слегка поморщив свой нос, едва заметно ухмыльнулась.
— Ясно, — оставив мой молчаливый вопрос без ответа, на секунду окидывает взглядом «Гранд-Плазу» сама. — Это здание проектировал сам Франческо Миллони — итальянский архитектор, за плечами которого стоит реставрация Собора Святой Катэрины, — поясняет она, словно экскурсовод. — Ушедший министр культуры Южной Кореи лично договаривался с ним.
— Ушедший? — задумавшись над странной формулировкой, уточняю. — Он что умер?
— В позапрошлом году он подал в отставку. Ушёл отсиживать срок в тюрьму.
— Поэтому не думаю, что «симпатично» — достойный комментарий для работы такого известного поэта формы, — продолжила она.
— А вы, видимо, неплохо в этом разбираетесь, — подмечаю.
— Моя мама очень любит всё, что связано с искусством и модой. Минимум несколько раз в год, в нашем доме проходят совместные аукционы со знакомыми из узкого круга друзей. А весной — мама организовывает тематическую выставку для частных коллекционеров. Один раз там даже был представлен оригинал «Дочери с зонтиком» Сальвадора Бачелли.
Госпожа Пак с хитринкой во взгляде и какой-то довольной улыбкой посмотрела на меня. Ощущение, будто она хотела похвастаться, но, заметив, что я просто её внимательно слушаю, немного осеклась и увела взгляд в сторону.
— Идём. А то госпожа Лоран, нас там уже, наверное, заждалась.
Кивнув в ответ, поднимаюсь вместе с ней.
Подойдя к двери, открываю её и дожидаюсь, пока госпожа Пак зайдёт внутрь, после чего снова становлюсь так, чтобы у неё была возможность самостоятельно решить, взять меня под локоть или идти рядом.
— Я начинаю менять своё мнение, — строго, но при этом почему-то с довольством в голосе произнесла девушка. — Ты не смотришься так, будто сопровождать девушку, для тебя впервые.
— Так может это не впервые? — сделал я за неё допущение.
— Скорее, я поверю, что Ним Сок нанял тебе хорошего учителя этикета, — фыркнула она, но по моей начальнице было заметно, что настроение у неё поднялось. — Ну или в агентстве у вас этому учат. Хотя…
К нам подошёл официант с подносом, на котором были разного цвета напитки. Каждый из них играл на свету пузырьками.
— Не желаете?
— Он не… — начала Джан Ди, всего на мгновение после меня.
— Благодарю, — киваю официанту. — Я откажусь, а вот моя прекрасная спутница будет… — останавливаюсь и с вопросом смотрю на мужчину.
— У нас есть красное игристое из провинции Шапань 97 года… — поняв, что я от него хочу, он стал перечислять напитки и когда закончил, я также с немым вопросом посмотрел на свою начальницу.
— На твоё усмотрение, — издевательски улыбнулась она, явно дурачась.
— Спасибо, — взяв с подноса ближайший бокал, я передал его госпоже Пак.
Вот, кстати, тоже забавный нюанс. По правилам этикета, я как мужчина, должен был весь вечер предлагать своей даме напитки. А вот по негласным, это был моветон.
Девушка в таком случае просто не могла спокойно отдохнуть и только от её сопровождающего будет зависеть: напьётся ли она в стельку, или за вечер не сможет выпить и нескольких бокалов. Конечно, она в теории могла сама попросить, но это уже был совсем другой призыв, а именно просьба к спутнику свалить к чертям минут на десять и дать девушке свободное время.
Когда я впервые столкнулся с изучением всей этой чертовщины, у меня возникли два вопроса.
Первый: что, всё это действительно знают и выучили? Ответ оказался следующим: нет, не всё. Но те, кто часто посещает такие приёмы, действительно усваивают эти правила. Хотя слово «выучили» здесь не совсем уместно. Скорее, они просто подстраиваются под поведение остальных, и со временем это всё становится автоматическим. Если ты вырос в семье, которая регулярно ходит на приёмы, это просто становится частью твоей личной культуры.
Ну и второй, который, вероятно, был у меня первым: почему все до сих пор следуют таким атавизмам, которые должны были остаться где-то в средневековье?
Но открыв правила этикета королевских приёмов семнадцатого века, у меня резко отпали все вопросы. До нас дошли в лучшем случае двадцатая часть и только жалкие остатки всех правил, которые просто регулировали… Ну максимум, правила хорошего тона.
Чего стоит только пятнадцать полных страниц, по манере обращения с веером, из талмуда о правилах поведений молодой дамы?
— Вот, — с упрёком указала Джан Ди на бокал, который держала в руке. — У тебя всё это получается слишком свободно.
— Ну значит, вам повезло с партнёром, — пожал я плечами. — Ну или не повезло, здесь всё зависит от вашей точки зрения.
Моя начальница на это только фыркнула.
Джан Ди, на самом деле во многом была права. Пусть в Корее это доходило, уже до вредительства и абсурда, но статус и представительный вид действительно многое значил в бизнесе. Приёмы, модные показы, благотворительные вечера, премьеры. Во всех этих местах находились потенциальные партнёры и клиенты, и то, как ты себя покажешь — многое определяло.
В моём случае любые возможные проблемы с этим множились, на сравнительно молодой возраст для занимаемой должности и достаточно нетривиальный вид. А именно трость, которая стала моим неотъемлемым аксессуаром уже с двадцати трёх лет.
Так что да, я лучше кого бы то ни было научился, соответствовать каждому типу приёмов и контексту встреч. Если остальным, в силу статуса, как сказала бы Джан Ди, многое прощалось, то на меня изначально смотрели с предубеждением.
///
Тускло освещённый зал представлял из себя огромное пространство с центральной сценой под подиум для модельного показа. И сейчас по нему проходило несколько моделей.
— Какие-то они одинокие, — посмотрев на курсирующих людей по главной сцене, на которых сейчас никто не обращал внимания, заметил я своей спутнице.
— Модели не главная частью сегодняшнего вечера, — объяснила она. — Они здесь, для антуража. Сегодня открытие и что-то по типу вечеринки в честь него. Так что к центру приковано меньше всего внимания.
Кроме основного зала, со столами с закуской и выпивкой, между которыми сейчас курсировали группы людей, здесь были и отдельные зоны отдыха.
— Приготовься, к нам идёт наша дорогая клиентка, — даже не прошептала, а прошипела, госпожа Пак мне на ухо.
[Французский] — Я очень рада, что вы наконец-то пришли, — с улыбкой и бокалом шампанского в руке, произносит подошедшая к нам госпожа Лоран.
Как только женщина приблизилась к нам, в нос ударил цветочный аромат с лёгкой ноткой корицы и миндаля.
Яркие и голубые глаза француженки были подчёркнуты лёгким, но весьма выразительным макияжем с яркой помадой на губах насыщенного вишнёвого цвета.
На госпоже Лоран был классический, но современный костюм: облегающие брюки и жакет с чёткими линиями, подчёркивающие её фигуру. На ногах — туфли на высокой
