девять. А припёрся почти в десять. Вы своими выходками заставили нервничать не только меня, но и мисс Ричардсон. Ты же видел, как сильно они ругались вчера. А всего-то стоило… нахуй я тебе это всё говорю? — мужчина махнул рукой, после чего вышел из комнаты и направился на кухню. Оливер затоптал следом, явно боясь даже вздохнуть слишком громко. — Тебе же всё равно плевать. Плевать же, да, Олли? Зачем меня слушать. А всего лишь нихера не понимающий в жизни старик. Так ты думаешь, да, Олли?
— Не правда, — пробормотал юноша. — Я так о тебе не думаю. Правда, мне очень стыдно, и вчера было очень стыдно… я всю ночь думал о том, что Лекса бы не поругалась с мамой, если бы мы просто пришли вовремя. Я ведь знаю, что у них сложные отношения, — вздохнул он.
Йоханесс издал звук, похожий на кряхтение, после чего устало посмотрел на сына. Нет, ни в чём этот глупый ребёнок не виноват. Алекса сама не предупредила мать, Эрика — довела свои отношения с дочерью до подобного пиздеца. Да и вообще женщина бы и так прогнала Ольсена когда-нибудь поганой метлой прочь. Он сморщился, после чего достал из кухонной тумбочки турку, всыпал кофе, залил водой и поставил на газ. На сковородке лежала красивая яичница. Йенс бы сам такую никогда бы не приготовил.
— Алекса бы поругалась с мамой в любом случае. Ты не виноват в том, что у твоей подруги такие тяжёлые отношения с матерью. И не смей даже думать об этом, — успокаивающе произнёс Ольсен. — Виноват ты только передо мной, наглый ребёнок. Я очень злился на тебя вчера.
— Прости, пап, — прошептал Оливер, опустив голову вниз. — Посади меня под домашний арест.
— Делать мне больше нехуй. Прекрати корчить это щенячье лицо, — вздохнул мужчина. — Ты прощён, но ещё раз подобную хуйню вытворишь, и я… в общем, что-нибудь обязательно придумаю.
— Спасибо, пап! Хорошо, я больше так никогда не поступлю с тобой! — взволнованно пробормотал мальчик, после чего полез к отцу с объятиями.
Йенс чуть не шлёпнулся от такого резкого порыва, но успел устоять на ногах, после чего неловко похлопал сына по спине, не зная, что ещё может сделать. Прикосновения в их семье были не слишком-то уж и частым делом, так что Ольсен был растерян. Спустя пару мгновений Оливер успокоился и отлип. Он хотел что-то сказать, но был прерван внезапным стуком во входную дверь.
Йоханесс был преисполнен уверенности, что за дверью окажется достающий его наркоман, он уже набрался решимости послать его нахуй, но вовремя передумал, когда распахнул дверь и увидел на пороге грёбанного Кристиана Эдвардса.
От шока у Ольсена чуть очки с носа не соскочили. Что этот чёрт забыл здесь? В голове тут же замелькали самые худшие сценарии: он узнал, Эрика обо всём решила рассказать из чувства мести? Эдвардс подозрительно дружелюбно улыбался и держал в руках какой-то цветастый подарочный пакет.
— Добрый день, чем могу быть полезен? — не слишком-то дружелюбно спросил Ольсен.
— Здравствуйте, мистер Ольсен, — Кристиан слащаво улыбнулся. — Извините, что отнимаю ваше время, но мне немного совестно из-за той сцены, свидетелем которой вы с сыном вчера стали. Я бы хотел обсудить это, чтобы не возникло никаких неловкостей. В конце концов, наши дети дружат.
Эдвардс звучал действительно убедительно, кто знал, что у него там на уме? Йенс не отрицал, что тот мог крайне старательно пытаться играть роль заботливого отца и мужа. А вот если Ольсен сейчас захлопнет дверь или пошлёт нахуй, то вызовет подозрения. Сейчас нужно быть крайне осторожным, каждое действие и каждое слово может сказаться на будущем. Не только на его будущем, но и будущем Эрики.
Как бы поступил взволнованный отец? Пускай Йенс и знает Кристиана не только как мужа своей любимой женщины, но и как грёбаного гангстера, он всё равно должен хотеть уладить конфликт, чтобы сын мог продолжать дружить с Алексой.
— Да что вы, вам не должно быть совестно, — растерянно произнёс Йоханесс и отошёл в сторону, чтобы пропустить Эдварда в дом. Блядь, наверное, это будет самой его огромной ошибкой. — Проходите. Правда, у нас слегка не прибрано, да и угостить вас нечем, но кофе предложить могу.
— Благодарю за кофе и приглашение, — кивнул головой Кристиан, заходя в дом. — Я принёс тут кое-что к кофе. Чтобы вы точно были уверены, что я пришёл с миром, — он хмыкнул.
Йенс безумно нервничал из-за этого «важного» гостя. Вероятно, Эдвардс подразумевает, что Ольсен может его бояться, в конце концов, на той сделке с лекарством присутствовала не только Эрика, но и её муж. Очевидно, что Йенс знает о должности Кристиана. Но при этом нельзя бояться очень сильно, так, как любовник мог бы бояться мужа своей женщины. Как найти сраную золотую середину?! Так, тихо. Спокойно. По крайней мере, этот индюк не умеет читать мысли. Просто вести себя сдержанно, обсуждать только Алексу и Оливера, даже не упоминать Эрику. Как много Кристиан знает, кто ему рассказал о вчерашнем и как вообще ему преподнесли ту информацию?
— Здравствуйте, — тихо произнёс Оливер, когда двое мужчин вошли на кухню. Юноша как раз разлил по кружкам кофе.
— О, Оливер, верно? — спросил Кристиан, протягивая руку для рукопожатия. — Кристиан Эдвардс. Моя дочь дружит с тобой.
— А, точно, — юноша смущённо улыбнулся, принимая рукопожатие. — Оливер Расмуссен, мне очень приятно познакомиться с вами, сэр.
— И мне с тобой, — кивнул Эдвардс, присаживаясь на стул.
Не хватало ещё, чтобы сын общий язык нашёл с этим конченым додиком. Кристиан достал из своего пакета конфеты и пирожные, после чего разложил их на столе. Йенс занял место на стуле, а Олли так и остался стоять у стены, взволнованно наблюдая за гостем.
— В общем, мне очень стыдно из-за того, свидетелями чего вам обоим вчера случилось стать. Моя дорогая жена, — Йенса на этом моменте чуть не вырвало, — в последнее время крайне нервная из-за работы, она очень восприимчивая у меня. Пытаюсь беречь её от всяких переживаний, но не всегда выходит.
Грёбаный мудак, слишком плохо ты бережёшь свою «дорогую жену», раз подчас с ней случаются настолько серьёзные срывы. Урод, какой же лицемерный урод. Йоханесса разрывало от гнева, он бы всё отдал, чтобы вмазать этому мудаку по лицу, но, конечно, держался изо всех сил. Самое главное переживание Эрики небось — это сам Эдвардс. Тварь.
— Она очень любит Лексу, иногда эта любовь выходит ей боком, поэтому так и вышло. Моя любимая жена очень волнуется и из-за того, что вчера на ваших глазах…
