мы вообще не знали о существовании такой расы. Мы дадим доказательства, что Жнецы существуют, мы попросим помощи в борьбе с ними — и получим её. Весьма качественную помощь — мой народ всё же умеет много полезных вещей. И умирать никто из нас не хочет — даже в большей степени, чем вы. А протеан можно будет забрать и позже, через пару недель, когда мы будем покидать систему. На супердредноуте за такое время они точно не пропадут.
— А знаете, я пожалуй его план поддержу, — неожиданно сказал Ярсен, и тут же поймал на себе несколько удивлённых взглядов. — Что вы на меня так смотрите? Я не самоубийца, я рассуждаю логически. Корабли Ису хороши на планетах, но нам там ничего не нужно. Мы сейчас — космические бродяги. На планетах они могут убивать только кобольцев, но не станут этого делать, так как заинтересованы в своих генах. А в открытом космосе наших пяти кораблей с авиакрыльями, даже без помощи «Пегаса» и «Вершины», будет вполне достаточно, чтобы разрезать их на много-много маленьких Ису. Это позволит нам вести переговоры не как просители, а как равноправные партнёры.
— Есть логика, — задумчиво согласился Скруд. — Вот только вступив в контакт с кобольцами они неизбежно узнают секрет прыжковых двигателей. А Наездники с прыжковыми двигателями… способные появиться прямо в атмосфере любой планеты… я не уверен, что хочу жить в такой галактике.
— Я понимаю ваши опасения, — вздохнул Идрис. — Но опять же, простите что повторяюсь — разве Жнецы с прыжковыми двигателями будут лучше?
— Это меня больше всего беспокоит, — хмуро сказала Серан. — Дорогие мои, если кто забыл — Жнецам миллиард лет. Они знают об этой галактике всё. У них закартографирован каждый камешек и каждый кубометр пространства. Почему они не знают о тилиуме и почему не используют прыжковые двигатели сами?
— Возможно, чтобы не вводить расы цикла во искушение? — предположил Скруд. — Прыжковый двигатель слишком легко скопировать, а если все начнут прыгать туда-сюда… сама механика прыжков такова, что даёт преимущество убегающему, а не преследователю.
— Ну, во-первых, не легко, — возразила Серан. — Для осознанной навигации нужно многомерное восприятие, а оно встречается у одного вида из тысячи.
— Для побега от Жнецов хватит и неуправляемого прыжка. Но ты права — это всё равно выглядит в исторических масштабах подозрительно.
— Тут два варианта, и я не могу сказать, какой мне меньше нравится. Оба хуже. Либо тилиум появился в Галактике исторически недавно — миллион лет Цитадели назад или меньше — и специальные инструкции по нему не успели разработать. Либо он относится к таким вещам, о которых низшим исполнителям лучше не знать вообще.
— Первый вариант лучше, — возразил Вирви. — Если это просто случайное отклонение от плана, малозначимое в галактических масштабах, у нас есть шанс проскользнуть в эту программную дыру и выпасть из внимания хозяев. Но если прыжковая физика относится к категории действительно запрещённых вещей…
— То нас будут зачищать с использованием всех ресурсов системы, — закончила его мысль Серан. — Как и кобольцев, и сайлонов, и возможно Ису.
— Явику этот вариант бы понравился, — хмыкнул Скруд. — Никаких шансов выжить, зато есть шанс изрядно нагадить хозяевам напоследок. В категорию «вещи-которых-лучше-не-знать» заносится то, что может сломать циклы.
— Ага, племя дикарей нашло ядерную бомбу, — проворчал Вирви. — То, что им лучше не знать, как эта штука работает, совсем не значит, что они смогут осознанно и целенаправленно нанести серьёзный ущерб тем, кто сделал эту бомбу. Вот себя подорвать — куда вероятнее.
Идрис молча слушал дискуссию, которая пошла куда-то не туда, не вмешиваясь в её ход, но делая про себя выводы. Своих сородичей он знал хорошо, и понимал, что смутные опасения насчёт Жнецов их никак не остановят. Допустим, массовый переход на тилиумные технологии они отложат — Инженеры вообще спешить не привыкли и предпочитали перестраховаться. Но несколько таких кораблей вырастят. Да, сами Наездники их пилотировать не смогут, но можно пойти по пути сайлонов, снабдить корабли собственным биомозгом с генами Ису не так уж трудно. Зачем? Из любопытства… как оружие последнего шанса… на роль скоростных курьеров… мало ли вариантов.
И тем самым утратят статус «неуловимого Джо», который их всё это время защищал. Идрис ещё не так много знал о Жнецах, но даже того, что рассказывал Мордин, и что он получил по локальной сети от Серан было достаточно, чтобы понять — его народ перед такой мощью не устоит.
Если Жнецы решат, что Инженеры им чем-то действительно мешают…
Он встал.
— Вы правы. Не обязательно информировать моих сородичей.
На него уставились два десятка глаз — не умея читать мимику насекомых, он не мог точно сказать, удивлены Главные или заинтересованы, поняли они, что имеется в виду, или нет. Поэтому продолжил.
— У моего племени намного больше баз и кораблей, чем, собственно, Инженеров. Некоторые специально законсервированы. Некоторые просто оставлены, потому что о них некому заботиться, и перешли в режим ожидания спустя некоторое время. У меня есть комплект ключей. Я могу открыть любую из этих баз. Мои соплеменники, разумеется, получат сигнал об активации, но так как он будет отправлен на обычных радиоволнах, то дойдёт до ближайшего Ису только через несколько веков. Если вы мне не доверяете, можете отправить со мной несколько боевиков Коллекционеров или даже Преторианца. Заодно и пронаблюдаете за ходом миссии в реальном времени.
— Смысл есть, — задумчиво сказала Серан, — но сколько конкретно до ближайшей вашей необитаемой базы от Цираннуса?
— Семьсот тридцать девять световых лет.
— Если делать прыжки по девятнадцать светолет — это сутки полёта. Неплохо. Но как вы собираетесь возвращаться? Ваши корабли ни в один корабль Колоний не влезут, даже на батлстар. А если они полетят своим ходом, на вашей обычной скорости — это три года путешествия по времени внешнего мира.
— Не влезет в полётно-боевом режиме. Я прикажу им перейти в режим компактификации, сбросить всю лишнюю массу, оставив только реактор, центры роста, блок управления со всеми программами, капсулы с элно и Чёрной Жижей. Получится «яйцо» примерно шести метров в диаметре и тысячи ста тонн массы. Вполне поместится на борт большого кобольского корабля.
— Хм… ну что ж… Может сработать. Кто за?
Все Главные Коллекционеры, кроме Вирви, зажгли биотические огни одобрения.
Гентин больше не испытывал ненависти к вражеским
