Надо заметить, что во всех этих слухах, перешептываниях и гаданиях есть и один плюс.
Тема мусолится, все необычное и потустороннее примечается, и остается только держать уши широко открытыми. Команду к этим делам привлекать не стал, им и так не слишком легко приходится из-за уроков. Под конец семестра учителя привычно стали задавать больше обычного, да еще и на каникулы выдали гору работы.
Традиция, тут уж ничего не попишешь.
Школьники, веселые и румяные, разъезжаются на каникулы. Хогвартс-экспресс умиротворяюще разводит пары на маленькой станции, суета, толкотня и выкрики по всему перрону. Как и в прошлом году, семейство Уизли в полном составе остается в школе на каникулы. Джинни долго колебалась, ехать ли с родителями в Египет к Биллу, но все же возможность каждый день видеть, а иногда даже щупать Гарри Поттера перевесила. Фан-клуб имени мальчика-который-выжил со временем поумерил обороты, но все равно мнимого нападения на Колина мне так и не простили.
Ладно, в спину не пытались ударить, и хай с ними. Пусть пыхтят и обижаются.
В смысле — это же прекрасно, что они живы и могут обижаться.
— Все-таки, Гермиона, тебе надо приехать к нам в гости, — отрывисто говорит Невилл, удерживая Тревора. — Ба будет очень рада всем вам!
— Но особенно малышке Герми, — подмигивает Фред.
— Спасибо, Невилл, — перебиваю близнецов, пока они не вогнали Лонгботтома в глубокую краску. — Не в этот раз, но обязательно приеду.
— Летом!
— Может быть и летом, если родители не решат загулять во Франции на три месяца, — развожу руками.
Кто их знает, этих родителей, чего они там запланировали с поездкой за границу? Пообещаешь сейчас, а потом все планы отправятся жабе Невилла под хвост, хе-хе. Но все равно Лонгботтом доволен и скрывается в недрах вагона. Близнецы хохочут и отправляются провожать кого-то еще. У них полно друзей и на удивление мало врагов. А если учесть глубину, продуманность и дерзость иных их проделок, то врагов и вовсе можно сказать что нет. Кстати, я ж им участие в проделке должен, и думаю, что на каникулах Фред и Джордж стребуют должок.
«Пустяки, дело-то житейское!», как говорил толстячок с пропеллером.
Гарри, которому дома делать нечего, ожидаемо остался и сейчас стоит рядом. Первый семестр в этом году прошел намного легче, чем в прошлом. Даже Снейп особо не буянил. Разве что Локхарт подоставал со своим пиаром, но тоже ведь угомонился? Все живы и здоровы, никто Гарри ни в чем не обвиняет, впереди каникулы с друзьями.
Стоит ли удивляться, что Поттер счастлив и улыбается во все тридцать два зуба?
Устало улыбаюсь в ответ. На каникулах придется изрядно поработать, еще больше, чем во время учебного года. История зашла слишком далеко и слишком в сторону, так что ответы требуются как воздух. Да, надо не забыть попробовать вытянуть на Гарри, как на живца, эту мелкоэльфяческую морду Добби. Еще зажмем Малфоя в угол, хе-хе, и допросим с пристрастием. Или в подземелья Слизерина проберемся. Оборотное зелье? Ха, обойдемся и без сложных способов. Попрактикуемся в зельеварении в другой раз, тут бы теоретическую основу процесса понять, осмыслить и разложить по полочкам.
В общем, скучными каникулы не будут. Письмо родителям отправлено, подарки на Рождество заготовлены.
Мысленно насвистываю, провожая взглядом отъезжающий Хогвартс-экспресс.
В самых первых боях за Советскую власть Комсомольская песня в огне родилась. Сквозь перроны, причалы, сквозь все времена Протянула мне верную руку она. Эта песня, дружище — твоя и моя, Нам ее прошумели родные края! Никого не боясь, ничего не тая, Разливается песня, твоя и моя! Часть IV
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 1
Гостиная Гриффиндора оглашается криками и взрывами. Рон и Гарри играют в Подрывного Дурака, забросив шахматы. Насколько понял, маги взяли старую карточную игру в переводного дурака и переделали на свой лад. Надо будет научить парней играть в преферанс, хотя бы близнецов. Под роспись пульки отлично можно поговорить, обсудить дела, разгрузить мозги и вообще просто отдохнуть душой.
Как выяснилось недавно, в Хогвартсе запрещены только азартные игры.
В остальные, что вполне логично, можно играть хоть сутки напролет, лишь бы учеба не страдала. Жаль, что раньше этого не знал, ведь магические шахматы так и не пошли. С помощью Рона все стало только хуже, и фигурки при виде меня впадают в тихую депрессию или громкое буйство. Стоило бы подвести итоги семестра, но крики игроков сбивают с мысли. В то же время лениво подниматься обратно в пустую спальню. Там, понятное дело, тихо, но мне лениво идти. Про Дуэльный Клуб или подпольную лабораторию и речи нет — туда идти вдвойне лениво.
Поэтому сижу в кресле, слушаю взрывы и предаюсь повседневности.
Подарки в виде конфет вручены, теперь еще ужин, и рождественский долг выполнен.
Затем можно будет подвести итоги, еще раз просмотреть План и заняться зельями. Это, понятное дело, не считая разговора с Драко, который остался в школе. Подозрительно? Втройне! Возможно, юный Малфой просто хочет быть поближе к событиям, чтобы вовремя сообщать обо всем отцу. Возможно. Но проблемы негров шерифа не ебут, ага. Осталось только придумать, как разговорить слизеринца так, чтобы он ничего не заподозрил. То есть просто разговорить Драко можно хоть сейчас, но вот так, чтобы не оставить следов… это требует обдумывания.
Понятно, что уже думал сотню раз, но мысли опять лениво ходят по кругу.
— Ага! Я выиграл!!! — кричит Рон и начинает скакать по гостиной.
— Защищайся, Наследник! — кричит Гарри и выхватывает палочку.
— Я не отдам тебе Тайную Комнату! — кричит Рон в ответ.
После чего они устраивают дуэль прямо в гостиной, разбивая два кресла, а напоследок вызывают фонтан пепла до потолка. Промахнулся товарищ Уизли и заклинанием из своего дрына попал прямо в камин. Угли, пепел, сажа — все разлетается по гостиной, вызывая еще большее веселье.
— Агуаменти! — заливаю угли водой.
После чего сердито смотрю на парней и качаю головой. Те хихикают и прячут палочки за спину. Стоило бы отругать, но, во-первых, мне лениво, во-вторых, все равно не поймут и, в-третьих, случившееся вполне вписывается в рамки магического сообщества. Теперь, когда такие моменты стали понятны, многие поступки выглядят по-другому. Даже «разумный риск» Дамблдора предстает в немножко ином свете. Или это у меня приступы придирчивости?
В любом случае, дышать в гостиной почти нечем, и, стало быть, надо открыть окна.
Морозная свежесть, как в рекламе, и немного бледного зимнего солнца врываются сквозь открытые створки. Вид из окон просто ошеломляющий. Безбрежная заснеженная даль — холмы, озеро, скованное льдом, кусочек Запретного Леса в снегу — и небо с редкими облаками и парой кружащих птиц. Прикрыв глаза, вдыхаю морозный воздух полной грудью. Хочется выскочить в окно и нырнуть в сугроб, насквозь пропитаться зимним духом, освежиться с головы до ног. «Обрести пронзительную ясность бытия», услужливо подсовывает мозг очередную цитату из прошлой жизни.
Выдыхаю, ощущая, что каникулы все-таки наступили.
И значит, надо быть вдвойне настороже!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вот, например, парни уже смылись из гостиной. Не прибрались за собой, но это ерунда по сравнению с вопросом: куда смылись-то? Заловит их в пустом коридоре василиск и сделает ням-ням. Что, змеюка нападает только на магглорожденных и сквибов? Да три ха-ха, эта рептилия тысячу лет просидела в закрытой комнате. Хрен ее знает, может, уже давным-давно спятила, и только злодей отвлечется, как уползет и нападет.
