class="p1">Я встала в ступор. Он… Запрещает мне что-то делать? Запрещает мне возвращать сына?! Кровь в венах нагрелась. Бешенство разрасталось во мне, отравляя все светлые чувства к дракону.
Муж тоже пытался ограничивать меня. Он хотел запретить мне выступать в цирке. Говорил, что я мало времени уделяю Матвею. Но это не так. Я никогда не забывала про сына. Никогда не отказывала ему в играх, в походах в парк или кафе. Никогда не просила отстать и подождать до тех пор, когда я буду свободна. Никогда. А вот муж себе такое позволял, хоть работал он на простой работе с твердым графиком. После пяти вечера он был дома. Мы часто ссорилась по этому поводу. «Я женился на женщине, а не на циркачке!», — говорил он, — «За ребенком следить думаешь? Это тебе не тигренок в вольере!».
— Не заставляй меня разочаровываться в тебе, — проговорила тихо, стараясь сдержать слезы. Мне не хочется возвращаться к тому, что я пережила с болью. Не хочется вновь понять, что я ошиблась в мужчине. — Ты просто не хочешь, чтобы я забрала сына? Не хочешь возиться с чужим ребенком?
Глаза мужчины округлились.
— Я никогда такого не говорил! О чем ты? Он не чужой мне! Это ведь твой сын.
— Но не твой. — Продолжала я. — Я не вижу других причин не пускать меня туда.
— Я забочусь о тебе…
Опять двадцать пять!
Взвыв от раздражения, я оттолкнула от себя мужчину и пошла к лестнице.
— Дакота, подожди!
— Не ходи за мной. — Отрезала я. — Не сейчас. Я могу сказать тебе то, о чем после буду сильно жалеть. Прошу.
Валтор благоразумно остался стоять на месте.
— Спасибо… — прошептала, тихо хлюпнув носом. В это время точка на запястье вдруг резко заболела. Неприятные ощущения протекли по всему телу, заставляя меня на мгновение замереть. Вздрогнув, я начала подниматься по лестнице.
Яркий солнечный свет заливал сад. Эльфы-садовники расхаживали с лейками, обильно поливая растительность. Капли воды ярко мерцали, но вся эта красота меня не радовала. Щуря глаза, ещё не отвыкшие от мрака, я тяжелым шагом направилась во дворец.
— О, Дакота! — озарилось улыбкой лицо принцессы. Она стояла посреди тропинки, поджидая меня. — А пошли…
— Не сейчас, — грубо отозвалась я, сдвинув легкую девушку в сторону.
— Но…
— Не сейчас.
Глаза приятельницы округлились. Она надула губки и вздернула подбородок. По натуре эльфийка крайне обидчивая. И если в другое время меня забавит её своеобразная ребячливость, то сейчас я испытываю новую волну раздражения. День, когда решится моя мечта, близок. Мне некогда расшаркиваться перед всеми.
— Джейд! — начала я с порога.
— Привет, — вылез из комнаты слуга. — Рано ты сегодня.
— У меня есть к тебе просьба.
— Слушаю.
— Не заходи ко мне в комнату, пока я сама оттуда не выйду. И не зови меня, если это что-то не столь срочное. — Говорила на ходу я, приближаясь к своей спальне. Прежде чем зайти, я добавила: — И не пускай никого.
— Хорошо, милая. Даже Валтора?
— Его тем более.
Я скрылась в комнате. Для надежности закрылась изнутри, а после ещё и сундук подвинула ко входу. Достав из оного сумку со сферами, я разложила их на полу. Нужно накачать артефакты энергией до отвала, чтобы хватило на перенос до Хельбтаура. Этим я сейчас и займусь.
Задернув занавески, я уселась в позу лотоса и взяла в руки первую сферу. Она была холодной и слабо пульсировала магией. Такого количества энергии не хватит даже для того, чтобы переместиться в гостиную, что находится за стенкой. Но ничего. Это я мигом исправлю.
Моё «мигом» затянулось до вечера. Джейд, как и обещал, не заходил сам и никого не пускал. Я находилась в медитативном состоянии — вливать большие объемы энергии не так просто, нужно полностью погрузиться в себя. Время перестало нормально ощущаться.
148
Отложив последнюю сферу, я встала и тут же покачнулась. Все тело ужасно ныло. От долгого сидения в одной позе оно затекло. Заглянув в окно, я увидела темное небо и большую полную луну, окруженную россыпью звезд.
Выйдя из комнаты, я обнаружила спящего Джейда. Он сидел напротив двери на полу, прислонившись к стене.
Господи, спасибо за такого прекрасного человека, что рядом со мной! Кто бы ещё согласился проторчать подле двери, охраняя мой покой.
— Дже-е-ейд… — протянула я с улыбкой. Он нахмурился во сне и приоткрыл глаза. Разглядев меня, он улыбнулся в ответ.
— Уже можно пускать?
Я рассмеялась и помогла ему подняться. Проводив его в комнату, уложила в постель, взбила подушку и накрыла одеялом.
— Спокойной ночи, — тихо сказала я, собираясь уходить. Как вдруг старик крепко взял меня за руку, не давая отстраниться.
— Валтор заходил пять раз. Но я не пустил. Видела бы ты его лицо! Печальнее существа не существует сейчас! Ты бы сходила к нему… Глазам на него смотреть больно.
— Схожу. — Заверила его я. Потом. В данный момент я могу ляпнуть что-нибудь эдакое и сделать и его, и себя ещё несчастнее. — А ты отдыхай. Спасибо.
Он кивнул и закрыл тяжелые веки. Я же решила сходить на кухню, дабы пожевать чего-нибудь. На пороге нашла цветы, перевязанные широкой голубой лентой. Вздохнув, подняла цветы и прижала к груди, вдыхая их приятный аромат. В них я нашла маленькую бумажку, на которой было нарисовано сердце.
— Ну и ребенок же вы, милорд! — усмехнулась я.***
Тридцать первое декабря. День, когда у меня болела голова, кололо сердце, отнимались ноги. Проблемы со здоровьем? Скорее, с психикой. Мне страшно. Так страшно мне не было никогда.
— Дакотушка, покушай же! — прыгал вокруг меня Джейд.
Я смотрела на еду в тарелках, расставленную на низеньком столе и… Очень хотела сказать: «Бээээ… Какая бяка!». Но над всем этим изобилием блюд старался Джейд, а потому я воздержалась. Завтрак в принципе ни в чем не виноват.
— Я не буду. — Сказала, отползая от стола.
— Как же так, милая?
— Мне плохо. Я не хочу есть.
— Может, кофе?
— И пить не хочу. О Боже! — живот зашелся в спазмах.
Ни разу в жизни я не волновалась настолько сильно! Это все равно что объединить страх перед важными экзаменами и выступлением на огромную публику, а
