сделать в хранилище книг Дайонте. Это и, правда, единственная возможность?
— Можно еще всех пятерых определить на свидание с твоими дознавателями. Может что и скажут.
Император фыркнул. Однако по выражению, промелькнувшему на его лице, нельзя было сказать, что он был бы против, случись вдруг такая оказия.
— Я уже говорил тебе, что объявлю о роспуске Совета Пяти на балу сразу после своего шествия. Чуть позже я проведу серию военных реформ. Все знатные Дома должны будут расформировать часть своих войск, из которых я буду строить новые ряды защитников. Впредь в Астрэйелле будет постоянная армия, охраняющая интересы своего правителя.
— А деньги? Чем ты покроешь такие траты? Ведь именно это — уменьшение расходов казны послужило основанием для создания основных военных формирований знатными, а в первую очередь Великими Домами.
— У меня будет своя армия. И это будет первое, что я сделаю, как только официально избавлюсь от своих могущественных опекунов. Насчет же пополнения казны у меня есть несколько идей. Я хочу это обсудить с тобой после празднований.
Димостэнис склонил голову.
— Поэтому мне нужно немного времени, чтобы исполнить твое желание. Я пока не могу им приказывать.
— Я понимаю.
— Не думай, что я забуду.
— Аурино, я на самом деле, все понимаю. К тому же считаю неоправданным риском вступать в конфликт с главами Домов лишь из-за моей прихоти.
Император, слегка прищурившись, посмотрел на старого друга.
— Я слишком хорошо тебя знаю, Дим. Ты не умеешь отступать. У тебя есть другой план?
Иланди кивнул.
— Я уже несколько миноров работаю над этим.
— ???
— У меня был бы доступ к тому, что имеет Дом Дайонте, если бы я смог стать частью его семьи.
От неожиданности император замер.
— Как я понимаю, — медленно проговорил он, — вряд ли Талал согласится усыновить тебя. Ты хочешь заключить союз с его дочерью?
Димостэнис иронично фыркнул.
— На это он тоже вряд ли согласиться, но думаю, это ты сможешь уладить.
Аурино сделал несколько шагов туда-сюда.
— Стать частью семьи Дайонте, — хмыкнул он, погрузившись в свои мысли, — не плохая идея. А как же сама девушка?
— А что девушка? — аура главного советника ощерилась иголками, — я не ем девиц на завтрак, обед и ужин. С ней все будет хорошо.
— Я смогу дать разрешение на союз без согласия главы Дома. Тем более это не нарушит никаких законов Астрэйелля, но в таком случае необходим положительный ответ избранницы.
— Я же сказал: что давно работаю над этим вопросом, — блеснул глазами Димостэнис.
Император какое-то время молчал.
— Может, я тебя не знаю? Все же ты смог меня удивить.
— У каждого из нас есть цель, — холодно ответил главный советник, — и идем мы к ней своими дорогами. Кто будет стоять на пути — его проблема. Или её.
— Хорошо, — пожал плечами Аурино, — тогда готовь союзный символ, чтобы было что дарить избраннице на следующий Бал Цветов.
Глава 13
Дим тихо вошел в кабинет к своему первому помощнику и аккуратно закрыл за собой дверь. Ориф стоял у окна и задумчиво смотрел вдаль, вслед уходящей Талле. Как всегда, одетый с иголочки, в идеально сидящих на нем штанах, изысканной рубахе, очень дорогих из тонкой мягкой кожи мокасинах. Умен, хорошо образован, остроумен и саркастичен. Он никогда не скрывал своей неприязни к империи и истинного отношения к долине. Однако всегда открыто пояснял свои позиции и чаще всего оказывался прав.
Старше самого Димостэниса всего на три ара Ориф научил его видеть жизнь с другой стороны. Открыл новые грани реальности, заставил распахнуть глаза и осмотреться. Он был рядом с самых первых шагов и никогда не отказывал в помощи.
Кем он был для главы службы? Помощником? Наставником? Другом?
Часто они вдвоем засиживались допоздна, разговаривая о делах или просто за жизнь.
А кем тот считал Дима?
— Приветствую! — Ориф повернулся к вошедшему.
— Где ты был последние десять дней? — Дим стоял, прислонившись спиной к двери. Пустота разливалась внутри, заполняя собой все клетки чувств.
Помощник бросил на него удивленный взгляд.
— Я же тебе говорил — на восточной границе. Ты сам меня туда отослал, выяснить, как там сейчас обстоят дела.
— И как?
— Не очень, — пожал плечами Ориф, — я готовлю отчет. Если хочешь, я могу так рассказать.
Димостэнис вплел тонкую энергетическую нить, идущую от огневика в стихию воздуха, и накинул сеть на дверной проем. Собеседник мельком пробежался глазами по плетению, больше никак не отреагировав.
— Оставим отчеты, — Иланди прошел к столу, опустился рядом на стул, жестом показывая помощнику, сделать как он, — ты лучше скажи мне, сколько в моей службе агентов княжества с тобой во главе?
Ориф не стал тянуться к оружию, которое явно было у него под одеждой, не стал плести формулы, не сделал попытки бежать. Он всегда умел правильно оценивать ситуацию и взвешивать свои поступки в соответствии с положением, в которое он попал.
Дим не стал ждать оправданий или новой порции лжи.
— Мне всегда казалось, что мы слишком легко ушли из той приграничной крепости. Нашпигованной оружием и стражниками, как еж иголками. Тот мальчишка и тюфяк, которые были с нами. Их должны были казнить, и приговор в отношении их был исполнен. А мы должны были уйти. Я должен был уйти. Почему?
Ориф смотрел прямо перед собой. Потом его ресницы дрогнули, он расслабленно откинулся на высокую спинку стула.
— Потому что ты — Серебряный.
Димостэнис позволил себе лишь слегка прищурить глаза.
— Отличная легенда, — не стал он подаваться на провокации, — наследник отца, отказавшегося от своего сына. Сэй Югрэлли — продажная тварь, который работал на княжество и жил в свое удовольствие.
— Жил? — слегка приподнял бровь мюрдженец.
— Ты что думаешь, за запретные взаимоотношения с долиной его по голове погладят и награду выпишут? — Дим взял перо, лежащее на столе, крутя его в пальцах. — Я лично с ним разговаривал, после нашей с тобой повторной встречи в том поселке. Он подтвердил твои слова. Потом я проверял еще раз, когда стали пропадать наши агенты, когда мы пробуксовывали на одном месте, а долина продолжала прокручивать свои делишки на нашей территории. Однако и другие люди так или иначе подтверждали вашу легенду. И только чистая случайность, и дотошность Клита, который досконально изучил дело об убийцах одаренных, узнал, что наследник Дома Югрэлли мертв и не иносказательно, а по-настоящему. Что ему вырезали хьярт, и он стал жертвой тогда еще никому неизвестных маньяков. Что глава рода скрыл правду и распустил слух по окрестностям о том, что его сын в чем-то
