через который они исчезли. Опустошенная. В ярости. Ранее она задавалась вопросом, на кого нападет Варен в наказание за опасные секреты, которые она от него скрывала.
Было ли это ответом на вопрос?
Неужели он приказал своим слугам прекратить лечить Асру из-за нее?
— Вернись, — умоляла Кас, повернувшись к Асре и взяв ее за руку. — Это моя вина, но я все исправлю. Просто вернись и живи. Я поговорю с Вареном, принесу тебе лекарство, а потом вытащу тебя отсюда и найду другое решение, клянусь, я найду. Мне просто нужно… нужно…
Ей нужно было как-то это исправить. Она исправит. Только… она не могла двигаться. Она могла бы отправиться к Варену — она не боялась противостоять ему. Но она боялась, что Асра полностью исчезнет, когда она вернется. Одна и та же мысль снова и снова билась в ее голове: она не сможет оставить меня, если я не оставлю ее.
Эта мысль не имела смысла. Она знала, что это не так. Но все равно отчаянно цеплялась за нее, и это удерживало ее на месте. Проходили секунды. Казалось, прошло гораздо больше времени. Кас прислонилась лбом к краю кровати, сжимая руку Асры.
После нескольких попыток она получила в ответ мягкое сжатие, а затем слабый голос Асры:
— Ты знаешь, что это не твоя вина.
Кас подняла голову.
Асра смотрела на что-то на потолке, уголки ее глаз прищурились, как будто — что бы это ни было — было слишком светлым, чтобы смотреть прямо.
— Просто мое время пришло, вот и все.
— Нет, это не так. Не говори так.
Асра смотрела на потолок, на свет, который видела только она.
— Я не думала, что в конце концов мне станет страшно.
— Это не конец.
— Но я все равно боюсь.
Кас сделал несколько глубоких вдохов, вдыхая и выдыхая, вдыхая и выдыхая, пытаясь подобрать слова.
— Я тоже. Я… — слова застряли у нее в горле. Казалось, рот, горло, легкие наполнились кровью, и теперь она не могла дышать, а ее речь вырывалась шепотом, который Асра, вероятно, даже не могла понять:
— Но я все время боюсь, ты же знаешь. Я рассеяна и тревожна, и страх никогда не проходит, поэтому я просто должна делать что-то, несмотря на страх. И я делаю. Я могу. И это значит, что ты тоже сможешь, так что посмотри на меня — посмотри на меня — потому что мы еще не закончили, ясно? Страх не победит нас, это не конец, это… это… — у нее перехватило дыхание. Слова кончились. Идеи кончились.
— Беспокойное сердечко, — рука Асры сжала ее руку в последний раз. — Ты должна перестать бороться за меня. Есть вещи поважнее, ради которых должно биться это сердце.
— Нет, — Кас крепче сжала ее руку. Она сжала ее в своей руке с такой силой, что удивилась, что не услышала звука ломающихся хрупких костей Асры.
Но Асра больше ничего не сказала.
У нее не было пульса.
— Нет.
Она встала. Сделала несколько медленных шагов прочь от кровати. Ярость была единственным источником ее движений, единственным, что заставляло ее повернуть голову в поисках ответов. Ее взгляд остановился на одном из двух оставшихся у стены слуг. Отчаянное безумие захлестнуло ее. Она подняла руку прежде, чем успела подумать, прежде, чем осознала, что именно собирается сделать…
А потом она сделала это.
Жгучая боль пронеслась по ее венам. Сила закрутилась в ее теле, сплелась вокруг ее рук, сконцентрировалась на кончиках пальцев. Вспышка яркого света ослепила ее, а когда белые точки перед глазами исчезли, служанка лежала в углу. Обмякшая. Совершенно неподвижная. Ее руки раскинулись под неудобным углом, словно крылья птицы, врезавшейся в окно.
Она мертва?
Кас не стала присматриваться, чтобы увидеть. Потому что благодаря передаче энергии Асра все еще жила. Ее глаза все еще были закрыты, но теперь она делала более глубокие вдохи, более громкие, и ее окружал мягкий свет. Защитная магия. Кас могла защитить ее. Она могла продолжать изгонять эту болезнь. Нужно было только найти другие места, куда ее можно было бы поместить.
Ее взгляд переместился на единственную оставшуюся служанку.
С воплем служанка оттолкнулась от стены и побежала к двери.
Одержимая чем-то, чего она не понимала, чего не хотела понимать, Кас двинулась за ней.
Кашель Асры заставил Кас споткнуться. Секунда колебаний, и служанка исчезла, а Кас пришлось принимать решение: остаться или продолжать погоню.
Она быстро решила, что должна остаться.
Если я не оставлю ее, она не сможет оставить меня.
Она развернулась на нетвердых ногах, пошатываясь, вернулась к кровати и опустилась на колени. Ей казалось, что она заново переживает тот первый момент, когда она пришла к Асре в эту комнату. И так же, как в тот день, ее глаза бешено забегали по сторонам в поисках места, куда она могла бы перенаправить смерть Асры. Но опять же, не было видно никаких других живых существ. Ни растений, ни людей, ни монстров.
Кроме самой Кас.
Пусть эта болезнь, эта злая энергия перейдет ко мне, подумала она, как и прежде.
Свет ослепил ее, как и прежде. И она упала, как и прежде. Но на этот раз она не потеряла сознание. Она чувствовала каждую болезненную судорогу и удар своей беспокойной магии. Она слышала каждый звук, от последнего дождя, стучавшего в окно, до собственного дыхания, гулко отдававшегося в грудной клетке, до бешеного стука сердца, а затем…
Шаги.
Ужас пронзил ее при этом последнем звуке, но она заставила себя продолжать дышать. Она напомнила себе, что уже была здесь раньше. Лежала на этом же полу, смотрела на этот же потолок, дрожала от этих же ударов магии. Неделю назад Эландер нашел ее в этом самом месте.
Он подхватит ее, как и в прошлый раз. Они сбегут из этой комнаты. Спрячутся. Продолжат пытаться все выяснить.
Но до нее донесся не голос Эландера. Не лекция от него, а всего лишь два простых, задыхающихся слова от кого-то другого,
