Она восстанавливала тончайшую связь между душой алая и его исцелённым и способным принять душу обратно телом. Она торопилась, спешила, как никогда в жизни, лихорадочно вспоминая заклятия, болезненно выдёргивая из мозга корни воспоминаний… И вот наконец, обессиленная, она увидела, как веки Анара начали потихоньку светиться — жизнь и силы возвращались к нему.
Анар открыл глаза, пошевелился и, видимо, потревожив раненую спину, недовольно заворчал. Аниаллу слабо улыбнулась:
— Ну что, рыцарь, я тебе говорила, что меня не надо спасать, или не говорила?
— Я был мёртв? — еле шевеля бледными губами, спросил рыцарь.
— На полхвоста от этого, — фыркнула Аниаллу, — но теперь ты жив, и чтобы эту жизнь сохранить, тебе надо как можно быстрее встать на ноги. Оно вот-вот ворвётся сюда, двери не смогут удерживать его вечно, — быстро зашептала девушка, затравленно оглядываясь на дверь. Алу сейчас выглядела даже хуже побывавшего по ту сторону жизни Анара. Глаза её более не сияли. Казалось, они подёрнуты призрачной дымкой. Увидев это, Анар собрал все силы и попытался подняться с пола, но тело стало тяжёлым и каким-то чужим. Алай с усилием поднял руку, и Аниаллу, схватившись за неё, попыталась помочь ему встать, но сил её оказалось слишком мало.
— Да вставай же! — взвизгнула девушка. Дверь сотряс небывалой силы удар, середина её выгнулась серебристым пузырём, но створки выдержали. Пока… — У нас мало времени! — она снова рванула его руку, и на этот раз Анар сумел встать. Ноги еще плохо держали его, но ледяной холод, сковавший все тело, когда чёрные стрелы пронзили его, отступил, и теперь к алаю быстро возвращались прежние силы.
Рядом, согнувшись и уперевшись ладонями в колени, тяжело и часто дышала Аниаллу. Ей было плохо, во рту от непомерного усилия стоял металлический привкус крови, но увидев, что Анар достаточно оправился, она резко выпрямилась.
— Ты уничтожила Камень? — спросил Анар.
— Камню конец, но то, что пришло ему на смену, жаждет мести, — коротко отозвалась алайка. — Всё, сейчас не время для разговоров, надо убираться отсюда, — жестко сказала она и не оглядываясь бросилась в ту сторону, где из трещины высоко в стене свисала её верёвка, ведущая на свободу, подальше от этого душного зала.
На этот раз даже Аниаллу не стала пренебрегать магией — добежав до стены, в которой где-то в вышине терялся вход в трещину, алаи быстро полетели вверх. Анар успел заметить, как Алу дёрнула верёвку, но та не свалилась к ней в руки, а стала быстро сматываться сама собой, и, когда они оказались в трещине, девушке осталось лишь на бегу подхватить аккуратный моток и заткнуть его за пояс…
…Что было силы проталкивая свои тела, они пробирались вперёд. Наконец трещина кончилась, и сначала Аниаллу, а за ней и Анар выбрались из извилистого тесного прохода и помчались вверх по ступеням винтовой лестницы. Они пронеслись через знакомые залы и переходы, на секунду забежали в приютившие их на несколько дней покои, чтобы забрать так предусмотрительно собранные Аниаллу рюкзаки, и бросились к выходу из города.
Не было больше изящных мостиков, витражей и сверкающих арок. От грозного и прекрасного города остались только груды бесформенного перекорёженного металла, камней и каких-то обломков, по виду которых нельзя было определить, чем они были прежде. Алаи промчались по руинам всего час назад бывшего таким величественным города. Анару и Аниаллу понадобилась вся их кошачья ловкость, чтобы, прыгая с одного нагромождения камней и металла на другое, не упасть вниз на кучи мелких острых осколков. Проворные лапы переступали, перепрыгивали, цеплялись за очередную шаткую опору, и два сильных тела — золотое и чёрное — стремительно летели вперёд. Наконец алаи ступили на твёрдую почву и вскоре оказались у распахнутых врат города.
Быстро проскользнув между створками, Анар и Аниаллу беспрепятственно покинули подземный город алаев. Через несколько минут они достигли золотой комнаты со статуей чешуйчатой кошки. И тут, вместо того чтобы побежать прямо к порталу, Анар изменил направление и направился в левый проход к внешним вратам города.
— Анар! — протестующе вскричала Аниаллу, сразу поняв, что задумал её спутник.
— Мы должны попытаться! — бросил Анар, обернувшись через плечо.
Аниаллу опасливо взглянула на тёмный проём, срезающий один из углов комнаты, за которым начинался коридор, ведущий к внешним вратам. Разумеется, портал был сомнительным выходом из сложившейся ситуации — не известно, куда он ведёт, однако в том, что у Анара ничего не получится, она не сомневалась. Но… но алай уже мчался вперёд, и не думая ждать её одобрения или возражений. Девушка раздражённо хлопнула себя по бедру и побежала за ним в темноту.
Приближаясь к воротам, она увидела, как Анар на бегу распустил завязки мешочка и, как только оказался достаточно близко от закрытых ворот, выхватил из него горстку сверкающего песка и бросил его на зачарованные створки. Аниаллу уже приготовилась состроить гримаску «я же знала…», но к изумлению алайки сотворённая Анаром волшебная пыль действовала — она, словно Кислота, разъедала чёрный металл ворот, легко справляясь с наложенными на них заклятьями!
Но они не увидели в отверстии знакомого зеленоватого свечения кристаллов — алаям предстало нечто чёрное в обычном и ярко сияющее в магическом спектре. Чёрный песок Анара был бессилен разрушить это.
— Это тот самый магический барьер, о котором я тебе говорила, — сокрушённо покачала головой Аниаллу, уже было начавшая верить, что они с Анаром найдут способ спастись, не прибегая к сомнительному порталу.
— Значит, портал, — заключил разочарованный Анар и вдруг понял, что сделать это будет не так-то просто: мрак начал собираться сгустками, концентрироваться, сливаясь во что-то материальное, как в зале, где прежде располагался Камень. Всё это происходило так стремительно, что алаи не успели отбежать и пары шагов от ворот, как путь к отступлению был отрезан плотной стеной непроницаемого мрака.
Аниаллу быстро огляделась по сторонам, стремительно поворачиваясь и пружинисто присогнув ноги, чтобы не упустить возможности проскользнуть в любую замеченную лазейку в этой клубящейся тюрьме. Она почувствовала, что в этом сгустке, этой живой стене, сосредоточивается вся сила тьмы, заполнившей подземелье, и так просто им с Анаром через нее не пробиться. Аниаллу вырвала из поясного кошелька один из заготовленных накануне светящихся алмазов и плотно зажала его в кулачке.
— Прикрой глаза! — приказала она. В голосе её прозвучали какие-то странные, повелительные нотки, не свойственные мягкой и нежной девушке. Анар поспешно повиновался. Алайка проколола острым ногтем камень. Хлынувший из него свет резанул по глазам даже через сомкнутые веки; красной, болезненной вспышкой ударил прямо в мозг. Аниаллу нашарила ещё несколько камней, наугад швырнула во тьму.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
