На первых порах она ассистировала, училась премудростям и правилам общения с пациентами, особенностям и тонкостям работы в полости рта. Старалась честно и бескорыстно, а потому когда её приняли в штат, то для неё это был большой праздник и маленькой победой над своей врождённой скромностью и неуверенностью в себе.
Но с этого момента всё пошло не совсем, а точнее, совсем не так как она себе представляла. И дело не в том что ей предложили весьма скромный оклад — позднее она поняла, что сотрудникам здесь платят более чем скромно — дело было в пути повышения своей зарплаты и, если пожелаете, карьерного роста.
— Теперь должно быть всё хорошо, — сказала она с улыбкой пациентке, сидящей у неё в кресле. — Я сделала специальную подкладочку на гидроокиси кальция, которая, наконец, поможет нам решить эту проблему и не доводить до удаления нервов.
— Ой, спасибо большое, — благодарно улыбнулась в ответ женщина средних лет, изрядно молодящаяся, и после некоторой паузы уже без улыбки взглянувшая на Марию — Но я ведь больше ничего не должна?
Мария всегда очень неловко чувствовала себя при озвучивании цены за лечение. Она понимала что берёт деньги честно и за работу, но всё равно когда касалось денег ей становилось как-то очень неловко, будто она просит взаймы. Цены были согласно прейскуранту очень высокими — пациенты платили за прорекламированное название клиники, а значит за её статус. И хотя получала она в месяц всего-то четверть от работы одного пациента из числа всех тех кто пришёл за месяц, но ведь её называла она, а не руководитель клиники.
— Нет, — робко ответила она. — Нет, конечно ничего.
— Мы ведь с вами это не оговаривали, верно? — вставая с кресла спросила ещё раз пациентка.
— Да, конечно. Всё так.
— Замечательно! Спасибо, Машенька, и до свидания, — фальшиво улыбнувшись и открывая дверь, добавила женщина средних лет.
— Мария Вадимовна, — холодным суровым тоном одёрнул даму голос другой женщины-врача, что-то записывающей в медицинскую карту за соседним столиком.
Сказала она это не отрываясь от этого занятия, а значит и не поднимая взгляд.
— Да, конечно, — слегка растерявшись произнесла уходящая пациентка. — Всего доброго, Мария Вадимовна.
— Всего доброго, — краснея, но с улыбкой ответила Маша.
Когда дверь закрылась с той стороны, сидящая за столом женщина-врач, отложила ручку и взглянула на Марию.
— Не позволяй никогда пациентам панибратского отношения, — спокойно сказала она. — Ты — доктор и они должны понимать это, когда приходят к тебе за помощью. Уважение прежде всего.
— Да…ничего..- краска смущения казалось стала ещё ярче и Мария попыталась взять себя в руки. — Ну я в конце концов ещё молоденькая, Валентина Ивановна, — добавила она улыбаясь.
— Ты — доктор и возраст тут не при чём, — также спокойно и флегматично продолжила женщина в белом халате. Закинув ногу на ногу и приняв весьма соблазнительную позу для мужчин-пациентов, она пристально уставилась на Марию отчего у той пробежали мурашки по коже. — И с каких это пор мы занимаемся благотворительностью?
У Маши ком подкатил к горлу. Оказавшись меж двух огней она минутами раньше сделала свой выбор. Теперь ей предстоит его объяснить.
— Я… — уверенное начало не получилось. — Я просто не могла…Дело в том что я назвала ей сумму вначале, а так получалось надо было добавить ещё…
— Ну и прибавила бы, — удивлённо ответила слегка покачивая ножкой Валентина Ивановна — эдакая женщина-вамп в белом халате, эротическая мечта особо настроенных мужчин. — До начала лечения сложно предугадать все возможные нюансы. Возникла надобность предпринять дополнительные меры по сохранению зуба и соответственно дополнительные манипуляции врача. Эта твоя разукрашенная как старая поблекшая матрёшка мадам прекрасно это понимает, также как и понимает что ты человек излишне порядочный. Просто она наглая и знает как сыграть на твоей слабости.
— Разве порядочность может быть излишней? — удивлённо поднимая глаза, спросила Мария. — И разве это слабость?
— Да, слабость. Ты так никогда ничего в жизни не добьёшься. Пойми это.
— Я понадеялась и на её порядочность, поэтому просто растерялась её вопросу про стоимость, — еле слышно произнесла Мария и почувствовала себя в чём-то сильно провинившейся, хотя и не понимающей в чём именно. — Я просто…Да, извините — я виновата.
— Конечно виновата, — ухмыльнувшись ответила женщина-вамп. — Стоимость материала вычтут из твоей зарплаты, ну а работа — ты сама её не оцениваешь получается. И на будущее, будь любезна, не допускай подобного. Не хочет она платить или знаешь что возникнут трудности — просто не делай лишних манипуляций.
— Да, но зуб тогда мог бы её беспокоить, — растерянно оправдывалась Маша. — Возник бы пульпит.
— Ну и пусть беспокоит, — равнодушно ответила Валентина Ивановна. — Пусть пульпит. Бесплатно ей никто ничего делать не обязан. Поняла?
— Да, — робко и покорно ответила Мария.
— Вот и хорошо, — ласково улыбнувшись ответила собеседница. — Вот увидишь, только так ты сможешь чего-то добиться — непреклонный и холодный расчёт. Думай о себе, а не о них, — она брезгливо махнула в сторону двери кабинета, за которой находился холл ожидания. — Им нет до тебя дела, вот и отвечай им взаимностью. Доброй и ласковой будь с начальством, тогда может ты тоже со временем станешь ведущим стоматологом-терапевтом как я. И я ведь не останавливаюсь — уверена вскоре стану главным врачом всей сети клиник "МарТиг".
После этих слов она изобразила одну из тех вульгарных стоек, которые некоторые девушки считают очень удачными, чтобы произвести неотразимый эффект. На самом деле для нормальных мужчин этот эффект неотразим со знаком минус и составляет о девушке нелицеприятное мнение как о глупой и легкомысленной особе.
Мария долго переживала этот частный случай. Быть может потому что он был первым. В дальнейшем она старалась перестраховаться и порой называла стоимость чуть выше, чтобы затем лучше её снизить. В случае если всё шло по плану и дополнительные манипуляции были не нужны, она всегда убирала ту запасную часть стоимости, что служила ей страховкой. И это тоже её характеризует как порядочного человека, заметьте.
В клиниках подобного типа (не сказать чтобы уровня или класса, так как здесь они совершенно не при чём) в пациентах, по сути дела, не заинтересованы, так как существование идёт не за счёт самоокупаемости огромной сети с огромными ценами. Персонал тут не жаловали, а если и приходили дуралеи, которые баснословно переплачивали истинную стоимость за престиж самого лечения в такой клинике, то с них сотрудники получали дополнительный процент. И вот при таких случаях необходимо было постараться…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
