– Обойдусь без твоих подачек. У меня есть своя.
Кривая ухмылка Кейела обидела меня. Неужели ему абсолютно все равно?
– Девочка моя, мне нужно, чтобы ты слушала меня внимательно.
– Сначала руку убери, – потребовала я, все еще потирая шею.
Я не хотела смотреть ему в глаза, не могла видеть в них похабность, пренебрежение и брезгливость. Вспомнила шан’ниэрдку торгующую собой в Васгоре. Как Кейел предупреждал ее, что при нем нет ни копейки, чтобы расплатиться с ней. Его угроза, что он может плюнуть на ее желания… Правы были те, кто убеждал меня, что он – зло. Сейчас Кейел разглядывал меня так же, как продажную шан’ниэрдку тогда.
– Ладно, – поднял он руки и отступил на один шаг. Склонил голову к плечу и лукаво прищурился: – Выражу почтение Волтуару. Или пожалею несчастного… В конечном итоге, он поймет, какие ненормальные девушки живут в вашем мире.
– Ты хотел поговорить со мной или выговориться о наболевшем? – сжала я кулаки, стараясь успокоиться.
– О наболевшем? – тихо уточнил он, вскинув брови. Усмехнулся и ответил: – Ты оказалась бесполезной. И это действительно было больно. Мое время бесценно, Аня. И ты потратила его напрасно. А теперь к разговору, – снизил он тон, фактически прорычав, а затем, коснувшись разбитой губы, скривился. – С одним из вас я уже переговорил. Он, кажется, не понял, но выбора я ему все равно не оставил. Давай решим вопрос с тобой.
– Чего ты хочешь? – обняла я себя, оглядываясь по сторонам.
Кейел подозрительно замолчал, и я снова посмотрела на него. Он заправил локон волос за ухо, улыбнулся. Его переполненный весельем взгляд опустился на мои губы, а затем Вольный четко ответил – я не могла ослышаться:
– Тебя.
Сердце ухнуло в пятки. В который раз с момента приезда Кейела, я теряю ощущение реальности происходящего? Открыла рот, но не знала, что ответить. Слов просто не находилось.
– Это была шутка, Аня, – тихо рассмеялся он. И уже без улыбки припечатал: – Ты мне и даром не нужна. Об этом я и хотел поговорить. Видишь, как все здорово складывается: ваша шайка не интересна мне, а ты не хочешь, чтобы я приближался к тебе, когда ты почти вот‑вот достигла собственного благоустройства. Надеюсь, твоя жадная натура удовлетворится такой малостью. Остальные тоже должны быть спокойны. Вольный со своей тронутой эльфийкой занимается спасением мира, и я занимаюсь тем же, но в стороне от них. Все, – пожал он плечами, скрестив руки на груди. – Я не простил тебя, но можешь благодарить добрейшую Айвин. Она убедила меня, что мы сумеем ужиться на одной территории, потому что нам с вами нечего делить.
– Почему я должна тебе верить?
Его предложение обескураживало. Хотела ли я такого перемирия? Я даже не мечтала о нем!
– Ты все о реке Истины, – шумно вздохнул Кейел, опуская голову. Волосы вновь упали на лицо. Он беспомощно развел руками, снова поднимая на меня глаза. – Давай обсудим и это, чтобы между нами не осталось никакого недопонимания.
Он шагнул ко мне, и я втянула голову в плечи.
– Аня, – ласково протянул он, погладив большим пальцем мою щеку.
Я хотела отступить, но позади подпирала стена. Небольшое облегчение от его заманчивого предложения оказало губительный эффект на меня. Теперь я понимала, чего ждал Волтуар от зелья желания. Во рту пересохло, по телу прошлась судорога, а следом разлилось тепло. Все мои желания сошлись в одном. Я смотрела на губы Кейела, в мыслях напоминая себе, что необходимо дышать, чтобы жить. Одной рукой коснулась стены, чтобы ощущать ее холод. Вторую сжимала настолько крепко, насколько могла. Ногти впивались в ладонь и совсем немного отрезвляли. Я слышала слова Кейела, но будто через ракушку. Смысл и вовсе доходил не сразу, через туман, через силу. Мне приходилось повторять в мыслях его слова и заставлять себя думать над ними.
– Ты никогда не доверяла мне. Думаешь, я не замечал этого? За идиота меня принимала, наивная Асфи? Но ты все равно нравилась мне. Сильно нравилась. Какое‑то время я думал, что эти чувства к тебе и есть та самая любовь, о которой легенды слагают.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ты столкнул меня в кислотную реку, – произнесла я заплетающимся языком, опустив голову и стараясь вспомнить этот ужасный момент, чтобы прогнать возбуждение.
– Кислотную? – тихо спросил Кейел, склоняясь ко мне. Я ощущала его дыхание на лице. – Река Истины безопасна для тебя. Я всегда это знал. Еще с той секунды, как понял, что ты на самом деле из другого мира. Просто тебе сказать об этом не мог. Как ты себе это представляешь? Ты жива осталась. Духи, которые, кстати, как ты верила, запечатать мою душу могли, подтвердили, что я не желал тебе смерти. Ни на секунду не думал, что ты пострадаешь от воды Истины. А ты до сих пор не веришь в это. Весь Фадрагос поверил, а ты – нет.
Он снова очертил овал моего лица, и я на мгновение опьянела – потянулась за его пальцем губами. Вдохнула глубоко, увидев его глаза. Кейел беззвучно смеялся.
– Замечательно… Не зря правители вываливают столько денег на это зелье для любовниц. Ты меня все еще слышишь, Аня?
– Руки убери, – хотела потребовать я, но голос задрожал, и получилось лишь попросить шепотом, на выдохе.
– Слышишь, – сделал он вывод, но руку не убрал. – Это хорошо. Так вот не хотел я убивать тебя. Другие были планы на такую находку в подходящее время, а ты оказалась бесполезной. Я бы сразу рассказал, только вот ты не поверила бы. Рассказала бы все Елрех, исследовательнице своей… Помнишь, как они против северян выступали? Они бы убедили тебя, что я тебя в жертву хочу принести. А там ведь окунуться в воду целиком необходимо, чтобы ритуал прошел, как надо. Нельзя пальчиком действие проверить… Потом уже не подействовало бы. Хотя и так не подействовало.
– Ты говорил о риске, – нахмурилась я, сдерживая себя, чтобы не обнять его. Хотелось заткнуть его, чтобы не слышать эти оправдания. Он опять врет мне!
– Допустим, я бы убедил тебя, и ты бы ежедневно сходила с ума, разрываясь между доверием и недоверием. Представим, что ты даже не рассказала бы о наших планах своим друзьям. Поревела бы вдоволь, прощаясь с жизнью на всякий случай, а потом добровольно прыгнула бы в воду. Какая вероятность того, что Ромиар не попытался бы удержать тебя? Я не мог снять метку тогда. А если бы он влез в воду, то она бы убила его. Думаешь, приставленная ко мне Ив не повторила бы твой подвиг с алтарем? Вот только при таком исходе духи посчитали бы меня виновным. Ведь я мог предусмотреть такой вариант, но не подстраховался. Я бы попросил у тебя прощения, Аня, что мне пришлось напугать тебя. Но тогда ты не захотела слушать меня, а сейчас мне уже плевать. Я не виновен, и судьи это подтвердили. Я не желал тебе ничего плохого. Напротив, – склонился он ко мне ниже. Я закрыла глаза, ощущая тепло его тела, чувствуя легкий аромат мыла от его волос и одежды, – с какого‑то момента я хотел для тебя только самого лучшего. Ты не представляешь, какую тоску я испытывал от твоего предательства. В твоем мире не умеют любить, Аня. Просто ошибаются. Я тоже ошибался, пока не встретил Айвин. Спасибо. Благодаря тебе, я понял, что любовь… Она другая, Аня. Она не разъедает все внутри, а наоборот, исцеляет.
Он потянулся к завязке моего платья, и я застыла в ожидании. Лента скользнула между его пальцев, а я ощутила разочарование.
– Надеюсь, мы поняли друг друга, – твердо произнес он. – Беги к своему правителю. Приятной ночи, Аня.
Кейел уходил, а я прижималась к стене, оглушенная грохотом собственного сердца. Когда его силуэт стал растворяться вдали коридора, смысл услышанных слов стал наоборот проясняться. Желание отступало, а вместо него рождалось что‑то другое. Оно жгло все внутри.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я сама разрушила все между нами. Я разрушила? Если бы не оказалась тут, мы бы и не знали о существовании друг друга…
Ненавижу Фадрагос!
Глава 11. Эльфийское сумасшествие
