Читаем без скачивания Инсомния - Бо Вова

– Чем больше сопротивляешься, – произнес Туман, – тем дольше он будет тебя изучать.

Не уверен, что правильно перевел последнее слово. По ощущениям тут бы больше подошло «диагностировать» или «сканировать», но слишком умно для этой гниды болотной.

Меня повело в сторону от нахлынувшего головокружения. Я попытался удержать равновесие, но ноги сами подогнулись и я рухнул на колени. От браслета исходили какие-то волны, приносящие вполне ощутимую физическую боль.

– Так, ладно, – произнес Туман с тревогой в голосе. – Это уже не совсем нормально. А, вот в чем дело.

Боль прекратилась. В голове начало проясняться, но мысли продолжали скакать, устроив пьяные пляски внутри моей черепушки. Я с трудом сфокусировал взгляд и увидел Тумана. Тот сидел на толстой ветке соседнего дерева.

Его левая рука была направлена в мою сторону, и я увидел у него на запястье точно такой же браслет. Только смотрел он не на него или меня, а куда-то поверх.

– Мне тебя даже почти жалко, обезьяна, – усмехнулся он. – Дар Пробуждения, пусть и самый бесполезный, но все же один из Даров. Но вот Инсомния. Для Ловца нет ничего страшнее бессонницы. А я уж понадеялся, что ты окажешься полезен Отцу.

– Где она? – прохрипел я на незнакомом языке.

Не то, чтобы я считал себя каким-то рыцарем в сияющих доспехах. Но Ева мне доверилась, и я чувствовал некую ответственность за нее. И раз я в одиночестве выбрался из мглы, значит, она все еще там.

– С остальными овцами, где ей и место, – усмехнулся Туман. – Ты, конечно, бесполезен с такой болезнью, но я не для того целый год караулил эту дыру, чтобы тебя отпускать. Поэтому будь добр, вернись к остальным.

– Ага, разбежался, – прохрипел я, поднимаясь на ноги. – А иначе что? Твой туман на меня не действует.

– Ой ли? – усмехнулся Туман. – Смотри-ка, говорить научился. Ну чего ты упираешься? Ну поставят на тебе с десяток опытов, ну отрежут руку, или там голову. Зато кормят хорошо. И крыша над головой есть, и сено под задницей. – Туман тяжело вздохнул и махнул рукой. – Ладно, обезьяна. Считай браслет моим тебе подарком. Поверь, если проживешь достаточно долго, ты убедишься в его ценности.

– Сними с меня эту дрянь.

– Ага, конечно, – усмехнулся Туман. – И где мне потом тебя искать, если ты снова сбежишь? Нет уж, либо носи, либо возвращайся на холм. Но вообще, я бы на твоем месте перевел его в режим маскировки. Любой законопослушный гражданин теперь посчитает своим долгом убить тебя только за сам факт наличия этого браслета. А теперь давай немного поиграем.

Туман затянулся из своей трубки, коснулся шляпы, как бы прощаясь, и выдохнул такой поток дыма, что он сразу обволок небольшую поляну вокруг меня.

Я моментально зажмурился и попытался проснуться, но в этот раз фокус не сработал. Может это потому, что мгла была вокруг меня, но не касалась? Стоило об этом подумать, как зеленоватые клубы осели.

Теперь мгла была мне почти по пояс, и кольцо поляны начало сужаться. Твою же налево, да что вообще происходит? Туман сомкнулся, но выше подниматься не стал, но я все равно не видел даже своих ног.

Сколько ни пытался моргать – ничего не менялось. Может попробовать лечь и оказаться целиком в этом мареве? В тот раз ведь сработало. Похоже, зеленый быстро учится на своих ошибках.

Но прикинуть варианты как действовать я не успел. Потому что со всех сторон из мглы появились акульи плавники. Ну блин, накаркал, походу.

Твари кружили в тумане вокруг меня, постепенно сужая кольцо. Я крутился на месте, пытаясь придумать выход. Это все морок, Туман просто хочет загнать меня обратно на холм, к алым. А если нет?

Если эти твари реальны и вполне опасны? Врум тоже для всех был бесплотным, однако солдат о камни припечатал будь здоров.

Так что делать? Акулы, Туман, холм и… Я огляделся. Мгла стелилась по земле, но не закрывала обзор, так что цель я увидел быстро. И рванул напрямик со всех ног, игнорируя боль, растекающуюся по всем телу.

Да, стоило мне вырваться из… почему-то в голове всплыло слово «дремота», произнесенное на чужом языке. Как только я вырвался из мглы в первый раз, боль вернулась на прежний уровень. Все сильнее складывалось впечатление, что я в тот раз будто проснулся.

Но теперь я засек положенные три минуты, поделил пополам с учетом моего не самого хорошего состояния и ускорился.

Плавники завертелись, закрутились, словно во мгле под ногами плавали реальные акулы. А когда я пробегал мимо одного такого, то ощутил, как нога коснулась чего-то плотного. У меня внутри все похолодело, но скорости я не сбавил.

За спиной нарастал какой-то гул, но я не оборачивался. Как они там говорили? Взять живым, но не более. А еще алый плащ требовал оторвать нам ноги. Как все складывается-то одно к другому.

Багровая пелена застилает глаза, в голове все смешалось, боль стала ощущаться каким-то фоном. Это верные признаки скорой потери сознания. Разум пытается обороняться самым эффективным способом – отключиться.

Только вот это не вариант. Я не уверен, что смогу как-то избавиться в этот раз от мглы и тварей, а времени на эксперименты у меня нет. Я даже не понимаю, зачем бегу в этот лес. Просто знаю, что на холм мне возвращаться нельзя, как и стоять столбом.

И внезапно мгла исчезла, а я чуть было не споткнулся о торчащий корень, толщиной с мою ногу. В глазах уже все помутнело, сил поднять голову не было, и я просто бежал, глядя себе под ноги, не разбирая дороги.

Гул за спиной продолжал нарастать, но это вполне мог быть мой собственный пульс, бьющий в голову. Что-то просвистело прямо над ухом, но я не обратил внимания. Сил уже не было разбираться.

Туман не стал меня преследовать, как и его питомцы. Возможно, мой сон был просто сном и на самом деле акулы в лесах не водятся. Хотя что-то мне подсказывает, что я прав лишь отчасти. Потому что меня не покидало стойкое ощущение, что в этом мире не бывает просто снов.

Но в какой-то момент силы меня окончательно покинули, и я споткнулся об очередной корень. Возможно это бред моего угасающего сознания, но я готов поклясться, что секунду назад этого корня там не было. Он просто вырвался из земли, чтобы специально поставить мне подножку.

Но сил разбираться больше не было. Я упал, но в этот раз уже не смог подняться. Просто продолжил ползти вперед, пока не увидел аккуратную нишу, спрятавшуюся под стволом огромного дерева.

Я заполз в нее, такую удобную, словно созданную так, чтобы сюда поместился один человек. Древо приняло меня, укрыло от ветра, отсекло все посторонние звуки. Голова сама легла на мягкую подушку из мха.

Корни дерева в тот же момент зашевелились, оплетая мое убежище, скрывая от посторонних глаз, защищая и оберегая. Всего несколько секунд, и никакой ниши уже не было. Мое тело осталось во мраке, оплетенное толстыми монументальными вековыми корнями.

Но я этого уже не видел, потому что крепко спал. Обессиленный разум выжал из моего измученного тела все, что было возможно, и даже немножко больше. Сознание погрузилось в сон, которого мне так не хватало.

Верховный советник по делам восточной провинции Эдеа, входящей в состав великой Империи Редгард. Так теперь официально называлась должность Ксандера Фара.

И ради этой должности он работал всю свою жизнь, пройдя не только по множеству голов, но и переступая не через одну сотню трупов. Такова была цена власти, и она того стоила. Помимо ныне мертвых конкурентов, Ксандеру пришлось положить на алтарь величия еще много чего важного.

Например, пожертвовать честью, достоинством, репутацией в глазах своего народа. Собрать огромную коллекцию всевозможных ярлыков, среди которых «имперская шлюха» и «грязный предатель» были наименее оскорбительными.

Стоило ли оно того? Кто знает. Но одно известно точно. Никто из ныне живущих людей не был способен произнести ни одно оскорбление ему в лицо. По крайней мере так, чтобы остаться после этого в живых.

Многие его коллеги по цеху, политики, дипломаты, советники, главы правящих аристократических Домов и многие иные, приближенные к власти, пали жертвой своих принципов или глупости. Ксандер же считал себя человеком не только неординарного ума, но и большой дальновидности.