Вовек не забуду повелений Твоих, / ибо ими Ты меня оживил.
«Уязвляюсь тяжко и терзаюсь внутренне, Слово, / видя заклание Твое неправедное», – / взывала Пречистая с плачем.
Твой я, спаси меня, / ибо повелений Твоих я взыскал.
«Взор Твой сладкий и уста как закрою, Слово? / Как же по образу умерших Тебя погребу?» – / с трепетом взывал Иосиф.
Стали ждать меня грешники, чтобы меня погубить, – / я же понял свидетельства Твои.
Песнопения надгробные Иосиф и Никодим / воспевают ныне Христу умершему, / и вместе с ними поют Серафимы.
Всякого свершения предел я узрел, – / широка заповедь Твоя весьма.
Ты заходишь под землю, Спаситель, Солнце правды, / оттого родившая Тебя Луна затмевается от скорбей, / Твоего лицезрения лишаясь.
Как возлюбил я закон Твой, Господи, / целый день он – занятие моё.
Содрогнулся ад, видя Тебя, Спаситель, Жизни Подателя, / расхищающего его богатство / и от века умерших воскрешающего.
Более врагов моих Ты умудрил меня заповедью Твоею, / ибо она – моя вовек.
Солнце излучает сияние после ночи, / но и Ты, Слово воскресши, радостно воссияешь / после смерти, как из брачного чертога.
Лучше всех учащих меня я стал понимать, / ибо свидетельства Твои – занятие моё.
Земля, приняв Тебя, Создатель, в недра, / охваченная страхом, сотрясается, / пробудив своим сотрясением мертвых.
Лучше старцев я стал понимать, / ибо заповедей Твоих взыскал.
С благовониями Тебя, Христе, Никодим и благородный Иосиф / ныне по- новому предав погребению, взывали: / «Содрогнись, вся земля!»
От всякого злого пути удержал я ноги мои, / чтобы сохранить слова Твои.
Ты зашел, Создатель светов, и с Тобою зашел свет солнца, / а творение охватывается трепетом, / провозглашая Тебя Творцом всего.
От судов Твоих не уклонился, / ибо Ты дал мне закон.
Камень обсеченный покрывает краеугольный Камень, / а смертный человек ныне Бога, как смертного скрывает во гробе. / Ужаснись земля!
Как сладки гортани моей слова Твои, – / лучше меда устам моим.
«Взгляни на ученика, которого Ты возлюбил, и Матерь Твою, / и подай голос, Дитя Сладчайшее», – / взывала Чистая с плачем.
От заповедей Твоих я разум стяжал, / потому возненавидел всякий путь неправды.
Ты, как истинный Податель жизни, Слово, / на Кресте простертый не умертвил Иудеев, / но воскресил и их мертвецов.
Светильник ногам моим закон Твой / и свет стезям моим.
Ни красоты, ни вида не имел Ты прежде, во время страдания Твоего, Слово; / воскресши же, воссиял с преизбытком, / украсив смертных Божественными блистаниями.
Я поклялся и постановил / сохранить суды правды Твоей.
Зашел Ты плотию в землю, немеркнущий Носитель Света, / и солнце, будучи не в силах это видеть, / помрачилось в разгар полудня.
Я унижен был до предела, Господи, оживи меня по слову Твоему.
Солнце и луна вместе омраченные, Спаситель, / благожелательных рабов изображая, / облекаются в черные одежды.
Добровольные жертвы уст моих приими же благосклонно, Господи, / и судам Твоим научи меня.
«Познал в Тебе Бога сотник, хотя Ты и умер, – / как же я Тебя, Боже мой, коснусь руками? / Содрогаюсь я!» – взывал Иосиф.
Душа моя постоянно в руках Твоих, – / и закона Твоего я не забыл.
Уснул Адам, – и смерть из ребр изводит, / а Ты ныне уснув, Слово Божие, / из ребр Твоих изливаешь миру жизнь.
Устроили грешники мне западню, – / но я от заповедей Твоих не уклонился.
Уснул Ты ненадолго, и оживил умерших, / и, воскресши, воскресил / спящих от века, Благой.
Унаследовал я свидетельства Твои вовек, / ибо они – радость сердца моего.
Ты был взят от земли, но излил вино спасения, / источающая жизнь Виноградная Лоза; / прославляю Твое страдание и Крест.
Склонил я сердце моё, чтобы исполнить повеления Твои / вовек, ради воздаяния.
Как невещественные военачальники, видя Тебя, Спаситель, / обнаженным, окровавленным, осужденным / выносили дерзость распинателей?
Законопреступников возненавидел, / а закон Твой я возлюбил.
Обрученный, но строптивейший род еврейский, / ты знал о восстановлении храма, / для чего ты осудил Христа?
Помощник мой и заступник мой – Ты, / на слова Твои я уповал.
В плащ глумления ты облекаешь Устроителя всего, / Который утвердил небо / и украсил землю дивно.
Удалитесь от меня, творящие зло, / и буду исследовать заповеди Бога моего.
Как пеликан, уязвленный в ребра Твои, Слово, / оживил Ты детей Твоих умерших, / источив им животворные родники.
Поддержи меня по слову Твоему, и буду жить, / и не постыди меня в ожидании моём.
Прежде солнце остановил Иисус Навин, иноплеменников поражая, / но ныне Ты Сам скрылся, / низлагая начальника мрака.
Помоги мне и буду спасён, / и буду вникать в повеления Твои всегда.
Неотлучно от Отеческих недр Ты пребыл, Милосердный, / и стать человеком благоволил, / и во ад сошел, Христе.
В ничто Ты вменил всех, отступающих от повелений Твоих, / ибо неправедно помышление их.
Вознесен был Распятый, на водах повесивший землю, / и бездыханным Он в ней погребается, / и не вынося того, она сотрясается сильно.
Преступниками счел я всех грешников земли, / потому возлюбил свидетельства Твои.
«Увы Мне, о Сын», – не знавшая мужа рыдает и возглашает, – / «ведь Тебя, Кого Я надеялись видеть царем, / ныне вижу осужденным на Кресте!»
Пригвозди страхом пред Тобою плоть мою, / ибо от судов Твоих я убоялся.
«Это Мне возвестил Гавриил, когда прилетел: / он сказал, что будет вечным / Царство Сына Моего Иисуса».
Сотворил я суд и правду, / не предай меня обижающим меня.
«Увы, пророчество Симеона исполнено: / ибо меч Твой прошел / сквозь сердце Мое, Эммануил!»
Прими раба Твоего ко благу, / чтобы не оклеветали меня гордые!
Хотя бы тех устыдились вы, о Иудеи, / кого из мертвых воскресил жизни Податель, / Тот, Кого вы по зависти убили.
Изнемогли очи мои, ожидая спасения Твоего / и слова правды Твоей.
Содрогнулось солнце, увидев Свет незримый, – Тебя Христе Мой, / в гробнице скрытым и бездыханным, / и помрачило свой свет.
Сотвори с рабом Твоим по милости Твоей, / и повелениям Твоим научи меня.
Плакала горько Всенепорочная Матерь Твоя, Слово, / когда во гробе увидела Тебя, / Непостижимого и Безначального Бога.
Я раб Твой, вразуми меня, / и познаю свидетельства Твои.
Видя Умерщвление Твое, Христе, Пречистая Матерь Твоя, / горько к Тебе возглашала: / «Не задерживайся, Жизнь, среди мертвых».
Время действовать Господу: / разрушили закон Твой.
Страшный ад затрепетал, когда увидел Тебя, / Бессмертное Солнце славы, / и отпускал узников поспешно.
Потому возлюбил я заповеди Твои / больше золота и топаза.
Великое и страшное видение созерцается ныне, Спаситель: / ибо Виновник жизни принял смерть добровольно, / желая оживить всех.
Потому ко всем заповедям Твоим я направлялся, / всякий путь неправды возненавидел.
Ты пронзаешься в ребра и пригвождаешься руками, Владыка, / язву из ребра Твоего исцеляя, / и невоздержание рук праотцев.
Дивны свидетельства Твои: / потому углубилась в них душа моя.
Прежде сына Рахили оплакали все, бывшие в доме, / ныне о Сыне Девы стал бить себя в грудь / сонм учеников с Матерью.
Явление слов Твоих / просвещает и вразумляет младенцев.
Удар рукою нанесен по лицу Христа, / рукою человека создавшего / и челюсти зверя сокрушившего.
Открыл я уста мои и привлек в себя Дух, / ибо заповедей Твоих вожделел.
В песнопениях распятие, как и погребение Твое, Христе, / все мы, верные, ныне боготворим, / избавленные от смерти Твоим погребением.
Слава, Троичен: Безначальный Боже, со-вечное Слово и Дух, / по Своей благости укрепи / скипетры властителей против врагов.
И ныне, Богородичен: Родившая Жизнь, Пренепорочная, Чистая Дева, / по Своей благости прекрати / соблазны в Церкви и даруй мир.
И оба хора повторяют первый тропарь: Достойно есть прославлять Тебя, жизни Подателя, / на Кресте руки простершего / и могущество врага сокрушившего.
Затем ектения малая, молитва 7 и возглас: Ибо Свят Ты, Боже наш, на престоле славы Херувимском почивающий, и Тебе славу воссылаем, со безначальным Твоим Отцом, и всесвятым и благим и животворящим Твоим Духом, ныне, и всегда, и во веки веков.
И после каждения начинаем третью статию.
Статия третья
