Оставшиеся в живых воины Мелиадуса начали врываться в пещеру. Отчаянно защищаясь, Хокмун и Д’Аверк отступили.
— Незнакомцы, назад! — в ярости закричал Майган и рванулся вперед, подняв над головой свой длинный нож.
— Нет! — вскричал Хокмун. — Биться должны мы! Майган, отойди в сторону! Ты беззащитен перед такими, как он!
Но Майган не последовал его совету. Хокмун попытался оттащить его, но увидел, как старик рухнул под ударами меча.
В пещере царила полная неразбериха. Визг стали перемежался с яростными криками дерущихся.
Хокмун оттащил раненого Майгана во вторую пещеру, отражая удары, которые сыпались на них обоих.
Неожиданно он очутился перед самим Мелиадусом, который держал меч обеими руками. Хокмун ощутил какой-то укол в плечо, и рукав его стал пропитываться кровью. Он парировал второй удар, затем сделал выпад и ранил Мелиадуса в руку.
Барон застонал и попятился.
— Давай, Д’Аверк! — выкрикнул Хокмун. — Поворачивай кольцо! Это наша единственная надежда на спасение!
Д’Аверк стал возиться с кольцами. Мелиадус яростно взвыл и вновь пошел на него. Хокмун поднял меч, чтобы защитить друга. И вдруг Мелиадус исчез. Исчезла пещера. Хокмун стоял один на плоской равнине которая простиралась во все стороны. Был полдень, судя по тому, что гигантское солнце висело на небе. Равнина напоминала торфяную, она слегка пружинила под ногами, и от нее пахло весной.
Где он оказался? Значит, Майган обманул его? Где он сами где Д’Аверк?
Внезапно на равнине начала прорезаться фигура Майгана из Лландара. Он лежал на земле, зажимая рукой самую опасную из своих ран. Из других текла кровь. Его лицо было искажено от боли. Хокмун спрятал в ножны свой меч и бросился к старику.
— Майган…
— А, Хокмун… Боюсь, я умираю. Но по крайней мере, я повлиял на твою судьбу. Рунный Посох…
— Мою судьбу? Что ты хочешь сказать? При чем здесь Рунный Посох? Я так много слышал об этом загадочном предмете, но ни один человек не сказал мне, почему всё это должно меня касаться…
— Когда придет время, ты узнаешь. А сейчас…
Внезапно перед ними возник Д’Аверк, в крайнем изумлении оглядываясь кругом.
— Смотри-ка, сработало! Клянусь Рунным Посохом! А я уж думал, нам больше не выкрутиться.
— Ты… ты должен найти… — Майган начал кашлять.
Кровь появилась из его рта, заливая подбородок.
Хокмун приподнял голову старика.
— Не пытайся говорить, Майган. Ты тяжело ранен. Может, когда мы вернемся в Замок Брасс…
— Вы не можете, — покачал головой Майган.
— Не можем? Но почему? Кольца прекрасно перенесли нас сюда. Поворот налево…
— Нет. После того как вы использовали кольца подобным образом, их надо переставить перед следующим употреблением.
— Как?
— Этого я не скажу!
— Не скажешь? Ты хочешь сказать — не знаешь?
— Нет. В мои намерения входило перенести вас на эту землю, где ты должен выполнить то, что уготовила тебе судьба. Ты должен найти… О-о-о, какая боль!
— Ты нас обманул, старик, — вмешался Д’Аверк. — Ты просто хотел, чтобы мы помогли тебе в каких-то собственных планах. Но ты умираешь! Мы не можем тебе сейчас помочь. Скажи нам, как вернуться в Замок Брасс, и мы добудем какого-нибудь врача, который попытается спасти тебя.
— Вы оказались здесь не из-за моего эгоистического каприза и не ради каких-либо моих целей. Я путешествовал всюду, бывал во многих местах и многих эрах при помощи колец. Я знаю историю. Я много знаю. Я знаю, чему ты служишь, Хокмун, я знаю, что наступило время тебе присутствовать здесь.
— Где? — в отчаянии спросил Хокмун. — В какое время ты нас перенес? Как называется эта земля? Насколько я вижу, здесь вообще ничего нет, кроме этой плоской равнины.
Но Майган стал снова кашлять кровью и по всему было видно, что конец его близок.
— Возьмите мои кольца, — произнес он, тяжело дыша. — Они могут вам пригодиться. Но сначала найдите Нарлик и Меч Зари — это к югу отсюда. Когда дело будет сделано, поверните на север и ищите город Дмарг и… Рунный Посох.
Он опять закашлялся, все его тело сотрясла судорога, затем он вытянулся на земле и умер.
Хокмун взглянул на Д’Аверка.
— Рунный Посох? Неужели мы в Азиакоммуниста, где, по слухам, находится этот предмет?
— Это было бы достаточно смешно, если вспомнить наш обман, — сказал Д’Аверк, прижимая платок к ране на ноге. — Возможно, мы именно туда и попали. Мне все равно. Мы далеко от этого дурацкого Мелиадуса и кровожадной банды. Солнышко светит. Тепло, Если позабыть о наших пустячных ранах, мы легко отделались.
Оглядевшись вокруг, Хокмун вздохнул.
— Как раз в этом я не уверен. Если эксперимент Тарагорма увенчается успехом, они найдут способ добраться до Камарга. Я предпочел бы быть там, а не здесь. — Он задумчиво повертел кольцо на пальце. — Хотел бы я знать…
Д’Аверк протянул руку в предупреждающем жесте:
— Нет, Хокмун, не надо пробовать. Я склонен верить старику. Кроме того, он неплохо к тебе относился. И наверняка не желал тебе ничего плохого. Возможно, он и хотел рассказать, где мы оказались, дать более точные указания, как добраться до нужных мест. Если мы попытаемся вертеть кольца сейчас, то неизвестно, где, в конечном итоге, сможем очутиться, может, даже в той пещере, где остался Мелиадус.
— Может быть, ты прав, — согласился Хокмун. — Но что нам делать сейчас, Д’Аверк?
— Прежде всего надо снять кольца, как сказал нам Майган. Затем мы отправимся на юг, в это место… как он его назвал?
— Нарлин. Это может быть не место, а имя человека или какой-то неизвестный предмет. Идем.
Он наклонился над трупом Майгана из Лландара и принялся снимать перстни с его пальцев.
— Из того, что я видел в его пещере, я почти уверен, что он нашел эти кольца в мертвом городе Халапандере. По крайней мере, все оборудование его жилища — оттуда. Должно быть, это одно из изобретений ученых, сделанное как раз перед наступлением Трагического Тысячелетия.
Но Хокмун почти не слышал своего друга. Он пристально всматривался вдаль.
— Смотри! — неожиданно произнес он.
Дул легкий ветерок. Далеко по равнине катилось что-то большое и яркое, и оттуда вылетали молнии.
Книга вторая
Подобно Дориану Хокмуну, делу Рунного Посоха служил Майган из Лландара; правда, в отличие от герцога, его действиями не руководил слепой случай. Йельский колдун перенес Хокмуна в необычную пустынную страну, сообщив ему, что исполняет волю Рунного Посоха, так много судеб переплелось — Камарга и Гранбретани, Азиакоммуниста и Амарека; Хокмуна и Д’Аверка, Д’Аверка и Фланы, Фланы и Мелиадуса, Мелиадуса и Короля Гуона, Короля Гуона и Шенегара Тротта, Шенегара Тротта и Хокмуна… Множество судеб слились, чтобы служить делу Рунного Посоха — делу, которое началось в тот момент, когда Мелиадус поклялся Рунным Посохом отомстить обитателям Замка Брасс и тем самым предопределил дальнейший ход событий. Парадоксы и насмешки судеб, встречающиеся тут и там в ткани истории, становились все яснее для тех, чьи судьбы вплелись в ее узор. И пока Хокмун недоумевал, б каком месте и времени он оказался, ученые Короля Гуона создали болеё мощные военные машины, которые помогали силам Темной Империи еще быстрее шагать по планете, окрашивая ее в цвет крови…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
