Читаем без скачивания Свастика на орбите - Ганс-Ульрих фон Кранц

— В ответ на Ваш запрос сообщаю, что в настоящий момент имеются свободные производственные мощности на следующих заводах:«Арадо», «Блом–Фосс», «Хейнкель», «Хеншель». На этих предприятиях возможно развернуть производство тяжелых бомбардировщиков, объем которого можно в течение полугода довести до 500 самолетов в месяц. Это никак не повлияет на программу наращивания выпуска истребителей. Обеспеченность данного проекта ресурсами зависит от приоритета, который будет присвоен ему руководством рейха, однако в целом больших проблем возникнуть не должно, особенно если разработчикам удастся минимизировать присутствие в конструкции самолетов дефицитных материалов…

Так писал один из главных нацистских функционеров, который был далеко не пустословом и дело свое знал. Соответственно наладить массовый выпуск бомбардировщиков было вполне реально. Почему же этого не сделали?

Ответ на вопрос я нашел совершенно случайно, когда смотрел телевизор. Вообще–то я его не люблю и включаю крайне редко, но когда сознание доходит до состояния усталости, при котором совершенно ничего не соображаешь, развеяться бывает даже полезно/По телевизору как раз показывали передачу про гонку вооружений в эпоху холодной войны. И вот рассказывает диктор о советско–американском противостоянии и вдруг произносит фразу, которая заставляет меня подскочить на стуле высоко вверх.

Из уст молодого человека на экране звучит:

Хрущев понимал, что по количеству бомбардировщиков ему никогда не догнать США, и потому начал строить баллистические ракеты. Это был асимметричный ответ русских.

Вот она и разгадка — асимметричный ответ. Что это такое? Это когда ты делаешь не то же самое, что противник, а нечто другое, более дешевое и эффективное, за счет чего и побеждаешь. Приближается, например, к вам в темном переулке верзила, чтобы отобрать кошелек. Кулаки у него — как ваша голова, драться с ним бесполезно. Он на это и рассчитывает. Так что же, отдаем кошелек и часы? Нет! Достаем из кармана пистолет и направляем его на громилу. И все, его кулаки теряют свое значение! Они не играют никакой роли в ситуации, когда мы можем прикончить его одним легким движением пальца. Вот это и есть асимметричный ответ. Гитлер, надо сказать, по поводу асимметричных ответов был большим докой. А ему ничего другого и не оставалось, ведь его страна в плане экономического потенциала серьезно уступала своим противникам. Вот, например, в области танков: американцы начали штамповать свои «шерманы» и буквально завалили ими поля сражений в Европе. Что делать германии? Выпускать свои, средние танки большими массами? Для этого нет ресурсов, такая гонка будет моментально проиграна, И немцы создают замечательные танки «тигр» и «пантера». Их немного, меньше, чем «шерманов», но теперь изделие американских промышленников моментально превращается в движущуюся мишень, не способную даже защитить себя. Дело доходит до того, что у американцев считается честью потерять всего лишь десяток своих «шерманов» на один «тигр». Три немецких танка умудряются на сутки задержать продвижение американской танковой дивизии. Асимметричный ответ? Разумеется да! Принести полный успех ему мешает только то обстоятельство, что союзники вводят в бой еще один фактор — свои многочисленные самолеты–штурмовики, которые по большей части и уничтожают сверхтяжелые немецкие танки.

Русские в 50–е годы устроили нечто похожее. Им обязательно нужно было добиться равных с Соединенными Штатами возможностей по нанесению ядерных ударов. Но как это сделать, если у США — сотни и тысячи тяжелых бомбардировщиков, а у Советского Союза их всего лишь крошечная горстка? Нужно было отвечать на вызов с помощью какого–то нового оружия. И что вы думаете? Такое оружие нашли — баллистические ракеты! Они беспилотные, дешевые, их трудно перехватить. Через несколько лет армада американских бомбардировщиков потеряла свою ценность — русские ракеты долетели бы до Штатов раньше, чем крылатые машины успели бы выйти на старт. Такая получалась история.

Немцы, в общем–то пошли тем же путем. Они начали вместо самолетов строить ракеты. Этот проект был назван «Оружие возмездия» (сокращенно — «Фау»), и в его рамках планировалось дать асимметричный ответ на воздушное наступление англоамериканцев. Первенцем проекта стал «Фау–1». О нем рассказывалось очень многое, и, казалось бы, все уже известно. Но на самом деле с этим проектом связано не меньше тайн и загадок, чем с Третьим рейхом в целом. Что ж, попробуем в них разобраться.

Подставная ракета

Собственно говоря, классификация этого оружия до сих пор вызывает споры: одни считают «Фау–1» первой в мире крылатой ракетой, другие — самолетом–снарядом или летающей бомбой. Но это в общем–то не так уж важно. Как ни назови это изделие, оно все равно оставалось уникальным оружием, аналогов которого в мире просто не существовало.

«Фау–1» считался исключительно секретным. Его разработка началась в 1941 году в закрытом испытательном центре, расположенном на острове Пенемюнде в Балтийском море. Этот уединенный остров идеально подходил для такого рода проекта. Здесь были собраны инженеры и рабочие, практически отрезанные от внешнего мира, так что о существовании тайного исследовательского центра долгое время абсолютно никто не подозревал. В немещшх документах ракета упоминалась как Fi–103. Кроме того, в целях секретности, чтобы запутать вражескую разведку, иногда проект «Фау–1» проходил под названием «Прицельное устройство 76 для зенитного орудия».

Задачей ученых, работавших под контролем армейских начальников, было создать простое и дешевое оружие, которое тем не менее окажется очень эффективным. Работа двигалась быстро и довольно успешно; испытания прошли в 1943 году. Ракета «Фау–1» представляла собой чрезвычайно простую и дешевую конструкцию. Она напоминала небольшой беспилотный самолет, на котором стоял пульсирующий воздушно–реактивный двигатель «Аргус», Размах ее крыльев составлял около 5 м и зависел от модели.

Запуск «Фау–1» происходил со специальной рампы — на ней ракета стартовыми ускорителями разгонялась до нужной скорости, по достижении которой включался маршевый пульсирующий двигатель, Сразу после схода с рампы стартовые ускорители сбрасывались. «Фау–1» могла стартовать также с самолета–носителя или с подводной лодки. Обычно полет ракеты проходил на высоте 600–900 м, скорость составляла около 600 км/ч.

Серьезную проблему представляло наведение ракеты на цель. В принципе, можно было создать сложную и дорогую систему, позволяющую сделать это точнее, но при разработке во главу угла была поставлена именно дешевизна проекта. В итоге курс «Фау–1» регулировали три простых гироскопа и компас. Дальность контролировалась небольшим пропеллером, который в полете вращался, тем самым закручивая присоединенный к нему болт. Когда резьба болта доходила до определенной точки, пульсирующий двигатель выключался и «Фау–1» переводилась рулями в крутое пикирование. Взрыватель срабатывал непосредственно при ударе о землю.

Однако уже на этапе разработки начались какие–то непонятные вещи. Несмотря на строжайшие меры по соблюдению секретности, информация о новом оружии в один прекрасный момент просочилась к англичанам. Как? На этот вопрос по сей день нет ответа. Возможные источники лишь ссылаются на работу агентурной сети. И только в одной книге я натолкнулся на упоминание конкретного агента, сообщившего о новом оружии. Его оперативный псевдоним — Вольфганг — раньше мне не попадался, поэтому я решил выяснить о нем все, что мог, поподробнее.

Удалось это далеко не сразу, и вот почему. Вольфганг, он же Мариус Беренгард, офицер германского генерального штаба, стал одним из самых позорных провалов в истории британской разведки. Его завербовали еще в 1935 году и считали это большим достижениям, не догадываясь, что сразу же после «вербовки» Беренгард отправился в соответствующие органы и предложил свои услуги в качестве «двойного агента». В течение последующих десяти лет, вплоть до поражения Германии, через Беренгарда широкой рекой лилась информация, которая была нужна англичанам. Естественно, немцы подбрасывали своим врагам откровенную фальшивку, лишь иногда — для маскировки — разбавляя ее не слишком значимыми правдивыми данными. Именно Вольфганг передал в 1943 году информацию о готовящемся «оружии возмездия».

Естественно, сделал он это по прямому указанию германских контрразведчиков. Внимание, вопрос: почему же немцы выдали англичанам столь ценную и сверхсекретную информацию? Оставим его пока без ответа, тем более что я нашел эту разгадку далеко не сразу, а только перелистав массу источников и выпив немало чашек кофе. Двинемся дальше.

Узнав о существовании нового «оружия возмездия», англичане страшно переполошились, тем более что в донесениях Вольфганга речь шла о снарядах огромной разрушительной силы. Немедленно был совершен воздушный налет на остров Пенемюнде, в ходе которого, правда, ничего особо не пострадало. Точное бомбометание никогда не относилось к числу английских достоинств. Тем не менее британцы после войны долго хвастались, как им удалось уничтожить сверхсекретный германский проект. Откровенная дешевизна «Фау–Ь позволяла производить его в огромных количествах. Забегая вперед, скажу, что всего изготовили более 32 тысяч ракет. Уже зимой 1943–1944 годов началась подготовка стартовых площадок во Франции для обстрела британской территории. Причем работы велись с весьма большим размахом — казалось, немцы специально хотят привлечь внимание своих противников к этому проекту. Собственно говоря, так оно и было. Потому что, когда англичане откровенно пропустили мимо первый этап строительства площадок, немцы начали подсовывать им соответствующую информацию. От того же агента Вольфганга поступили данные о возведении странных сооружений по всей Северо–Западной Франции. В Англии наконец встряхнулись и организовали воздушную разведку. На снимках были отчетливо видны стартовые позиции, напоминавшие лежащую на земле гигантскую лыжу. Еще несколько недель англичане гадали над тем, что же это такое, и немцы уже начали было беспокоиться. Но наконец какая–то светлая голова в британской разведке догадалась, что «это» направлено против них и поэтому нужно его бомбить. И началась свистопляска.