В итоге какофонию голосов смогла прервать только новая порция рёва. Медведь, яростно потрясая головой, выбирался из снега, готовый отыграться на любом, кто окажется слишком близко, что заставило всех тут же притаиться. Однако финал внезапного обращения мне не довелось увидеть.
— Скорее, надо уходить, — пропищала девушка, несмело дергая меня за руку, и в этот раз я была с ней согласна. Теперь внимание медведя переключилось на того самого хвастуна, который спешно пытался унести от невменяемого собрата свои лапы и усы. Так что самое время нам тоже последовать дельному примеру.
Стараясь не совершать резких движений, чтобы медведь не вспомнил о нас, я принялась пятиться и подталкивать девушку к проулку, откуда мне совсем недавно довелось выйти. Сейчас нырнём в него, а затем просто выйдем с той стороны. В нынешней ситуации лучше сделать крюк, чем попасться на налитые кровью глаза бешеной зверюги. Которую, к слову, уже спешат успокоить стражники — вдалеке разнёсся звук труб.
Лишь оказавшись в узком застенье, я оглянулась, чтобы, наконец, посмотреть на жертву внимания медведя-оборотня и… застыла с удивленно распахнутыми глазами. Вот так совпадение.
Рассматривая испачканное сажей миловидное лицо в обрамлении чёрных кудряшек, я неверяще произнесла:
— Аринка?
— Да, — так же удивлённо ответила девушка. — Мы знакомы?
С моих губ сорвался нервный смешок. После которого пришлось сделать пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы уже куда спокойнее сказать:
— Нет, но теперь будем. — После чего я, хитро улыбнувшись, добавила: — И надеюсь, обычным знакомством мы не ограничимся.
* * *
Мездра* — кожаная часть шкурки.
12.
Уговорить девушку на довольно сомнительную подработку труда не составило. А всё потому, что буквально два дня назад мачеха добилась своего — Аринку уволили с постоялого двора и теперь девушке оставался путь только под венец. Так, по словам девушки, по крайней мере, рассчитывала мачеха, но Аринка не собиралась настолько просто сдаваться.
По её скупому рассказу стало ясно, что она как раз ходила по лавкам на торговой улице, чтобы узнать, не нужна ли кому если не помощница, то хотя бы уборщица. Однако не успела она наведаться в пару лавок, как повстречала истосковавшегося по женскому вниманию оборотня. А дальше вся ситуация вышла из-под контроля, после чего последовало моё появление. Очень удачное, если верить дрожащей девушке.
— Я, правда, очень благодарна тебе, Верити, и за помощь, и за плащ, — со смущением кутаясь в экстренную покупку, сказала та, кто совсем скоро займётся сбытом моей сдобы. А плащ… ну не могла я спокойно смотреть на то, как Аринка дрожит и постоянно дышит на озябшие пальцы.
И нет, это не банальная жалость, а меркантильный вклад — девушке придётся ходить по улице в поисках голодных покупателей и синие губы не помогут ей быстро распродать товар. Так что четыре медяка за потрёпанную верхнюю одежду из ближайшей барахолки не такая уж большая жертва.
Правда глядя в лицо, преисполненное признательности, я почувствовала себя неловко и потому деловито заявила:
— Не стоит благодарности. Будем считать это премией за твоё согласие ввязаться в мою авантюру, — честно призналась, не стремясь казаться бескорыстной добрячкой. Я ведь нацелилась именно на эту девушку, потому что просто не знала кого-то ещё в таком же бедственном положении.
Цинично? Возможно, но только люди, объединенные одной целью, смогут достичь лучших результатов. Уверена, Аринка не меньше моего хочет жизни в достатке, где ей не придётся оставаться под крышей с той, кто всячески пытается её использовать. Плюс пока был жив отец Аринки, она успела познать вкус беззаботной жизни и точно начнёт из кожи вон лезть, чтобы к ней вернуться. Ей просто нужен тот самый заветный шанс, который позволит выкарабкаться из болота. Всё прямо как у меня.
Даже сейчас в поразительно чистых серо-голубых глазах Аринки можно было рассмотреть пламя надежды, отчего мне на миг стало страшно — вдруг я не оправдаю надежд? Вдруг не смогу себя вытянуть из бедности не то, что кого-то ещё? Одних знаний с Земли мало для такого сурового места со своими законами. Как бы не стать той, кто сгинет сам и потянет за собой других…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Встряхнув головой, чтобы прогнать пугающие и совершенно ненужные мысли, я заставила себя взбодриться. Дорогу осилит только идущий. И на этом точка. Если тратить время на сомнения, то так можно всю жизнь прожить сидя в колодце.
— Ладно, подруга, — преувеличено бодро начала я, глядя на худенькую девушку, — вот как мы поступим. Приходи ко мне завтра к полудню — к этому времени я планирую всё подготовить, и можно будет отправиться продавать первую партию пирогов.
— А не слишком ли поздно? — нерешительно усомнилась Аринка. Ей в лицо ветром принесло несколько свежих снежинок, и она ниже опустила капюшон, а затем продолжила: — Может лучше продавать еду утром, когда лесорубы отправляются на промысел?
— Нет, — покачала головой, на самом деле уже давно всё рассчитав. И, несмотря на то, что в этом не было нужды, всё же я не поленилась посвятить Аринку в свои мысли: — Сама подумай: мы только начинаем, значит, на нас не рассчитывают и все, кто идёт в лес утром, привычно возьмут перекус из дома. Потому они точно ничего не купят. А вот когда те же лесорубы будут возвращаться, тогда-то ароматная выпечка разлетится на ура, ведь мало кто выходит из дома без пары монет в кармане!
Мои слова прозвучали слишком громко. Проходящий мимо гном услышал конец моей фразы, подозрительно на нас покосился и замедлил шаг. Пришлось почти притиснуться к стене дома у дороги, где мы обсуждали наши сотрудничество — благо окон рядом не было, так что подслушать нас не должны.
Дождавшись, когда любопытный прохожий скроется из виду, Аринка тихо предложила:
— Ну, я могу с самого утра и до обеда ходить, чтобы точно всё продать…
— Опять-таки не вариант, — снова обрезала крылья у идеи моей помощницы. — Пирожки должны быть если не горячими, то хотя бы тёплыми, чтобы точно прийтись по душе уставшим после работы мужчинам.
— Но мороз же на улице — они вмиг остынут, — пролепетала Аринка, не улавливая ход моих мыслей.
На что я загадочно улыбнулась и произнесла:
— В этом положись на меня. Есть несколько идей как не дать пирогам остыть слишком быстро. К тому же это одна из причин торговли после обеда — утренний мороз ослабнет, а ночной ещё не успеет войти в силу. Идеальное время.
Внимательно выслушав меня, Аринка в итоге ответила кроткой улыбкой и признала:
— Хорошо, вижу, что ты знаешь лучше как поступить, — затем что-то вспомнив, вдруг потупилась и, вжав голову в плечи, пролепетала: — Извини за навязчивость, я просто хочу быть полезной.
На самом деле мне наоборот понравилось, что девушка оказалась захвачена моей идеей, а не просто бездумно положилась на меня. Такое дорогого стоит.
— Будешь, Аринка, — пообещала, хлопнув девушку по плечу, — не сомневайся. Главное помни основное правило…, — начала я, но тут Аринка просияла и почти смело закончила:
— …пироги мои и никакая Верити мне в этом не помогала.
— Умница! Мы точно с тобой горы свернём! — хмыкнула напоследок, прежде чем отправить девушку отогреваться домой. Она, явно не горела желанием возвращаться в отчий дом, но пока что выбора не было. На данный момент пригласить пожить мне её просто некуда.
Распрощавшись с Аринкой, я помчалась в сторону гномьего квартала, чтобы отдать в часть своего долга половину выручки за грибы. Гном ростовщик посмотрел на меня с жалостью, но сгрёб медяки равные одной серебрушке. В кармане осталось всего шесть тусклых монет, которые я незамедлительно потратила на семь фунтов кукурузной муки, несколько листов из обработанного дерева разной ширины и десяток гвоздей — снова клянчить выбраковку у кузнеца не стала, за что он без лишних слов одолжил мне молоток, буркнув, что вернуть его могу через пару дней. Ну, вот чувствую что он лапочка! Жаль что скупой, да староват для меня, и вообще уже решено: путь от бедности к богатству (уж надеюсь) я должна пройти сама.
