Инерис очень хотелось заметаться в панике с воплями «О боги, что же делать?!», но это было бессмысленно и небезопасно, а потому она подавила недостойный порыв.
Князь жив, он наверняка с Кэллиэном, и это главное. Раз мачеха так рьяно перехватила власть, может, отец на самом деле не желал ее смерти. Сообщение о смерти дочери могло подкосить его, но Кэллиэн уж точно не дал бы князю погибнуть вот так…
Однако она затеряна в Северных Террах, вернуться прямо сейчас не сможет – граница ведь перекрыта. И ничто не заставит ее вновь пуститься в плавание по подводной пещере, даже если она до нее каким-то чудом доберется. И Ассаэру обещала задержаться! Так что же все-таки ей теперь делать?!
– Я бы сказал, ответ очевиден, – пожал плечами император условно союзного государства. В ответ на недоуменный взгляд пояснил: – У вас вопрос «Что делать?» с легкостью по глазам читается. Раз вы на короткой ноге с наследным демоном, заключите с ним официальное соглашение – вы как законная наследница имеете на это полное право, и оно будет иметь юридическую силу. Найдите способ вернуться домой. Перехватите бразды правления у вашей активной родственницы (кстати, мой вам совет: на всякий случай нейтрализуйте ее) и наведите порядок до того, как верховный князь, узнав обо всем, воспользуется шансом лишить вашу провинцию автономии.
– Иначе мы потеряем все привилегии, как экономические, так и военно-стратегические. Автономия, по сути, – награда за роль буферной зоны, за то, что первый удар держим именно мы. Отец не раз говорил, что с огненными лучше решать вопросы миром и не идти на них войной, поскольку они будут отчаянно сражаться за каждый клочок земли, и не уступят его противнику, пока жив хоть один демон…
– Ваш отец был прав. Жаль, что королева Ламиэ не отличается такой же дальновидностью.
Инерис с удивлением посмотрела на него.
– Вы странно ведете себя для того, кто едва сел на трон, – вырвалось у нее.
Узкие губы вампира досадливо скривились.
– Во-первых, меня, так же, как и вас, старательно готовили к роли наследника – не империи, так провинции. Во-вторых, мой путь к власти был весьма… тернист и быстро избавил меня от лишних иллюзий. В-третьих, мне достаточно внутренних проблем в империи, не хватало еще внешних – со стороны огненных баранов и дамочки с отсутствием здравого смысла!
Неожиданное для него высказывание, слишком эмоциональное, плохо вяжется с невозмутимым обликом вампира…
– Простите, – чуть поклонился император и продолжил: – Ну и говоря откровенно… – продолжил Даскалиар, – что-то мне подсказывает, что именно через вас будет проще всего выстроить добрососедские отношения, леди Ламиэ.
Усмехнувшийся было вампир насторожился. Резким движением, от которого волосы взметнулись серебристой волной, развернулся к окну. Его пример оказался заразителен – Инерис тут же подскочила к другому. И оцепенела.
– Что там происходит?!
Даскалиар на миг застыл, раскидывая поисковую сеть, вдумчиво ловящую отголоски в воздухе.
– Магическая битва, и нешуточная.
– Здесь, так близко от поместья?! О чем Доргер только думает?! – вырвалось у нее.
– Думаю, он как раз на передовой. Аура защиты характерная.
– Но если враг подобрался так близко…
Взгляды двух наследников встретились, и в них промелькнуло взаимное понимание.
– Это связано или с моим визитом, или с вашим, или с возвращением лорда Адж’Ракха, – произнес Даскалиар.
– Или лорд Эн’Крарго оказался следующим претендентом на лишение титула, и явились за ним.
– Или лорд Эр’Серх угодил в серьезный переплет, – продолжил вампир. Небрежно шевельнул запястьем, и по стенам промчались огненные искорки. – Не пугайтесь, я лишь поставил дополнительную защиту. Как же невовремя…
Инерис вопросительно взглянула на него, почти забыв о страхе. Вампир оказался на удивление приятным собеседником, одно удовольствие пообщаться с тем, кто говорит с ней на одном языке – наследник и наследница понимали друг друга с полуслова и мыслили в одном направлении.
– Такого рода схватка – настоящий маяк для неприятностей, – пояснил Даскалиар. – Фонит так, что все мало-мальски толковые маги на расстояние сотен лиг, будут знать о том, что здесь творилось. Видите, как полыхнуло?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Да уж. Словно вот-вот второе солнце взойдет. И это зарево уже не гасло. Волна жара донеслась даже досюда, словно Инерис вдруг вышла на полуденный солнцепек.
– Пожалуй, я сообщу своим…
Вампир осекся на полуслове.
Вдруг повеяло холодом. Здесь, в огненных землях, ветер никогда не приносил прохлады, раскаляясь на бескрайних черно-красных просторах, и в первый миг Инерис блаженно прикрыла глаза, наслаждаясь полузабытым ощущением. Но этот холодок был неестественным. И в нем было что-то смутно знакомое, наполнившее сердце тревожным ожиданием…
Девушка поневоле сделала несколько шагов назад.
Она хотела было спросить лорда Дариэта, не заметил ли он ничего странного, но при первом же взгляде на него получила ответ. Император выпрямился, нехорошо, как-то хищно прищурившись, и вокруг него начала клокотать, собираясь, такая сила, что у Инерис волосы зашевелились на голове.
– Быть того не может, – словно не веря самому себе, пробормотал вампир.
Холод, словно в ответ, усилился. Ровное до сих пор пламя толстых алых свечей заколебалось, едва не угасло, но в итоге лишь стало странно тусклее, будто кто-то набросил на стены черную газовую ткань.
Император сложил вместе запястья, шевельнул пальцами, собираясь плести какое-то одним богам известное заклинание.
Но не успел.
Распахнулись окна, впуская ветер – нездешний, ледяной, пронизывающий.
Потусторонний.
Стоявший перед Инерис вампир неожиданно оскалился, крутанулся вокруг своей оси, словно не знал, откуда ждать нападения. В его ладонях образовался льдистый шар с темными языками пламени внутри.
Вспышка зеленоватого сияния за стеклом – и в окно напротив Инерис влетел черный сгусток мрака.
Она испуганно вскрикнула, отскочила назад, порываясь сбежать…
Но сгусток превратился в силуэт и метнулся быстрее молнии вперед, опустившись между ней и вампиром. По белому мрамору прокатилась черная широкополая шляпа.
Инерис пошатнулась, не веря своим глазам.
Сердце затопила волна тепла, на глаза навернулись слезы. Отчаянно захотелось броситься вперед, прикоснуться к плечу, заглянуть в яркие синие глаза...
По-прежнему в черном. По-прежнему затянут в кожу, даже в этой адской жаре. Все тот же плащ с ассиметричными, словно рваными полами, по демонской моде. В отличие от императора Дариэта, он бы с легкостью растворился здесь в толпе – если бы не бледность.
Черные, как ночь, волосы рассыпались по плечам и спине, не скрепляемые теперь ни лентой, ни зажимом.
И это была не единственная перемена.
Изменилась осанка – ни следа от привычной лениво-томной небрежности пополам с легкой сутулостью. Уверенный разворот плеч, легкий наклон вперед… как хищник, готовый к прыжку.
Но это был он, вне всяких сомнений.
Кэллиэн Дэтре, собственной персоной.
Таким она его еще никогда не видела… наверное, поэтому в сердце как-то странно, незнакомо кольнуло.
Но что он тут делает? И как оказался здесь?
И почему замер, будто привидение увидел, едва глянув на ее собеседника?
Но задать ему эти вопросы Инерис не успела.
– Ты?.. – потрясенно выдохнул бывший придворный маг.
– Ну и ну, какая встреча, – раздался сочащийся ядом и напряжением голос императора.
Инерис перевела взгляд на вампира.
На узких губах издевательская ухмылка, страха в глазах нет, но рассеивать льдисто-черный шар Даскалиар не торопится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Сколько драматизма! И главное, демоны тебя даже не почувствовали, верно? Как невежливо, преодолел их (и мою!) защиту, даже не потревожив сигналку! Да, Доргер будет счастлив! Нежить же плохо распознает такую магию, если я верно помню твои уроки. А они все-таки на большую долю нежить.
Эта фраза вогнала Инерис в еще более глубокий ступор.
