Преисполненная гордости я показала мех единственному близкому человеку в этом мире — бабушке. Кажется, она удивилась моим откуда-то взявшимся навыкам выделки шкур гораздо сильнее, чем фее, чьи слёзы продолжали обеспечивать нас грибами. По крайней мере, её голос звучал очень удивлённо, когда она спрашивала, как мне удалось сохранить податливость шкурки и спрятать неприятный запах. Пришлось лукавить и оправдываться тем, что я подсмотрела, как это делали другие, после чего просто повторила. Помимо этого я решила списать всё на везение — первый раз попробовала, а всё взяло и получилось. Бабушка точно не поверила, но допытываться не стала.
— Какая ты умница, Верити, — похвалила она меня, а затем, полюбовавшись получившимся мехом, с тоской добавила: — Жаль ко мне всё никак не вернутся силы, чтобы хоть немного тебе помочь. Неприятно чувствовать себя обузой…
Глядя на сморщенную руку на сером меху, я хотела уже начать заверять бабушку, что сама со всем справлюсь. Вот только вовремя вспомнила, где нахожусь. Здесь нет телевизора и интернета, нет всех тех благ, что есть на Земле, с помощью которых старики могли бы отвлекаться от дурных мыслей, забывая хоть ненадолго о своём немощном теле. В этом мире пожилые люди привыкли занимать себя делом. Будь то сортировка трав, изготовление впрок свечей, заготовки на зиму, а если позволяет здоровье, то изготовление одежды и многое другое. Потому сказать здесь «просто ничего не делай, я обо всём позабочусь» равносильно тому, чтобы заранее похоронить живого человека.
Удерживая это в памяти, я подала бабушке плошку с супом и, убрав мех, сказала:
— Ну что ты, перестань накручивать себя, — с мягкой улыбкой поправив плед на острых коленях, я добавила: — Сейчас тебе нужен отдых, очень много отдыха. А как только ты полностью поправишься, снова начнёшь мне помогать. Договорились?
На морщинистом лице бабушки тут же расцвела улыбка и она кивнула. Коротко чмокнув в закрытую чепцом макушку, я отправилась отвоевывать у феи свою порцию завтрака, параллельно размышляя на не самые приятные темы.
На самом деле это чудо, что человек преклонного возраста смог пережить Белую Лихорадку. Здесь так называют аналог гриппа, который частенько уносит жизни тех, кому не хватает средств на дорогие лекарства — их цена в Торшильде завышена не потому, что местные фармацевты жадные, просто нишу антибиотиков здесь заняли препараты с магическими свойствами, а такие на конвейер трудно поставить. Вот и приходится платить за редкие микстуры от тяжелых болезней бешеные деньги. Чем, конечно, их создатели точно пользуются.
Надо будет обязательно в будущем разжиться чесноком для его разведения, — следуя за мыслью, принялась рассуждать я. — Всё же природный аналог антибиотиков лишним никогда не будет. Плюс многие блюда становятся вкуснее, если добавить в них эту сушёную приправу. Если же с чесноком возникнут проблемы, то, как вариант можно будет сделать настой из крапивы, что не уступает ему в полезности. Да и вообще крапиву так же можно добавить к некоторым блюдам — обдать кипятком и проблема “жгучести” решена, при этом трава сохранит все полезные качества. А их не мало. Осталось только дождаться тепла, чтобы разбить несколько грядок, где я планирую разводить не самые привычные для местных жителей ингредиенты для блюд.
И да, как раз желание создавать не только вкусную, но и полезную еду натолкнуло меня на мысль о той же таверне. Так у меня всегда будет возможность не только есть качественную пищу самой, но и кормить ей других. При том за достойную плату. Эх, поскорей бы хотя бы начать воплощать эту затею в жизнь.
Предаваясь мечтам я, наспех позавтракав, посвятила всю оставшуюся часть утра вылазке в лес, которая поспешила меня порадовать. Все расставленные силки ждали меня с добычей, и это было странно, ведь рядом с одной из ловушек я видела отчётливые следы не только волчьих лап, но и… чего-то крайне когтистого. При том цепочки следов представляли собой замкнутые круги. Словно голодные хищники вились вокруг почему-то недосягаемой жертвы, от которой их постоянно что-то или кто-то отпугивал. В общем, кролики на этот раз смогли дождаться моего появления в полном комплекте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Помимо этого меня снова никто не побеспокоил пока я пробиралась через нападавший за ночь снег — делать крюк по уже протоптанному пути мне было лень, да и шлось там не легче и мой способ оказался быстрее. К тому же по нехоженому пути мне посчастливилось наткнуться на почти нетронутый куст калины. Алые ягоды на голых ветвях прятались под снегом, но белоснежная маскировка не спасла их от моего орлиного взора — его пришлось спешно развивать, чтобы хоть как-то выжить в суровых условиях.
Благодаря находке в лесу пришлось задержаться, отчего озябли пальцы не только на руках, но и на ногах. Зато к тушкам кроликов в корзинке прибавились сочные ягоды калины, а также несколько чудом найденных брусничных листьев. Я умудрилась споткнуться и достаточно примять снег, чтобы из-под него выглянула знакомая зелень, которая таковой оставалась даже зимой. Жаль что для ягод уже не сезон. Но, даже листья можно будет заварить и попить душистого чая.
Что, собственно, я и сделала по возвращению домой. Правда, согреться чаем не удалось — времени хватило только на то, чтобы залить сбор кипятком без дальнейшего наслаждения напитком, потому что день неумолимо уходил, а мне ещё надо было в город. Так что пришлось спешить.
Оставив тушки плотно завернутыми в толстую ткань в пристройке, я загрузила лукошко грибами, выделанную шкурку спрятала за пазуху, использовав верхнее платье как карман, и привязав к поясу своё верное оружие, умчалась на встречу с Ирвином. Бабушка только и успела вдогонку посетовать на то, что я ещё толком согрелась. Однако время поджимало — мы с полугномом условились встретиться в полдень, потому греться пришлось уже на бегу.
В этот раз к Ирвину не пришлось пробираться тайком. Мы договорились, что он заберёт “товар” через щель в ограде постоялого двора — такой вариант он сам предложил, видимо используя данный метод торговли постоянно.
— Принесла? — раздалось хриплое между щербатых досок, стоило мне оказаться на нужном месте. Узнав голос Ирвина, поняла, что он наверняка видел, как я шмыгнула в узкий проулок между оградой Неверной Девы и стеной ближайшей к нему оружейной лавки, потому уже дожидался меня.
— Да, вот, — ответила, протягивая ближе к щели лукошко и показывая, что находится под тряпицей. С той стороны послышался одобрительный хмык, затем доска неожиданно отъехала и мозолистая рука утащила в образовавшееся окошко мой товар.
— Стой здесь, сейчас приду, — тихо скомандовал Ирвин, возвращая часть забора на место.
Чувствуя себя торговцем контрабанды, я натянула платок на манер маски, оставляя открытыми только глаза, и закуталась в плащ. Вдруг кому-то приспичит воспользоваться этой тропой, а так меня хотя бы не узнают. Понятия не имею, что там за дела крутят вокруг моего участка, но интуиция мне подсказывает: необходимо прятать все свои действия как можно дольше. Чтобы банально мне не смогли помешать. А что это будут делать, я не сомневалась.
Ждать полугнома долго не пришлось. Ирвин вернулся довольно быстро, так же бесшумно отодвинул доску, возвращая через неё одолженное мне лукошко со словами:
— Будет ещё — приноси, но перед этим оставь сообщение конюху. Он ближе всех к северной калитке двора, так что услышит, если ты позовёшь.
— А звать-то его как? — удивлённо спросила, понимая, что полугном обзавелся своими людьми даже на чужой территории.
— Никаких имён, — последовал короткий ответ, пока тайный ход опять превращался в сплошной забор. — Просто покличь, и он выйдет к тебе.
Не став спорить, пожала плечами на такие тонкости ведения дел и, заглянув в лукошко, обнаружила там два десятка медных монет. Подняла было голову, чтобы поблагодарить полугнома, ведь я рассчитывала на сумму в два раза меньше, но Ирвина уже за забором не оказалось. Поскрипывая снегом под ногами, тот уже спешил вернуться в тепло своей каморки.
