Майор проговорил:
— Да-а! Шумиха поднимется знатная! И последствия, действительно, вполне могут оказаться катастрофическими для Штатов. Но я не вижу способа, как заморозить ситуацию.
— А тебе и не надо ничего видеть. Тебе надо думать о том, как найти эти проклятые заряды и уничтожить их.
— Но Кларка-то все равно раскроют?
— Прикрытие высокопоставленного чиновника не наше дело. Спецслужбы сумеют погасить скандал в зародыше. Это они умеют. Но только до тех пор, пока не начнут рваться остальные заряды. Тот, кто решил воспользоваться ими, какое-то время будет ждать. Ждать решения Администрации, если мы не пойдем на уступки, ждать, пока пресса будет поднимать шум. И только поняв, что один подрыв кардинально не изменил общую обстановку, пойдет на последующее применение газа. Вот за это время ожидания тебе с твоими парнями и надо вычислить логово ублюдка, решившегося на подобный шантаж. А с ним и заряды. Они должны быть у него под рукой.
Джонсон, покачав головой, спросил:
— И сколько примерно у меня времени на поиск?
— Не знаю, Крис, но не думаю, что больше двух недель!
— В поиске будут задействованы армейские подразделения?
— Только для обеспечения твоих мероприятий! Но все части. Включая и авиацию. Также к тебе будет стекаться и вся информация войсковой разведки по данной операции.
На пороге кабинета появился помощник Смита.
— Извините, господин генерал, но вас по прямой линии вызывает Вашингтон!
Генерал обратился к майору:
— Подожди! Я сейчас! Наверняка новости по обсуждаемой нами проблеме! Если… не хуже!
Смит вышел из кабинета. Для переговоров по прямой линии ему надо было пройти в специальное помещение, которое находилось в конце коридора. Это минута ходьбы. Одна туда, одна обратно, ну и, как минимум, минуты три на разговор. Следовательно, он, Джонсон, имеет пять минут на то, чтобы переварить информацию, выданную генералом. Хотя чего ее переваривать? Ясно одно. Сегодня же придется лететь в Афганистан и начинать поиск. Вот только как его организовать? Вот это ясно не было. Скорее всего, затея Смита провалится. Шансов у группы Джонсона на успешный исход поиска практически никаких. Это в кино все в финале решил бы счастливый случай. В жизни подобного не бывает. Но лететь придется, и работать придется. Даже только для того, чтобы отчитаться, служба приняла все возможные меры, но… но… но! Но… посмотрим, как все повернется в Афганистане! Глядишь, и повезет! Хотя вряд ли!
Вернулся Смит. Прошел к столу, присел напротив майора:
— Я разговаривал с Кларком!
— Он встревожен?
— А черт его знает, Крис! По-моему, этот человек вообще лишен эмоций!
— Он сообщил вам что-нибудь новое?
Генерал взял указку со стола.
— Да, майор! Но сначала господин Кларк поинтересовался тем, что мы собираемся делать. После доклада одобрил решение и… добавил, что для усиления нашей поисковой группы будет задействован русский спецназ.
Джонсон с удивлением взглянул на начальника:
— Не понял, сэр? Вы сказали — русский спецназ?
— Это не я сказал, это сказал Кларк, я лишь повторил его слова.
— И все равно, я не понял!
— Ну что тебе, Крис, непонятно? В Афганистане ты будешь работать с русскими! Договоренность с ними уже достигнута, и их группа прибудет в расположение восьмого батальона уже сегодня!
— Так! Кларк считает, что мы не можем обойтись без помощи русских?
— Прекрати, Крис! — бросил генерал. — Решение Кларка верное и обоснованное! Русские в Афганистане воевали десять лет. Успешно, замечу, воевали! У них знания местности, обычаев, нравов, тактики противника, наконец! Я уже не говорю о колоссальном боевом опыте.
— И что же представляет собой эта группа?
— Это одно из подразделений Главного управления по борьбе с терроризмом Федеральной службы безопасности России.
— ФСБ?
— Тебя что-то смущает?
— А вас нет? Пентагон и ФСБ в одной связке?
— Почему бы и нет, Крис? Кстати, совсем недавно диверсионно-штурмовой группой «Стрела», с которой тебе и предстоит работать, была блестяще проведена нейтрализация преступной группировки бывшего советского генерала Самаранова, сумевшей захватить ракетный дивизион стратегического назначения, что предотвратило реальную угрозу применения ядерных комплексов и вместе с тем последствия этого применения, которое могло привести к мировой катастрофе. На счету группы не один десяток успешно проведенных антитеррористических акций. В общем, работать тебе предстоит с профессионалами высокого уровня!
Майор поинтересовался:
— И кто кому подчинен? Русские нам, или, может, мы русским?
— Операцию проводим мы, следовательно, и руководить ею будем тоже мы, но только в части координации действий ваших двух групп. Задача у вас одна, а как будете ее решать на месте, договоритесь сами. Ты и… — Генерал открыл электронную записную книжку: — … и майор Игорь Вьюжин, командир русского спецназа.
— Он владеет английским языком?
— Да! Как и ты русским! Так что общаться сможете!
— Их тоже будет немного?
— Так же человек семь. Все, Крис, отправляйся к своим людям. И начинай экстренную подготовку к переброске в Афганистан. В 17.00 за вами прибудет автобус. В 20 часов вылет с авиабазы Бригс.
— Садиться будем в Кандагаре?
— Да! Оттуда вас перебросят на базу восьмого батальона. Еще вопросы?
— Русские уже будут там?
— Да! Они должны прибыть сегодня к вечеру, вы же к утру завтрашнего дня!
— Вопросов нет!
— Тогда с богом, Крис, и помни, на тебе огромная ответственность!
— Вот это я помню всегда!
Джонсон вышел из кабинета Фрэнка Смита и через полчаса в своей штабной комнате небольшого, но отдельного корпуса в глубине территории базы военной разведки собрал личный состав своего подразделения «Кайман», вызванного по тревоге одновременно с ним.
10 августа. Подмосковье, полигон сводного
Учебного центра подразделений специального назначения
Из старой бревенчатой избы майор Вьюжин внимательно разглядывал стоявший напротив метрах в пятидесяти четырехэтажный дом. Обычный с виду дом. Шестиподъездный, с балконами, лавочками перед бетонными каркасами подъездов. Со шторами на окнах и антеннами общего пользования на крыше. Рядом находились командиры боевых «двоек» капитаны Мамаев и Бураков. Те тоже смотрели на дом через специальные амбразуры, но как-то рассеянно, не проявляя к зданию особого интереса. Вьюжин, не отрываясь от наблюдения, вдруг спросил Мамаева:
— Стас! Лена как?
Капитан не ожидал подобного вопроса:
— А что Лена?
— Я хотел узнать, отошла от стресса, полученного в результате насилия со стороны Конана?
Мамаев подумал, с чего это майор вспомнил тот случай, когда супруга покинула Станислава и попала в руки бандита, который вместе с подельниками дико изнасиловал ее? Капитан с напарником отомстил Конану, но почему сейчас Вьюжин задал вопрос, касающийся тех событий? Просто так или подразумевая что-то?
— Отошла! — ответил он.
Майор проговорил:
— Это хорошо! Ломаешь голову, почему я вдруг вспомнил о Конане?
Мамаев признался:
— Да! Вроде как ни к чему!
— Ни к чему ничего не бывает, Стас! Недавно видел Лену, изменилась она. В семье порядок?
— Порядок!
— Ты повнимательней с ней! Пообходительней! А то какая-то печаль в ее глазах!
— Это пройдет! По крайней мере, так сказал психолог. Со временем, но пройдет, а то, что жена изменилась к лучшему, замечено верно. Не зря люди говорят, худа без добра не бывает. Конечно, лучше добро без худа, но если…
Майор прервал подчиненного:
— Погоди, Стас! По-моему, наши «террористы» заняли позиции.
И тут же раздался вызов по станции командира диверсионно-штурмового отряда «Стрела».
— Первый! Я — Пятый! Начинаем игру. Докладываю, два бандита ворвались в квартиру № 33 третьего этажа четвертого подъезда. В заложники захвачена девушка.
— Принял! Вводная для вас! Захват заложницы проведен успешно, преследовавшие вас силы отошли от дома, к месту действия прибыл спецназ. Переговоры ничего не дали. Вы поняли, что против вас скоро будет проведена акция нейтрализации. А посему решили, прикрываясь заложницей, пробиваться с ней к тыловой стоянке автомобилей, где за оцеплением якобы собралась приличная куча народа. Вы, имея автоматы, решили завладеть автомобилем и попытаться через толпу выйти на шоссе, оттуда в город.
Прапорщик Михайлов ответил:
— Я помню легенду!
— А помнишь, готовь прорыв!
— Принял!
Связист группы, изображавший вместе с прапорщиком Дубовым бандитов после неудачного «нападения» на обменный пункт, уходивших от милиции и захвативших в «жилом доме» «заложницу», невесту Дубова, отключил связь. Вьюжин, взглянув на Мамаева и Буракова, приказал:
