И хотя тот тихий голосок, что говорил в его душе, теперь молчал как мертвый, Марк внезапно почувствовал: ему не победить Саркса своими силами.
«Если б я знал, как найти Спасителя! Я бы призвал Его. Хоть бы один проблеск, хоть один лучик с неба, хоть какое-нибудь знамение — я бы обрел силу!»
Саркс неторопливо шел к нему, шаг за шагом.
— Ты хочешь спросить, почему твой небесный покровитель не помогает тебе? Я отвечу: потому что ты сам оставил своего Спасителя.
Марк стоял, утирая кровь, но тем самым еще больше размазывал ее по лицу.
— А знаешь как, Маркос? Ты сам мне дал власть над своей судьбой. Я стал ответом на твои потаенные желания.
— Ложь! — сорвался Марк. — Я не верю тебе, тварь, слышишь!
— Не веришь? — Саркс остановился в трех шагах. — Вспомни, кем ты был, Маркос. Вспомни боязливого и тщедушного человечка. Вспомни твоих обидчиков, вспомни, какие чувства поднимались в тебе, когда ты терпел обиды. Вспомни, как ты мечтал обрести силу, чтобы отомстить. Это был я, Маркос. Вспомни, как ты завидовал сильным, способным, богатым, как мечтал возвыситься над ними — это был я. Вспомни тех, что посягали на твою независимость, унижали твое достоинство, учили тебя жить, как ты ненавидел их — и это был я. Вспомни о славе, о которой мечтал, о женщинах, которыми грезил — тайные, скрытые от всех желания. Я был с тобой изначально, Маркос.
Марк отвернулся от него, сжимая до боли кулаки. Сладкие грезы из прошлого, образы его тайных желаний пронеслись, промчались в его памяти, взбудоражили и залили стыдом. Перед глазами всплыло все, о чем, как он думал, никто никогда не узнает. Все, чего он стыдился перед самим собой, все, о чем желал забыть, все предстало перед ним в обнаженном виде. Все вуали, которыми он долгие годы прикрывал тайные вожделения, были сорваны. Его переполнял такой стыд, что вся жизнь казалась отвратительной. Все тайное стало явным.
— Некроманты не создавали меня, Маркос. Меня создал ты.
Марк в изнеможении опустил голову, впиваясь зубами в губу, чтобы не закричать от бессилия. Вот враг, от которого нет спасения! Нет человека, способного помочь ему победить свое греховное «я»!
— Спаситель, я сознаю, что грешен, — прошептал Марк, глядя себе под ноги. — Я пытался обманывать Тебя, скрывая свои темные желания. Какое безумие! Нет ничего, что может быть скрыто от Тебя. Прости меня… прости и очисти.
— Слишком поздно, Маркос, слишком поздно, — произнес Саркс.
Неожиданно в голове прояснилось.
— Я всю жизнь боролся лишь с призраками, — сказал он, глядя Сарксу в глаза. — Я был слеп и не видел настоящего врага. А он, тем временем, уводил меня все дальше и дальше от моей мечты.
— Этот враг — твои предрассудки, Маркос.
— Да.
— И твои страхи.
— Да.
— И твое малодушие.
— Да, и больше того — мой грех. То есть ты, Саркс.
Марк выпрямился. Его тело наполнялось силой, он чувствовал каждую мышцу.
— Но в одном ты ошибаешься. Ты никакой не голос моей судьбы.
— Почему ты так решил?
— Моя судьба — стать свободным!
Марк вскинул руку.
— Слово в сердце!
И напряг свою волю к мечу с такой силой, с какой погрязший в трясине рвется к спасительной ветке.
Из-за каменной ограды, перекручиваясь в воздухе, вылетел Логос. Марк подхватил его за рукоять и тут же встал в боевую стойку.
Саркс покачал головой.
— Это совершенно лишнее. Ты уже ничего не изменишь.
— Я убью тебя.
— Мог убить. Но теперь — нет.
Вдохнув поток удивительной чистоты, наполнивший его свободой, Марк бросился навстречу острию меча Саркса. В теле пульсировала новая энергия, заряжающая силой, ловкостью, быстротой — все тело сжалось в единый клинок, маневренный и послушный.
Не ожидав такой атаки, Саркс отступил, но сразу совладал с собой и отразил удар в сторону. Марк промахнулся и едва не упал, настолько сильным был взмах его Логоса.
— Ты проиграл, урод. Слияния не будет, — проговорил он, тяжело дыша.
— О чем ты? — Саркс будто бы удивился. — Слияние уже началось. Погляди вокруг, миротворец Саркс-Маркос.
Дрожь пробила Марка до мозга костей. Очертания Башни вдруг потеряли четкость, размылись. Он пошатнулся и почувствовал под ногами не твердый каменный пол, а вязкую болотную почву.
Не может быть!
Они стояли, заволоченные густым туманом посреди гиблых болот. Отовсюду веяло мертвой влагой и сыростью. Точь-в-точь как в тот страшный день, когда Марк потерялся в Белом забвении.
«Так… неужели… вправду… все потеряно?»
И тут он вскрикнул. Вскрикнул с ужасом, какого еще никогда не испытывал — его объял страх неизвестности, непонимания того, что происходит вокруг и реальна ли вообще его жизнь!
«Как, почему?!»
— Ты ожидал помпезной церемонии? Что-то вроде твоего посвящения в миротворцы в Иероне? Разочарую — я не слишком нуждаюсь в твоем устном согласии на слияние. Мне достаточно твоего внутреннего желания — ты сам выбрал меня, когда обрисовывал себе заманчивые перспективы.
Едва совладав с отчаянием, Марк сжал рукоять меча. Если слияние только началось, значит, еще не все потеряно!
— Остался пустяк, формальность, — Саркс изобразил что-то вроде улыбки. — Произнеси вслух, глядя мне в глаза, то, о чем мечтал несколько минут назад. Все-таки это нужно для обряда.
Ступая по болотной земле короткими шагами, Марк подошел к нему ближе. Если остался еще хоть один, пусть самый ничтожный шанс, он не упустит его. Он убьет чудовище.
— Перед лицом Всевышнего Творца я, Седьмой миротворец Маркос, принимаю осознанное решение: быть верным своему призванию и биться с порождением греха, именуемым Сарксом, до последнего вздоха!
Он атаковал стремительным выпадом. Логос соскользнул с черного клинка Саркса, ушел вбок, Марк тут же извернулся, прочертив в воздухе смертельную дугу. Саркс еле увернулся, отпрыгнув назад. Взмах Логоса чуть не рассек ему лицо. Под ногами хлюпнула грязь.
— Вот значит как! Таки хочется поиграть в благородство, поупрямиться, — проговорил Саркс. В его голосе чувствовалась злость, но он был по-прежнему уверен в себе.
— Это не игра, это решение, — выпалил Марк.
— Ты думаешь, Он простит тебя? Думаешь, Он хочет видеть тебя после того, как ты предал Его?
— Я не думаю, я это знаю.
— Ты не знаешь Его, Маркос. Ты веришь в иллюзорный образ, сотканный твоим воображением.
— Тогда почему тебя страшит этот образ?
— Страшит? — Саркс скорчил пренебрежительную мину. — Не обманывайся. В тебе живет сила, над которой властен только я!
— Ты говоришь о силе греха? Ты так и не понял, что она только что была разрушена?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
