Зловредные, злонамеренные люди есть везде. Концентрация таких индивидуумов в органах законодательной власти - повышенная. Дальнейший ход заслушивания чем-то напоминал фехтование. Выпад - отбил; укол - отбил.
- А каски?
- Ведер не хватает под картошку, - парировал Язов.
- А бронежилеты?
- Холодно людям.
- А бронетехника?
- Из состава парадного расчета.
- А, - самый зловредный затаил дыхание, - а... боеприпасы?
Министр сокрушенно развел руками:
- Боеприпасы... десантники у нас так воспитаны... Говори, не говори, боеприпасы везде с собой таскают.
В зале одни рычали, другие смеялись, но министр был непробиваем. Маневры, картошка, парад. Картошка, парад, маневры.
Досужие журналисты чуть позже изгалялись и хихикали, всячески, во всех вариациях обыгрывая "картошку в мундирах", но это уже ничего не могло дать. Дисциплинированные воины-десантники проводили маневры. Кому-то не понравилось, кто-то испугался - отставить! Есть отставить!
- Готовиться к параду!
- Есть готовиться к параду!
- На картошку шагом - марш!
И ведра, чтоб народ не смущать касками, нашлись. В общем все хорошо, граждане. И мы занялись картошкой вперемежку с подготовкой к параду.
Последний парад
Итак, это был пятый по счету парад в моей жизни. Началась подготовка к нему с "картофельной" нервотрепки. Так все и продолжалось. Как запели, так и подхватили. Люди были вроде на парадной площадке те же самые, и опыт у всех за плечами был большой, но все как-то не клеилось. Какая-то "нервная микроба" висела в атмосфере. Нервничали начальники - нервничали и подчиненные. Парад - дело кропотливое, и нервничать тут никак нельзя. Но теория - теорией, а практика - практикой. Замученные солдаты нарушали установленные скорости движения, дистанции между парадными колоннами и внутри колонн. Руки, ноги, головы - все было не так, как хотелось командующему округом, как хотелось первому заместителю министра обороны генералу армии К. А. Кочетову, курировавшему парад. Разборы носили характер разносов. В результате разносов получалось еще хуже. Невольную лепту в нервотрепку внес и я. Как выяснилось позже, генералу армии К. А. Кочетову пришла мысль в голову камуфлировать парадную технику. Об этом стало известно командующему Московским округом генерал-полковнику Н. В. Калинину. Прикинув, во что это удовольствие обойдется округу, Николай Васильевич собрал командиров соединений и частей, участвующих в параде, и, образно говоря, поднес к носу кулак, категорически запретив где-либо упоминать в присутствии Кочетова о камуфляже, потребовал, если вопрос станет прямо, твердо и четко докладывать, что парадная раскраска - это устоявшаяся десятилетиями традиция, эта раскраска привычна механикам-водителям, это демонстрация мирной мощи и вообще... парадная раскраска - это очень красиво. Командующий округом как в воду глядел. Дальше события развивались следующим образом. На инструктаже я, как командир дивизии центрального подчинения, не присутствовал, мудрых наставлений, диктуемых жизненным опытом и соображениями экономического характера, не слышал. На очередной тренировке, после последнего тренировочного заезда генерал Кочетов поставил вопрос о камуфляже.
- Ваше мнение, товарищи генералы и офицеры? - спросил он.
Проинструктированные отцы-командиры вразнобой загалдели. Смысл галдежа был - не-а!..
- Товарищи офицеры!
Строй застыл.
- Что за базар! Хором отвечать не будем. Каждый выскажет свое индивидуальное мнение.
И пошел вдоль строя. Командир мотострелковой бригады из Теплого Стана доложил, что парадная раскраска - это красиво, и он - за! Командир Таманской дивизии - что это привычно, и он - за! Командир Кантемировской дивизии - что это традиция, и он - за!
Дошло дело до меня.
- Что скажет десантник?
- Товарищ генерал армии, считаю необходимым камуфлировать технику. Боевая техника должна быть хищной.
Хитрый Кочетов дальше не пошел.
- Десантник правильно говорит, а вы консерваторы! Парадная раскраска... Привычно!.. Николай Васильевич, технику к следующей тренировке перекрасить.
Строй дружно и глубоко вздохнул вздохом, похожим на стон.
Что мне сказали командующий, заместитель командующего по вооружению, начальники автомобильной и бронетанковых служб округа, я воспроизводить не стану. Общий смысл их страстных речей сводился к тому, что отныне и до веку я - враг №1, что болта ржавого я на окружных складах больше не получу, а о краске с тех же складов я должен вообще забыть. Как в известном мультфильме: "Ну, десантник, погоди!"
Кряхтя и чертыхаясь, армейская машина провернулась, в три дня образцово перекрасила технику, и то, что получилось, всем неожиданно, против собственной воли, понравилось.
Парадная раскраска - это когда по зеленому фону, в зависимости от конфигурации техники, белой краской сделаны разнообразные обводки. Вертикальными, горизонтальными черточками разной ширины оттенены те или иные детали боевых машин. В сочетании с гвардейскими знаками, нанесенными на башни машин, белая краска придавала колоннам какой-то мирно-декоративно-театрализованный вид. Перекрашенные же однообразно и научно камуфлированные машины производили совершенно иное впечатление. От театрализованности не осталось и следа. Мимо прокатывалась лавина хищной брони, вызывая даже у привычных людей какую-то внутреннюю дрожь. Каждый механик-водитель почувствовал себя соучастником этого мощного броневого потока, стал его неотъемлемой, выверенной частью. Куда-то сразу пропали и нарушения дистанций, и скорости пошли как по маслу, стали на место руки и головы, и соответственно, прекратилась нервотрепка. Те же самые начальники, которые еще несколько дней назад клялись "на коране" черным мором морить Тульскую воздушно-десантную дивизию до тех пор, пока я ею буду командовать, примирительно говорили, что я, конечно, крупный гад, заставил всех нешуточно попотеть, но вообще-то получилось здорово!
Едва я выбрался из-под обломков камуфляжного скандала, как на дивизию свалилась новая напасть. Меня вызвал командующий ВДВ, довел до моего сведения, что в период с 10 по 15 октября Советский Союз посетит министр обороны США Ричард Чейни. В числе прочих объектов ему будет представлена вверенная мне дивизия. А посему мне надлежит думать над тем, как продемонстрировать их главному военному буржуину силу, мощь, доблесть советских воздушно-десантных войск. Решение доложить через три дня.
Спасибо опыту, полученному в день празднования 60-летия ВДВ, но там мне помогало Рязанское воздушно-десантное училище. Здесь я был предоставлен самому себе. Причем вопрос был поставлен круто: положительный или отрицательный результат показа есть лицо дивизии, а, соответственно, воздушно-десантных войск и всех Вооруженных Сил Союза Советских Социалистических Республик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
