Арго улыбнулся. Хорошо улыбнулся: без злобы, без гнева.
– Я знаю, Колдун! Путь по звездам мне ведом, и мы пойдем этим путем. Но не о том я говорю: ДУХИ СКАЗАЛИ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ О ТОМ, ГДЕ ОКОНЧИТСЯ ЭТА ТРОПА?!
Колдун опустил голову:
– НЕТ! И пусть великий вождь детей Мамонта простит своего Колдуна… Или убьет… Но не нужно больше вопросов!
– Так как же дальше? – только и спросил Арго. И Колдун ответил просто:
– Не знаю. УБЕЙ!
(«УБИТЬ? Легко сказать тебе, уставшему от жизни… А МНЕ КАКОВО? А ВСЕМ НАМ?!.. УБИТЬ? А что дальше будем мы делать, как жить, – мы, сыновья Мамонта? „Убить!..“ Эх ты, „Великий Колдун“!..»)
Распогодилось. Хотя и земля и сам воздух насквозь пропитаны влагой, дождь перестал, и солнце то и дело проглядывает сквозь рваные облака. Ветер гонит их, не дает собраться вновь… Быть может, еще будет последнее тепло?
Несмотря на холод и сырость, Колдун скинул рубаху, с наслаждением подставляя тело неверным солнечным лучам. Он запрокинул голову и прикрыл глаза.
(«Нет, великий вождь, не все поведал тебе Колдун о своем ночном разговоре с невидимыми, не все!.. Быть может, ты сделал ошибку, взяв меня с собой; быть может, нежить не пошла бы за вами, мной одним натешилась бы!.. А теперь… Сможет ли помочь Роду теряющий силу? И еще об одном ты не узнаешь – ДО СРОКА. И Айя не узнает. Почему она так смотрела?»)
На следующий день отдыхали – только отдыхали, ничего больше… Молодежь и подростки пошли к озеру: рыбу подколоть, если получится, поохотиться, если повезет. Но это же не труд – баловство. Женщины по привычке старались благоустроить свое временное пристанище – с помощью мужей, хотя те не видели в этом особой необходимости: завтра – в путь! Вот только куда?..
Арго и Колдун говорили об этом снова и снова.
– Большая вода не одна, – говорил Арго. – Наша – с севера течет. Быть может, дальше такую встретим, что течет на север? Тогда – по берегу, до снега, до зимовки… Вот только подсказали бы духи, где лучше встать на зимовку?
– Большая вода не одна, – соглашался Колдун, – и, быть может, есть и такая, что течет на север. Путь ясен, ночью еще раз посмотрим: похоже, звезды покажут… Но если великий вождь детей Мамонта не захочет сменить тропу, – нужно быть готовым к тому, что следующую Большую воду нам придется пересечь… Может, оно и к лучшему.
– К лучшему? С женщинами и детьми?! О чем говорит мудрый Колдун?
Старик вздохнул:
– Мой собрат Куница сказал: «Нежить не может пересечь текучую воду! Ни вплавь, ни по воздуху. Только – обогнуть!» Может, удастся сбить врага со следа?
Арго помолчал, потом заметил:
– А я уж начал думать – она там осталась… Ведь и не видел никто, и не слышал.
– Видела. Туйя. А слышим… Мы все слышим, каждую ночь. Голоса неприкаянных. Нежить притягивает их, не мы!
– Так что же, – продолжил Арго, – неужели эта девчонка…
– Нет, вождь, нет! И не думай! Не подманила, не привела, тропу не показала. Она сама чуть-чуть не погибла. Просто так уж получилось. Думаю, нежить хотела с ней к нам проникнуть. Да не вышло! Может, потому и духи говорят: «Нельзя стоять! Идти нужно!» Может, не гонят нас, а боятся. Берегут… Не знаю!
– Завтра пойдем! – решительно сказал Арго. – Завтра! А там – одну, две, три Большие воды пересечем, пока не застыли, – и дальше! Уйдем, быть может.
К вечеру совсем распогодилось: и облака развеяло, и ветер утих. Общинники, собравшиеся вокруг общих костров, повеселели. Жарили рыбу – лакомство нечастое, но в озере ее было хоть наугад бей копьем! Охотники добыли жеребца и двух олешков, а дети насобирали в воде всякой всячины – от сладких стеблей до улиток. Совсем пир получился! Люди знали: завтра – в путь! Жаль, конечно, что так быстро, но все равно – отдых хорош! И сон будет хорош: хоть и на ночь, а устроились как на зимовку; женщины постарались. И погода не подвела: не будет так надоевшей сырости.
Ойми за обе щеки уписывал печеных улиток, важно угощал мать:
– Ешь, женщина!
Он отличился: даром что мал, а улиток собрал столько, что и те, кто повзрослей, только присвистнули!
– Отец, я б и селезня подшиб, и гусака, да дротика не было. Ты сделай мне дротик, обязательно сделай! Только настоящий! Ладно?
Йом шутливо потеребил сынишку за рыжий вихор. (В отца!)
– Нет уж! Делай сам, как умеешь. Ты же знаешь закон: охотник делает свое оружие сам. Или меняет на свою добычу.
– А это – не добыча, что ли?! – Возмущенный Ойми протянул отцу очередную улитку. – Ойми завтра еще наберет! Много-много! Знает – где!..
– Ты же слышал вождя: завтра – выступаем! Так что не до улиток, матери помогать будешь… Не дуйся, не дуйся, погоди до зимовки: так и быть, сделаю тебе короткие дротики, если будет за что…
(«И то! Приучать пора; к зиме и совсем окрепнет!»)
Нага, сытая, умиротворенная, привалившись к плечу мужа, кормила грудью Аймилу.
Подошел Дрого:
– Брат! Отец сказал: наша стража – третья!
– Третья так третья, выспаться успеем… Сегодня – по двое?
– Да. Чужаков нет. Спокойно. Завтра – на тропу. Пусть спят.
– Ну и правильно!
Хорошо, спокойно. В холодном зеленом небе над озером – совсем тонкий белый отщепок: Небесная Старуха едва-едва начинает приоткрывать свой единственный глаз. Интересно, будут ли сегодня голоса неприкаянных?
Хорошо, если бы не было: и не так страшно, как противно…
Огненный круг уже наведен и все еще мерцает в сгущающейся тьме.
Йом почувствовал, как его трясут за плечо… Дрого!
– Эй, брат! Заспался? Наша стража.
Уже у костра продолжал посмеиваться:
– С женой хорошо было? Едва добудился.
Йом улыбнулся и, ничего не отвечая, легонько хлопнул брата по макушке.
(«Не женат еще, а понимает! Сегодня действительно было очень хорошо…»)
Они немного покормили костры (пламя должно быть ровным и низким ), прошлись вдоль всего Круга, вглядываясь и напряженно вслушиваясь во мрак. Ничего опасного. Тишина. Какая-то звенящая тишина.
Еле открывающийся глаз Небесной Старухи уже исчез. Только звезды. Дрого вертел запрокинутой головой, ища знакомые очертания.
– Вон они, Гуси, – показал Йом, – и Большой, и Малый. Стало быть, завтра наш путь – туда.
Тьма. Глухая осенняя ночь. Сегодня небо ясное, звезд много, но они не дают света. Куда ни посмотри, взгляд вязнет во тьме…
– Что это? – вдруг спросил Дрого, указывая в сторону озера. Йом присмотрелся…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
