— Очень не хочется давать ему так много, — сказал Шарбараз и посмотрел на Абиварда. Абивард кивнул. Шарбараз нахмурился, некоторое время поколебался, но сказал:
— Ладно. Ради прекращения междуусобицы я готов пойти на это. Пусть узурпатора доставят ко мне сегодня до полудня, и тогда все будет так, как того желает Птардак.
Посланец дихгана галопом полетел в крепость. Шарбараз повернулся к Абиварду:
— Простить-то я прощаю, но брось меня в Бездну, если я это забуду.
Абивард понял это так, что Птардаку теперь лучше не высовывать носа из крепости Налгис-Краг до конца дней своих, если только он не хочет, чтобы дни эти не оказались резко сокращены. Эта мысль скользнула в его мозгу и тут же ушла, вытесненная огромным облегчением оттого, что борьба, так долго раздиравшая Макуран, вот-вот закончится.
И еще его пожирало любопытство: ему очень хотелось увидеть наконец-то человека, захватившего трон Шарбараза. Задолго до того, как солнце поднялось в зенит, с Налгис-Крага спустились трое: два воина вели в поводу мула, к которому был привязан седобородый старик. Передав Смердиса в руки Шарбараза, воины не стали дожидаться, какой прием им окажет Царь Царей. Как и предшествующий посланец Птардака, они галопом умчались назад, в безопасное место.
Хотя Смердис был растрепан, немыт и одет лишь в грязный кафтан, семейное сходство между ним, Перозом и Шарбаразом просматривалось легко. Старик весьма успешно скрывал страх, которого не мог не испытывать.
— Ну, родственничек, что скажешь в свое оправдание? — спросил Шарбараз.
— Скажу одно: надо было вместе с троном отобрать у тебя и голову, — ответил Смердис, шамкая, как та старуха в деревне, — у него тоже почти не осталось зубов.
— Этой ошибки я не повторю, — сказал Шарбараз. — Но смелости в тебе больше, чем я предполагал. Так что я просто укорочу тебя маленько, и все.
Смердис кивнул. Сотники Шарбараза собрались в кружок, наблюдая за казнью.
Один из воинов перерезал веревки, которыми был связан Смердис, и помог ему слезть с мула. Старик опустился на четвереньки и вытянул шею, подставляя ее под меч. Меч опустился. Тело Смердиса дернулось и застыло. Если бы он жил так, как умер, из него мог бы получиться достойный Царь Царей.
— Вот и все, — сказал Шарбараз.
Глава 12
Вместе с фургоном, в котором ехала Рошнани, уцелевшими конниками из надела Век-Руд и прорицателем Таншаром Абивард возвращался домой. Их сопровождала сотня из того отряда, который осаждал Налгис-Краг.
— Считай их моим подарком на дорожку, — сказал Шарбараз на прощание. — По пути в свой надел ты ведь можешь нарваться на степняков.
— Это так, — сказал Абивард, крепко сжимая руку Царя Царей. Войско Шарбараза тоже снималась с места. Одни возвращались в родные северо-западные наделы, другие направлялись с Царем Царей в Машиз, а видессийские саперы во главе с Ипсилантисом — на родину. Абивард добавил:
— Величайший, не нахожу слов, чтобы передать, как я буду скучать по тебе. После всего того…
Шарбараз ухмыльнулся:
— Я ведь назвал этих воинов подарком на дорожку, а не прощальным подарком. Тебе надо удостовериться, что дома у тебя все в порядке, это я понимаю. Но очень скоро ты мне понадобишься. Ты знаешь, какие у меня планы.
Абивард покосился на видессийцев. Они были достаточно далеко и слышать не могли. Но он все равно понизил голос:
— Мы их должники, величайший. — Более откровенно выразить свое неодобрение он не решался.
— Я знаю, — спокойно ответил Шарбараз. — Именно должники, не более того, я все равно что занял десять тысяч аркетов у ростовщика. Я верну этот долг, как сумею. А когда расплачусь — неужели ты думаешь, что такой счетовод, как Ликиний, не предоставит мне повода вернуть то, что по праву принадлежит Макурану?
— Если так ставить вопрос, то конечно, — сказал Абивард. Ликиний — очень способный правитель. Но Шарбараз прав: пытаясь все рассчитать заранее, видессийский Автократор оставался почти слеп ко всему, что не входило в его расчеты. А ни один человек, даже самый мудрый, не в состоянии предвидеть всего.
Это может один Господь.
Шарбараз похлопал его по спине:
— Дай Господь, чтобы в твоем наделе и в твоей семье все было благополучно.
— Спасибо, величайший. — Немного помедлив, Абивард сказал:
— Величайший, если ничто не мешает тебе предоставить моей сестре немного свободы за пределами женской половины, это бы очень ее осчастливило.
— И это я знаю, — сказал Шарбараз. — На этот счет не беспокойся. Мой долг перед Динак больше, чем перед Ликинием. И я оплачу его. — Он рассмеялся: — Может быть, я даже введу такую моду, чтобы мужья показывались в свете вместе с женами. Как завопит наше старичье! — Похоже, эта перспектива была ему очень по душе.
— Благодарю тебя, величайший, — сказал Абивард.
— Езжай домой, займись своими делами, а потом придет время заняться моими, — сказал Шарбараз.
* * *
Когда Абивард в прошлый раз возвращался из Налгис-Крага в свой надел, он спешил, насколько это было возможно, чтобы не загнать насмерть коней, на которых ехали Шарбараз, Динак, Таншар и он сам. Пока он не добрался до своей земли, он все боялся, что воины Птардака преследуют его по пятам, скача изо всех сил, чтобы перехватить беглого Царя Царей.
Теперь он мог не спешить. Он больше не боялся врагов сзади, к тому же с ним ехало достаточно воинов, чтобы внушить ужас даже многочисленной шайке хаморов. Обернувшись к Таншару, ехавшему рядом, он сказал:
— Кочевники упустили свой шанс оттяпать большой кусок северо-запада и превратить его в продолжение Пардрайянской степи.
— Похоже на то, — кивнул прорицатель. — Они все объединились против нас, когда Пероз, Царь Царей, перешел Дегирд со своим войском, но они не народ, а отдельные племена. Если они начали свару между собой после одержанной победы, у них не было возможности сделать то, о чем ты говорил. Я, конечно, не знаю, как случилось на самом деле, но вполне могло быть и так.
Абивард засмеялся:
— Странно слышать от прорицателя, что он не знает, как случилось. Ты же вроде должен такие вещи знать.
— Повелитель, когда ты будешь обременен годами, как я, ты поймешь, что главное из всего, что ты знаешь, — это то, что ты не знаешь почти ничего, ответил Таншар. — Да, если бы мне приказали и я смог преодолеть магию их племенных шаманов, я сумел бы узнать, почему хаморы всей ордой не перешли Дегирд, как мы опасались. Но кого теперь интересует это «почему»? Важно, что они этого не сделали.
— М-м. — Поразмыслив над словами Таншара, Абивард ощутил их правоту. — Понимаю. Только не надо говорить о собственном невежестве. В нашем походе ты сделал больше, чем… чем… — Он не знал, что сказать дальше, чтобы не обидеть Таншара, а этого ему хотелось меньше всего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
