стоящий неподалёку «Камаз». К срубу прилагалась кровля, укладываемая поверх брёвен. Конечно, не всегда она была хорошего качества, но люди из бригады Кулешова заверили, что найдут, чем заменить непригодные части кровли.
Тем временем женская половина анклава быстро перезнакомилась с прибывшими и учинила парково-хозяйственный день, как в общежитии, так и в столовой и медпункте. Кто-то стирал бельё или убирал помещения, кто-то добирал урожай на грядках, другие включились в процесс заготовки оставшихся овощей. Словом, дело нашлось всем.
Юнармейцы, получив приказ от Ани, начали набирать рекрутов. Опасения Совета не оправдались — в рекрутах нехватки не было: ещё на поминках приезжая молодёжь прекрасно видела, что все юнармейцы сидели вместе с бойцами анклава, тогда как остальных посадили за «женские столы». И вопросы они обсуждали явно не детские, а планировали будущее взаимодействие. Им даже налили по пятьдесят грамм водки на помин павших! Мальчишкам и девчонкам, но в форме и с пистолетами на поясе, а приезжие дети ограничились компотом. И выходит, что юнармейцы уже взрослые и с их мнением считаются, а остальные ещё «детский сад — штаны на лямках». Звягиной удалось взять к себе самых рьяно желающих. Остальные шли записываться скорее по инерции: во-первых, чтобы не отставать от других, а то засмеют. Во-вторых, интернета нет уже как три месяца, компьютеров тоже нет, смартфоны сдохли — чем ещё заниматься? К тому же Вика сразу снискала к себе уважение женской половины анклава — девочка-сержант, да ещё с ранением… В общем, и форму выстирали, и знак ранения нашили.
В тот день поисково-трофейные группы полностью обработали оба ближайших села и на следующий день собирались посетить окраины Барсуково, чтобы заняться тем же. Отдельная часть трофейщиков предполагала полностью изъять весь запас кирпича и тут пригодилась помощь молодёжи: молодые рекруты не стали отнекиваться, а включились в погрузки, как целого кирпича, так и боя под прикрытием их взводных — те с оружием контролировали периметр и даже пару раз вступили в схватку с бродячими собаками. Нетрудно понять, что после такого авторитет командиров взводов взлетел до небес.
1 сентября 2027 года. д. Тополиновка. Полдень
Этот день стал очень насыщенным для всех. Сначала торжественная линейка по поводу начала учебного года у детей. Как среди местных, так и в числе приезжих нашлось немало педагогов. Благодаря мудрому руководству Веры Андреевны Шапошниковой, ставшей по праву директором местной школы, педагогический персонал Тополиновской средней школы мог свободно обеспечить учебный процесс в две смены. Первое время занятия проходили в… общежитии. Да, со зданием школы решили повременить, обеспечив простым жильём всех нуждающихся, но следующим по очереди на возведение стало именно здание школы. Линейка скорее обозначила начало процесса обучения, потому как сразу после неё в анклав прибыла первая группа туляков. Те прибыли на шести бронетранспортёрах с вереницей машин: несколько внедорожников, автобусов, бортовых «Камазов» и «Шишиг», а также шести автозаправщиков. Колонна не стала полностью въезжать в деревню — там было попросту не развернуться, поэтому часть техники поставили в сторону поворота на Рябиновку. Возглавляли туляков двое: начальник штаба 106-й гвардейской дивизии подполковник Сабуров и начальник особого отдела 45-ого отдельного специального назначения полка подполковник Белов. Они неспешно вылезли из обоих внедорожников и подошли к встречающим их Мочалову, Захарову-старшему и Пасечникову.
— Начальник штаба 106-й дивизии ВДВ, подполковник Сабуров. Михаил Ильич.
— Начальник Особого отдела 45-ого отдельного полка, подполковник Белов. Андрей Валентинович.
— Глава анклава Мочалов, Сергей Иванович, — пожал руку каждому из приехавших Сергей. — С прибытием!
— Начальник силового обеспечения, капитан запаса Захаров. Евгений Васильевич.
— Евгений Васильевич, — Белов профессиональным взглядом сразу заметил тельник на нём. — Где заканчивали службу?
— Сирия.
— Шестой батальон?
— Так точно.
— Значит, с возвращением в строй! — он крепко пожал ему руку.
— Начальник Службы Безопасности, майор Пасечников. Денис Александрович.
— Рискну предположить, что вы из ФСБ? — Белов решил провести изучение руководства анклава немедленно.
— Так точно.
— Сработаемся, — и снова рукопожатие.
— Как добрались? — поинтересовался Мочалов.
— Не без приключений, — покачал головой Сабуров. — Было несколько неприятных моментов.
— Пытались нас пощипать, да только мы сразу отбивали охоту, — усмехнулся Белов.
— Позавчера по радио мы с вами договаривались об обеде, — заметил Сабуров.
— Всё готово, — кивнул ему Захаров. — В столовой готов обед для вашего личного состава, на столько, на сколько было вами заявлено.
— Отлично! — одобрил Сабуров. — Кто проводит?
— Могу и я, — сказал Захаров, но увидел проходящую мимо Звягину. — О! Я вам сейчас хорошего провожатого дам. Звягина!
— Я!
— Вика, будь добра, организуй перемещение личного состава десантников к месту принятия пищи.
— Есть!
— Кто такая? — скорее по-отечески поинтересовался у неё Сабуров.
— Сержант Звягина, товарищ подполковник.
— Сержа-а-ант? И сколько тебе лет, дочка?
— Пятнадцать, товарищ подполковник. Командир взвода юнармейцев.
— И даже нашивка за лёгкое ранение, которое я и сейчас наблюдаю. Андрей, я всё не могу привыкнуть к реалиями новой жизни, — обратился он к Белову.
— Это в последнем бою с христолюбами? — в свою очередь поинтересовался Белов у девушки.
— Так точно, товарищ подполковник. С напарником были на НП, потом отошли к группе прикрытия, но пришлось принять бой. Меня в руку ранили, напарника в ногу.
— Извини, Вика, но я добавлю, — сказал Мочалов. — Сержант Звягина в том бою потеряла отца. Сейчас её опекает майор запаса Ефимов.
— Он теперь мне приёмный отец, — грустно проговорила девушка.
— Извини, девочка, что напомнили тебе о горе, — сказал Сабуров. — Что поделать — война… не на жизнь, а насмерть.
— Да, товарищ подполковник…
— Ладно, не будем о грустном. Мы с вашим руководством сами прогуляемся до столовой, а ты дойди до колонны. Найдёшь капитана Синицина и передашь приказ: повзводно сюда для принятия пищи.
— Есть, товарищ подполковник.
— Хорошее ты дело, Сергей Иванович, возродить решил, — заметил он, когда Звягина ушла. — Ничего, что на «ты»?
— Не возражаю.
— Так вот, повторюсь — молодец. Молодёжь при деле, не барагозит, опять же дисциплина с малых лет. Смотрю, даже пистолет у неё есть?
— За ней и «ксюха» закреплена. В бою без автомата дохлый номер.
— И стрелять умеет? — удивился Белов.
— А зачем тогда выдавать? — в свою очередь удивился Пасечников. — Для мебели?
— Логично, — кивнул
