Читаем без скачивания Свастика на орбите - Ганс-Ульрих фон Кранц

Специалисты «Аненэрбе» занимались опытами по созданию «сверхчеловека», конструированием психофизического оружия, разработкой основ новой религии..« В общем, всем таинственным и мистическим, что только можно было найти» Но для чего им был нужен ракетный проект? Это мне было пока неизвестно.

Факт остается фактом — в 1936 году «Ане–нэрбе» взял под свой плотный и негласный контроль строительство ракетного центра на Пенемюнде. И уже в конце 1937 года здесь проходили успешные испытания баллистической ракеты А–4.

Когда я впервые увидел эту дату, я решил, что в книге попросту сделана опечатка. О каких успешных испытаниях можно говорить, когда А–4 стала более или менее надежной к 1942 году, а к боевому применению была готова только в 1944 году? Более того, если в 1936 году строительство ракетного центра только началось, то каким образом уже год спустя в руках нацистов оказался готовый действующий экземпляр ракеты?! Даже сегодня на подобную разработку уйдет не один год, А тогда, учитывая, что все эти исследования были поистине революционными, ракета могла появиться только лет через пять, не меньше,

Но знакомство с документами убедило меня, что никакой опечатки нет. Наоборот, количество загадок множилось. В архивах сохранился акт секретных испытаний А–4, прошедших 16 ноября 1937 года. В нем говорится, что два образца ракеты были в 10.00 и 12.00 успешно запущены с полигона Пенемюнде и поразили свои цели с высокой точностью. Это тем более удивительно, что разработка А–4, если верить документам, была начата лишь в феврале того же года, а строительство первой очереди ракетного центра было закончено в марте. Такие сроки не просто очень сжатые, они элементарно нереальные! И все же никакой ошибки быть не может — рассекреченные ныне документы подтверждают правильность всех датировок.

Может, на самом деле проект А–4 был начат гораздо раньше и на 1937 год пришелся лишь его завершающий этап? Но совершенно точно известно, что до 1936 года Браун занимался другими проектами и никак не мог уделять внимание еще и А–4. К тому же для разработки всех без исключения узлов и постройки опытных образцов ракеты требовалось время, гораздо большее, чем несколько месяцев. К ноябрю 1937 года А–4, по всем понятиям, создана быть не могла. Тем не менее это произошло.

А дальше начинается самое удивительное, Думаете, испытательные пуски были продолжены? Ничего подобного! До 1941 года о них не было ни слуху ни духу. И вовсе не потому, что коллектив фон Брауна все это время лежал на диване и пил баварское пиво либо занимался другими проектами. Нет, все эти четыре года несколько тысяч человек усиленно занимались… созданием А–4! В 1941 году был осуществлен новый испытательный пуск, но неудачный. Удачно запустить ракету удалось лишь в июне 1942 года. Но и после этого удачные пуски чередовались с неудачными, так что более или менее надежным аппаратом А–4 стала лишь к 1944 году.

У меня возникло такое ощущение, что стадии разработки ракеты просто перетасовали, как карты в колоде. Иначе объяснить, почему успешные испытания состоялись в начале процесса создания А–4, а не в конце, я не мог. Все это противоречило и человеческой логике, и элементарному здравому смыслу. Тем не менее, проверив уже в который раз все даты, я не мог не признать: дело обстояло именно так.

Единственное разумное объяснение, которое можно было придумать, — это предположение, что в 1937 году с Пенемюнде запустили не А–4, а какую–то другую ракету. Несколько дней я верил в это, пока не обнаружил в архиве фотоснимок, относящийся к испытаниям 16 ноября 1937 года. Никаких сомнений быть не могло: на стартовой площадке стояла именно А–4. К тому же вести одновременно два проекта под одним названием — на такую путаницу не были способны даже нацисты.

В справочнике А–4 описывают так.

По форме она напоминала огромный артиллерийский снаряд, снабженный четырьмя взаимноперпендикулярными стабилизаторами. Ее общая длина составляла 14 300 мм, максимальный диаметр корпуса равнялся 1650 мм, а стартовый вес достигал 12,7 т и складывался из веса боевого заряда (980 кг), топлива {8760 кг) и конструкции вместе с силовыми установками (3060 кг) . Ракета состояла из более чем 30 тысяч деталей, а длина проводов электрического оборудования превышала 35 км. Дальность ее действия составляла от 290 до 305 км, хотя некоторые опытные образцы были способны преодолеть расстояние в 355 км. Траектория полета представляла собой параболу с высотой подъема, составлявшей примерно четверть дальности действия. Общее время полета равнялось примерно 5 минутам, при этом скорость полета на отдельных участках траектории превышала 1500 м/с. Для запуска ракеты предусматривалось использовать так называемые защищенные стартовые позиции и стартовые позиции полевого типа»

Остановимся на секунду. Характеристики, указанные для А–4, весьма хороши и для наших дней, эту баллистическую ракету было бы не так–то просто перехватить даже современным оружием. В конце 30–х годов ни в одной другой стране мира не существовало ничего подобного, даже отдаленно приближающегося к А–4 по своим характеристикам. Нечто схожее с этой ракетой появилось лишь во второй половине 40–х, и то только потому, что образцы А–4 попали в руки противников Германии. В первые послевоенные годы копии «немецкого чуда» были изготовлены и поставлены на вооружение во многих странах мира, а также послужили образцом для дальнейшего развития ракетной техники. Сложно сказать, на каком этапе находилось бы создание современных ракет, если бы не фон Браун и его А–4, Эта ракета опередила свое время как минимум на 15–20 лет.

И еще одна интересная деталь: все испытательные запуски, как пишут многочисленные авторы, проводились с Пенемюнде. Но если А–4 не была подсадной уткой, зачем тогда в 1943 году немецкие контрразведчики «сдали» полигон англичанам? Может быть, дело в смертельной борьбе разных ведомств внутри рейха? Обыденная, в общем–то, ситуация. Да нет, непохоже. За такие шалости с одним из самых секретных и многообещающих проектов рейха можно было моментально угодить на тот свет. Итак, еще одна загадка.

Однако, оставив все загадки на потом, я решил разобраться с особенностями боевого применения ракеты. И тут же стал на каждом шагу натыкаться на довольно странные и малопонятные явления…

Смертельная угроза

Итак, к 1944 году ракета А–4, получившая название «Фау–2» («Оружие возмездия–2»), была вполне готова к боевому применению. В Германии на подземных заводах, принадлежавших СС, было развернуто массовое производство этих ракет. Защищенные стартовые позиции сооружались в предместьях французских городов Ваттон, Визерне и Соттеваст. Они были выполнены по всем правилам фортификационной науки и представляли собой бункер, покрытый бетонированным куполом. Ракета на железнодорожной платформе поступала в бункер с одного выхода, заправлялась, обслуживалась, устанавливалась на пусковую тележку и через другой выход подавалась на стартовый стол, представлявший собой четырехугольную бетонированную площадку с конусом посередине (диаметр конуса около 5 м). Внутри бункера находились казармы для личного состава, а также кухня и медпункт. Оборудование этой позиции позволяло производить до 54 запусков «Фау–2» в сутки. В качестве позиции полевого типа в принципе мог использоваться любой ровный участок местности, на котором устанавливался пусковой стол. Все оборудование пускового комплекса размещалось на автомобилях и тягачах. В качестве машин управления запусками использовались модифицированные бронетранспортеры. Подвижный пусковой комплекс отличался высокой тактической мобильностью. Благодаря тому, что стартовые позиции постоянно менялись, они были практически неуязвимы для налетов авиации. За полгода боевых действий, несмотря на 30–кратное превосходство союзников в воздухе и интенсивные бомбардировки, ни одна «Фау–2» не была уничтожена на старте.

Все это слабо напоминало историю с «Фау–1», стартовые позиции для которых были весьма громоздкими и легко уничтожались вражеской авиацией даже после того, как обрели относительную мобильность. «Фау–2» могла, по сути, стартовать с любой лесной полянки, с любого участка шоссе, с любого внутреннего дворика. И обнаружить эту систему на старте было практически нереальной задачей. А уж перехватить в воздухе — тем более: «Фау–2» летела в несколько раз быстрее, чем любой истребитель того времени, да и зенитная артиллерия здесь была бессильна. Как правило, жертвы ракеты даже не подозревали о том, что она в скором времени свалится им на голову — «Фау–2» летела быстрее звука, и ее взрыв становился в самом прямом смысле слова громом среди ясного неба. Это «чудо–оружие» полностью оправдывало свое название.

В справочнике о боевом применении «Фау–2» говорится следующее.

В конце августа 1944 года началась операция — «Пингвин». Ракетные подразделения «Фау–2», насчитывавшие до 6 тысяч солдат и офицеров и до 1,6 тысячи различных машин, выдвинулись из мест постоянного базирования в районы проведения боевых пусков. Уже вечером 8 сентября лондонский район Чизвик содрогнулся от удара первой «Фау–2», достигшей Британских островов. Ракетное наступление продолжалось с 8 сентября 1944 года по 23 марта 1945 года, когда 902–й ракетно–артиллерийский полк нанес последний ракетный удар по Антверпену. За этот период времени было запущено 1269 «Фау–2» по Англии (1225 — по Лондону, 43 — по Норвигу и 1 — по Ипсвичу) и 1739 — по целям на континенте (из них 1593 — по Антверпену и 27 —по Люттиху) . По официальным английским данным, на территории Англии целей достигли 1054 «Фау–2», жертвами которых стали 9277 человек (2754 убитых и 6523 тяжелораненых). В районе Антверпена разорвалось 1265 ракет, которые наряду с «Фау–1» стали причиной гибели 6448 человек. Число раненых и пропавших без вести составило 23 368.