— Прикрой глаза! — приказала она. В голосе её прозвучали какие-то странные, повелительные нотки, не свойственные мягкой и нежной девушке. Анар поспешно повиновался. Алайка проколола острым ногтем камень. Хлынувший из него свет резанул по глазам даже через сомкнутые веки; красной, болезненной вспышкой ударил прямо в мозг. Аниаллу нашарила ещё несколько камней, наугад швырнула во тьму.
— Бежим! — позвала она и кинулась по коридору прочь от ворот. Анар последовал за ней…
Они бежали по подземелью, проносясь сквозь заполненные ожившей тьмой залы, петляя по кажущемуся бесконечным лабиринту каменных коридоров и вырытых в земле туннелей. Им приходилось выпускать когти на ногах, чтобы вписываться в крутые повороты на такой скорости, с какой гнал их вперёд страх. Они не думали о том, что при этом шаги их потеряли свою бесшумную лёгкость, алаи хотели одного: умчаться отсюда, спастись, скрыться, спрятаться… в мышиной норе, собачьей будке — да где угодно, в любом месте, лишь бы оно сулило им безопасность. Но как бы быстро они ни продвигались вперёд, алаи чувствовали, что враг не отстаёт ни на шаг. Иногда, когда путь им преграждало особенно плотное скопление мрака, Аниаллу разрывала пелену тьмы одним из своих магических камней. Однажды Анар заметил, как она, ловко выхватив из висящего на поясе кошеля маленький голубой шарик, швырнула его оземь. Алай ожидал снопа молний, летящих в преследующего их призрачного врага, или ослепляющей волны голубого пламени, несущейся навстречу ожившей тьме. Но ожидания его не оправдались — не произошло ничего. Всё так же мелькали разноцветные стены комнат и коридоров, и всё так же неумолимо гналась за алаями разумная тьма.
Наконец Анар и Аниаллу добрались до гигантской отвесной стены. Они взлетели на расположенную на её верху площадку, и Анар кинулся было к ведущему к порталу проходу, но Аниаллу окликнула его. Прежде чем скрыться во тьме туннеля, алай оглянулся и увидел, что девушка замерла на краю обрыва. Она выпрямилась, сложив ладони вместе, словно собиралась читать молитву, но, прежде чем Анар напомнил ей, что времени для молитв у них нет, Аниаллу резко разомкнула ладони, и между её ногтями блеснула голубоватая молния. В следующую секунду откуда-то снизу до алаев донёсся гулкий звук, подобный грозному рокоту сотен водопадов, срывающихся с неимоверной высоты. Шум нарастал, и через мгновение из туннеля, по которому считанные минуты назад бежали Анар и Аниаллу, вырвался поток воды. С невероятной скоростью он преодолел расстояние до каменной стены, на которой стояли алаи, и ударился о неё, наполнив воздух миллионами сверкающих брызг. Вода всё прибывала, она была странно чистой и прозрачной, от неё исходило мягкое белое свечение. Алаи так и остались стоять на самом краю каменного балкона, в трёх локтях под которым плескались волны постепенно затихавшего без притока воды нового подземного озера.
— Что это такое? — спросил Анар, глядя на противоположную стену пещеры, по которой метались блики, отбрасываемые светящейся водой.
— В священных горах Элаана есть озеро, вода которого буквально пропитана магией света. Этот шарик был сжатой водой из этого волшебного озера.
— Сжать воду невозможно! — не думая возразил алай.
— Высшие наларов это умеют, — сказала Аниаллу, и в эту самую секунду гладь воды перестала быть спокойной. Видимо, вода вытеснила воздух из какой-то выбоины в стене, и освободившиеся пузырьки поднялись на поверхность. Это простое и безобидное на первый взгляд явление так испугало Аниаллу, что она резко отпрыгнула от кромки воды, долетев в своём могучем прыжке до стены пещеры.
— Успокойся, элаэ. Мы же решили бояться темноты, а это всего лишь воздух. Но со… — сказал Анар и осёкся на полуслове. Вынырнувшие из глубины пузырьки принесли в себе вовсе не воздух, а сгустки ненавистного чёрного тумана. Он скапливался на поверхности, расстилался по водной глади, укрывая её чёрным покрывалом. Внезапно из-под этого призрачного покрова, словно щупальца какого-то неизвестного чудовища, вынырнули струи материализовавшейся тьмы. Но Анар этого уже не увидел: стоило ему заприметить истинное происхождение пузырьков, как он в точности повторил прыжок Аниаллу и, схватив девушку за руку, со всех лап рванул от сотворенного ею озера, так и не ставшего достойной преградой на пути их ужасного преследователя.
И снова была бешеная гонка. Белыми пятнами промелькнули груды камней, в которые обратились разрушенные колонны. Сверкнули алыми огнями глаза серебряных змей, и наконец запестрели яркие наскальные узоры, украшающие стены и потолок коридора, ведущего в портальную комнату.
Вот уже впереди засияли начищенными створками золотые двери — последняя преграда на пути к спасительному огоньку портала. Не замедляя скорости, Анар толкнул двери вытянутыми руками, но вместо того чтобы распахнуться настежь, створки даже не шелохнулись. Анар надавил сильнее, Аниаллу присоединилась к нему, но и совместными усилиями алаи не добились результата. Осознав тщетность своих попыток, Анар оставил дверь в покое и мысленно выругал себя за то, что так бесполезно использовал драгоценный Песок распада. Если бы он не позволил эмоциям взять над собой верх там, у врат подземного города, и сначала посмотрел, что скрывается за ними, сейчас они с Аниаллу уже были бы в безопасности по ту сторону портала. Почему-то к Анару пришла полнейшая уверенность в том, что таинственное создание Тьмы не смогло бы последовать за алаями через портал. Алай не стал раздумывать о причине своей убеждённости: даже если его догадка была верна, то это никак не влияло на золотую дверь, вставшую непреодолимой преградой на пути к спасению. Взломать её волшебством не получится — как и многие двери в этом подземном городе, она была зачарована чужой, не алайской магией, с которой Анар не умел бороться. Бежать назад не имело смысла, надежды на то, что чёрный туман по какой-то причине сюда не доберётся, тоже не было. Анар не видел никакого выхода из сложившейся ситуации, но несмотря на это, он нашёл в себе силы обернуться к Аниаллу, чтобы сказать ей что-нибудь ободряющее. Но Аниаллу это не понадобилось, она и не думала впадать в отчаянье. Совсем наоборот — она, кажется, видела возможность пробраться к порталу.
Алайка нагнулась к сапогу и отстегнула от голенища широкую полоску негнущейся плотной кожи. Она отошла в сторону как крышка плоской коробки, днище которой было пришито к сапогу Аниаллу, а внутренняя обивка светилась ярким белым огнём. Там, чётко выделяясь на фоне светящейся ткани, аккуратными рядами располагались разнообразные отмычки и ещё какие-то совершенно непонятные Анару приспособления. Одно из них и вертела в пальцах Аниаллу, краем глаза поглядывая на дверь и словно к чему-то примеряясь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
