытки достать свое оружие.
