Корбрей праведным гневом.
- Вряд ли это его идея. – мрачно покачал головой Эдмунд, складывая листовку и засовывая её себе в карман. – Твоё лицо видели многие жители деревни?
- Нет. Я старался не снимать капюшон, хотя в нём и было довольно жарко, но я не дурак, чтобы лишать нас преимущества без веской на то причины. – отрицательно ответил Эдмунду Корбрей.
- Похвально, что ты так думаешь. – язвительно отозвался на слова Лина Марвин. – Однако, шанс того, что староста свяжет неизвестного в дорожном плаще и пропавшую листовку не нулевая. Зачем теме было нужно тащить её сюда? – поинтересовался Маг.
- Для наглядности! – огрызнулся Корбрей. – Я – не идиот, чтобы ты там не думал, старик. Староста единственный кто видел моё лицо после того, как я расспросил его о преступниках в окрестности. Даже если он свяжет исчезновение листовки со мной, то подумает, что я всего лишь наёмник, решивший взяться за заказ.
- Довольно. – остановил разгорячённого рыцаря Эдмунд. – Думайте трезво. Мы и так держались от населённых пунктов подальше, зная, что такое возможно. Ничего не поменялось кроме подтверждения наших мыслей. – поднял просторский принц во весь рост. – Все мы сегодня немного устали, так что предлагаю лечь спасть, а об остальном подумать утром. - поставил Гарденер точку в данной беседе, после чего прямым шагом направился на боковую, оставляя своих компаньонов в странном недоумении и спокойствии после сказанных Гарденером слов.
Глава 19. Подготовка на Божьем Оке.
290 г. от З. Э.
Речные земли. Лагерь рядом с Божьим городком.
Прошло несколько дней с того момента, как Эдмунд и его товарищи переправились через Черноводную у Падучего Водопада. Приходилось двигаться крайне осторожно, ведь из-за размеров территорий Речных земель маленькие населённые пункты стали встречать всё чаще, но в конце концов они прибыли к месту назначения, где и разбили лагерь вблизи Божьего городка, что расположился на Божьем озере, откуда брала своё начало река с тем же названием, впадающая в Черноводную совсем рядом с Королевской Гаванью.
Естественно, на пути Гарденер не оставлял свои тренировки с Марвином и даже начал брать первые уроки у рыцаря Долины, но пока что безрезультатно. Если на поприще фехтования ещё были успехи, словно бы его заржавевшие навыки обращения с мечом просыпались от долгого сна, в котором само его тело являлось немаловажным подсказчиком, то в магическом искусстве для Эдмунда существовала непреодолимая стена, которую просторский принц пытался преодолеть со всем тщанием.
Корбрей не сказать, что был каким-то превосходным учителем, всё-таки выходец из Дома Сердец никогда не имел в том большого опыта, но старался передать свои ощущения и опыт во время тренировочных спаррингов. Рыцарю Долины даже не довелось иметь оруженосца за весь свой срок жизни, ибо не имел на то сильного желания, но к обучению своего короля старался подходить ответственно, вспоминания уроки уже своих учителей. Потворствовало этому ещё и то, что Эдмунд не был новичком, но всё равно тому требовалась практика и занятия для закрепления и оттачивания уже существующих навыков, а также для того, чтобы развить не самые свои выдающиеся способности в данном ремесле.
Конечно, во всех спаррингов с участием Корбрея Гарденер выходил проигравшим, что весьма сильно задевало по его самолюбию. С другой же стороны он был только и рад, что такой опытный и сильный воин был на его стороне и согласился его обучать, хотя и по собственной инициативе. За недели странствий наследник Дубового трона успел позабыть, что такой держать настоящий меч, а также несомненную важность этого навыка в мире средневековья, привыкнув полагаться в подобных вопросах на благословление Семерых и самого Корбрея, что ещё ни разу не подвел его в опасных ситуациях.
Однако, Эдмунд был вынужден согласиться с тем, что всё же имело смысл развивать эти навыки, ведь пригодиться те ему могут в любой момент, что доказывали унизительные моменты валяния в грязи и удары тупой палкой, в то время как он сам пользовался тупой стороной меча, подаренного Ролленом Кидвеллом. Шутка ли, отхватить по голове не оружием, а обычной палкой? В тот момент на Гарденера действительно стало жалко смотреть.
Так или иначе, но тренировки с Лином приносили свои плоды и такого позора, как в первый урок Эдмунд больше не испытывал. По крайней мере такого смеха, которым одарил его архимейстер в первый раз, больше не было. В остальном же Марвин оставался собой, и хотя он старался относиться к просторскому принцу с уважением в обычное время и даже во время тренировок с Корбреем, но зато потом вдоволь развлекался за его счёт на своих занятиях. Определённо социальная составляющая вернула его с небес на землю после посещения мира замерших воспоминаний. О какой вообще мести и правлении может идти речь, если его шпыняют престарелый колдун и рыцарь, что не старше его самого? Скорее его высмеют, а Баратеон проломит голову с такими успехами. В общем необходимость тренировок была понята и усвоена.
Уроки Марвина хотя и двигались со скоростью улитки, но также были немаловажными. По крайней мере Эдмунд с удовольствием слушал истории Мага о своих путешествиях меж ними. О песенных ритуалах Летних островов, кровавых жертвах во имя Черного Козла было интересно узнать, как и мнении мага о культе Рглора в Вольных городах, что долгое время был предметом его изучения. Марвин даже выдвинул теорию, что тот был одним из последних древних валирийских богов, который сумел каким-то образом восстановить свою власть после Рока, но особых доказательств этого он так и не обнаружил.
Естественно, Эдмунд слушал рассказы Мага уже после тренировок, которые проводились несколько часов днем во время привала, ибо дорогу ещё никто не отменял, а тренироваться необходимо было при свете дня иначе толку никакого не будет. Впрочем, пока что успехов и правда не было, но Марвин предпочитал объяснять это крепкой связью с покровителями просторского принца, которые и так официально магию не жалуют, а тут ещё и Эдмунд в первую очередь долгий период времени пользовался их дармовой силой, что и так затрудняло овладевание и без того сложной дисциплиной. Всё-таки переучиваться всегда в несколько раз сложнее, чем начинать с нуля.
Впрочем, после первого урока Гарденер был даже не против
