устройства тронного зала, сравнимого по величине с аналогичными помещениями императорских резиденций в Царском Селе и Петергофе. Это вполне отвечало видению императрицы и ее представлениям о масштабах собственного величия и грандиозности всего ею сделанного для своих подданных. Дворец Казакова уже никак не походил на «игрушечные» корпуса Баженова. Монументальность, державность, мощь - вот те качества, которые с лихвой воплотила в себе новая императорская резиденция.
Большие масштабы сооружения подчеркивались восемью высокими гранеными башнями, отдаленно напоминающими башни Кремля. Из окон дворца должна была открываться отличная перспектива на царицынские пруды. Но вот загвоздка - вид загораживали Большой Кавалерский и Камер-юнфарский корпуса, а посему их приговорили к сносу.
Осуществленный проект дворца по проекту М. Казакова
Казаков быстро снес стены баженовских дворцов Екатерины и Павла, и 18 июля 1886 года состоялась закладка фундамента нового трехэтажного дворца. Но ломать - не строить. Скорость сноса прежних зданий оказалась обратно пропорциональна темпам возведения корпуса Казакова. Если разделить затраченное на строительство время, получается, что на каждый этаж уходило по три года (в это время шла очередная русско-турецкая война). Да к тому же в 1791 году скончался князь Григорий Потемкин, остававшийся главным вдохновителем продолжения строительства. Не откажись Казаков от третьего этажа, то вчерне законченный дворец не появился бы и к 1794 году, когда он уже был покрыт временной крышей. Тогда же были снесены мешавшие Большой Кавалерский и Камер-юнфарский корпуса Баженова.
Несмотря на откровенное неприятие императрицей баженовского проекта, Казаков (надо отдать ему должное) исполнил внешний вид здания в том же псевдоготическом стиле, хотя классицизм был тогда в большем почете. Остались и прежние декоративные элементы -красный кирпич в гармоничном сочетании с белым камнем. А вот архитектурный ордер получил куда более масштабное развитие, и потому фасад украсился крупными деталями -полуколоннами и пилястрами. Их можно было заметить издалека.
Помимо Царицына вялотекущая стройка велась и в близлежащих селах Булатникове (там предполагалась резиденция Потемкина) и Конькове (дворец для великих князей). Но Екатерине не суждено было увидеть новую резиденцию - в ноябре 1796 года она скончалась. Конец наступил и царицынской эпопее, со смертью Екатерины строительные работы полностью остановились.
Взобравшийся на престол после стольких лет унижения и ожидания Павел старался повернуть вспять все, начатое при его матери. Возможно, проживи он дольше, и в Царицыне вновь закипела бы стройка. И снесли бы казаковский дворец, чтобы на его руинах восстановить справедливость, то есть корпус Баженова. А почему бы и нет? Новоиспеченный император был готов на многое, лишь бы это противоречило деяниям Екатерины II. Новые похороны его убиенного отца Петра III - один из подобных примеров. В этой же последовательности стоят и снятие опалы с масонов, освобождение Николая Новикова.
Павел не забыл, что связь его с масонами поддерживал именно Василий Баженов, с которым он познакомился еще в юном возрасте (о встречах с наследником престола зодчий написал в записке, найденной при аресте Новикова в 1792 году). Многих членов тайного ордена государь призвал на государственную службу, а Баженову он присвоил чин действительного статского советника и поручил работу над проектом Михайловского замка. В 1799 году Павел назначил Баженова «первым по временам вице-президентом Академии художеств», поручив ему заняться вопросами изучения истории русской архитектуры. Но воспользоваться новыми привилегиями в полной мере зодчий не успел, в августе 1799 года он ушел из жизни.
Имя Баженова до сих пор связывается с теми или иными памятниками архитектуры, однако серьезные подтверждения его авторства отсутствуют почти в каждом таком случае. Даже с Пашковым домом не все ясно - где, например, вещественные доказательства того, что талантливая рука Баженова нарисовала удивительный образ этого здания? Вот и остается доверять лишь легендам да гипотезам. И лишь с Царицыном нет никаких сомнений, так что давнее присвоение одной из прилежащих к усадьбе улиц имени Баженова выглядит не только закономерностью, но и данью зодчему за его исключительное дарование.
Жаль, что улица Казакова находится довольно далеко отсюда (в окрестностях Курского вокзала), рядом бы они хорошо смотрелись, ведь архитекторы были крепко связаны при жизни. Да и в наше время их имена упоминаются рядом. Сложилась такая традиция: когда трудно назвать автора проекта некоего старинного здания XVIII века, то нередко сначала называют имя Баженова, а затем Казакова. Кстати, Казаков построил гораздо больше своего учителя и друга, но, так же как и он, не смог пережить уничтожения своих зданий. Только в его случае причиной послужила не взбалмошная императрица, а пожар Москвы 1812 года. Казаков находился тогда в Рязани, где и узнал о катастрофическом пожаре: сердце его не выдержало. Так что Царицыно - это еще и памятник двум великим зодчим России, а также и монаршим глупостям вкупе с абсолютизмом, добавим мы. Кроме того, этот архитектурный ансамбль оказал настолько мощное влияние на развитие русской архитектуры, что стал основой самостоятельного направления в отечественном зодчестве . Но подобных по масштабу построек после уже не было, на сегодняшний день это самый большой и единственный в России дворцовый ансамбль в псевдоготическом стиле.
Снос баженовского дворца в Царицыне и неудача с возведением нового здания по проекту Казакова дали богатую пищу для размышлений многим поколениям исследователей. Списать все на вечное проклятие - это у нас в порядке вещей. А уж в случае с Царицыном и к бабке ходить не надо. Впечатлительные граждане излагают вот уже много лет такую легенду.
Якобы после начала строительства из Москвы в Петербург пришла депеша, в которой до сведения Екатерины II доводилось: в Царицыне периодически в самых разных ипостасях проявляет себя нечистая сила. Главным образом она материализуется в виде каких-то мохнатых карликов, то и дело выскакивавших перед обалдевшими крестьянами. И как их только ни пытались ловить, вооружившись топорами да вилами, - все без толку. А прибывшего из столицы с разведывательной целью царского посланца карлики и вовсе выгнали из лесу. Тогда в Царицыно смело отправилась сама императрица, взяв с собою целый гвардейский полк. Но многочасовые прогулки по усадьбе в сопровождении гвардейцев ничего не дали - государыня не нашла подтверждения слухам. Будучи в сильном расстройстве, Екатерина и решила уже выстроенный дворец сломать. Дальше еще страшнее. Будто бы рассерженный Баженов в отместку решил «испортить» Царицыно, для чего где-то нашел молдавского колдуна. А тот и рад совершить свое темное дело. За кучу золотых монет он рассыпал в Царицыне некую «заговоренную соль». Потому-то Казаков и не достроил свой дворец, а затем запустела и вся усадьба. Вот
