какие симпатичные юные жрицы появились в Шестом Доме, — одетая в откровенное красное платье Синтра остановилась. А вместе с ней — все, что были с ней в группе. — Полюбуйтесь на них, сестры! Надеюсь, вы, девушки, хотя бы дочери жриц своего Дома? А то ваш Дом известен тем, что любит подбирать объедки с чужих столов. Вот как этого, например, — она кивнула в сторону Сорнтрана.
Молчание, воцарившееся на несколько мгновений, прервали смешки, пронесшиеся по группе женщин и мужчин, окружающих Синтру.
Женщины из Шестого Дома, однако, не особо смутились. Или отлично контролировали свои эмоции и ни движениями, ни выражением лиц их не выдали.
— Ты очень наблюдательна и проницательна, прекрасная жрица, — кивнув собеседнице, разговор с которой был столь неприлично прерван, Ина повернулась к Синтре и заговорила с беспечной улыбкой. — В Шестом Доме стараются распознавать скрытый потенциал там, где другие видят лишь объедки. Говорят, у нас неплохо получается.
Явно не ожидавшая ответного выпада Синтра не сразу ответила.
— В таком случае, может, нам стоит отправлять в ваш Дом и грязную одежду и испорченную броню наших бойцов? Вдруг и в этом вы найдете скрытый потенциал?
— Отличная идея, дорогая сестра, — Ина вновь ослепительно улыбнулась. — Грязную одежду можно постирать и отдать слугам. В последнее время желающих прислуживать нам становится все больше и больше, в том числе — из представителей Великих Домов, представляешь? Даже не успеваем доставать для них одежду!
Слушая разговор жриц, Сорнтран думал, что Синтра могла лишь бросаться оскорблениями, но вряд ли от нее стоило ждать серьезных проблем. Уж точно не в общественном месте. Находчивость Ины же вызвала у него уважение.
— Оружие. Опасность, — в голове прозвучал голос паука, и почти одновременно взгляд поймал за ближайшим большим шатром стриженого простолюдина, сжимающего в руке кинжал с необычным серебристым свечением. Сердцебиение сразу ускорилось, ощущение тревоги, тлеющее, но никак не гаснущее в течение последних часов, вспыхнуло в груди с новой силой.
— Смотри, — ладонь Налфейна легла на плечо Сорнтрана. Вторая рука потянулась к ножнам.
— Вижу.
— Еще один слева.
— Вижу.
Второго Сорнтран заметил почти одновременно с первым: мужчина с неброской, незапоминающейся внешностью медленно доставал из сапога кинжал с тем же серебристым сиянием.
— К оружию! — закричал Сорнтран.
Его голос заглушил раздавшийся совсем рядом взрыв.
***
Велев ни в коем случае ее не беспокоить, Инстра заперлась в зале с алтарем и статуей Богини. Поудобнее усевшись на самом алтаре и держа камень в ладони, она его, наконец, решила активировать, хотя не была до конца уверена в его безопасности. Раб-дворф не врал ей — он искренне верил в то, что говорил. Но не исключено, что он мог просто ошибаться.
Тем не менее, Инстра решила рискнуть. И сделать это именно тут, на алтаре. Если в камне и есть какая-нибудь опасность, магическая сила алтаря, впитавшего за время своего существования невероятное количество ритуальной крови и энергии, наверняка смягчит воздействие и поможет защитить жрицу Богини. Любая посторонняя магия, исходящая не от Богини, тускнеет, слабеет возле этого алтаря. Поэтому Инстра старается держаться рядом с ним в присутствии чужих. И, тем более, тех, что считаются “своими”.
Камень в ее ладони вспыхнул невидимым глазам, но ощутимым где-то глубоко внутри сиянием. Он будто открыл врата в пустоту, находящуюся где-то одновременно очень близко и невероятно далеко, пустоту, которая требовала, чтобы ее заполнили, иначе грозилась втянуть в себя все, что окажется поблизости.
Инстра сосредоточилась и направила в эту пустоту свою магическую энергию. Пустота жадно втягивала, засасывала, пока не заполнилась полностью, оставив Инстру совершенно опустошенной. Ощущения были такие, будто она сражалась много часов подряд и использовала все свои силы до последней капли. Настолько полностью свою энергию она еще ни разу в жизни не выжимала.
Спрятав полностью заряженный камень в кармане, Инстра спустилась с алтаря и уселась на полу, прислонившись к нему спиной. Закрыла глаза и расслабилась. Чтобы восстановить потраченные силы, ей потребуется как минимум несколько часов отдыха и медитаций. Либо — жертва. С которой она до сих пор не определилась. Поэтому пока что — отдых.
***
Восстановившись, Инстра поспешила приняться за дело. Она понимала, что Нильнисс, госпожа Первого Дома, сейчас, скорее всего, занята ярмаркой, которую почему-то решила организовать в столь неподходящее время. И все равно написала ей письмо, в котором сказала, что им необходимо встретиться и поговорить, причем как можно скорее.
Когда слуга с письмом вышел из ее покоев, на пороге показалась Лледрит. В роскошном алом платье, с кучей украшений на шее и в волосах, но все равно какая-то взъерошенная.
— Надо поговорить, — не дожидаясь разрешения, жрица закрыла за собой дверь и прошла в середину комнаты, заполняя воздух каким-то горьковатым запахом, который тянулся за ней невидимым шлейфом. — Помнишь, ты меня обвиняла… ну, во всяком, к чему я отношения не имею.
Не при чем я, слышишь? Не при чем!
— Так вот, я решила проверить запасы наших ядов. У меня там все на месте, ничего не пропало! Я несколько раз перепроверила.
Лаборатория находилась на верхнем этаже здания — рядом с сокровищницей и покоями Инстры, и там же хранились запасы всех ядовитых веществ Дома. Инстру до сих пор немного удивлял уровень ответственности, с которым жрица относилась к ядам: информация о каждом флаконе записывалась в специальную книгу, и время от времени она все проверяла и перепроверяла, пересчитывая склянки и флаконы на полках огромного шкафа и сверяясь с записями в книге.
Никто кроме Инстры, Фаэры и самой Лледрит не имел права заходить в эту комнату — зачарованные двери никого другого и не впустили бы. Рабы там время от времени прибирались исключительно под присмотром первой жрицы.
— Но… — жрица нервно прикусила губу. И потерла руку, на которой — Инстра только что это заметила — были свежие царапины. А на платье — небольшое пятно. —
