проводить своё время на просторной лужайке под светлыми лучам солнца. По крайней мере это было всяко лучше, чем то, что происходило на берегу Черноводной некоторое время назад, когда прохладная вода вместе с лучами припекающего солнца и к тому же с кучей живности в округе создавали для Эдмунда не самую комфортную атмосферу. Маг не запрещал Эдмунду заниматься концентрацией в какой-либо угодной ему позе, даже лёжа, но если Гарденер ненароком умудрялся заснуть или думать о чём-то постороннем во время этого, то был по отработанной процедуре бит, и бит нещадно. Даже присутствие стоящего во время этого на страже Корбрея не спасало – Магу было плевать на церемониал, что он уже высказал рыцарю Долины прямо в лицо ещё после первой практики.
Посему развитие Эдмунда, как воина и как мага шло своим чередом, где-то чуть успешнее, а где-то пока совсем ничего, но Марвин предупредил Гарденера сразу, что королю не стоит рассчитывать на быстрый результат в любом случае, а потому тот терпел и ждал, действительно стараясь, как он мог, ускорить данный момент. В качестве дополнительного условия к обучению архимейстер с лицом портового грузчика запретил Гарденеру использовать силы Семерых до того момента пока он хотя бы немного не придвинется в обучении. Конечно, в случае нападения или сражение для данного условия делалось исключение, но не более того.
Прибыв в Божий городок Эдмунд даже ощутил некоторую потерянность и тревогу за свою миссию. Не опоздал ли он? Знают ли Семеро о его сомнениях и обо всем остальном? Как относятся они к его попыткам освоить силу, де-факто запрещённую ими же самими? Вопросов у Эдмунда было превеликое множество, но естественно на них не было ответа. Гарденер даже не знал стоит ли отправляться на остров Ликов в данный момент или же стоит дождаться знака. Идти ему днём или ночью, но столь глупый вопрос отпал сам собой, учитывая олицетворение божественной силы, которую проявляют его покровители.
Гарденер даже постарался увидеть хоть какие-то подсказки во сне, понадеявшись на типичные штампы решений подобных вопросов, но это всё-таки был реальный мир, пусть и магический, а потому никакие пророчеств и образов Эдмунд не увидел, проснувшись на следующее утро в компании своих товарищей. Единственным кто вёл себя не как обычно был Камрит, что начал проявлять внешние признаки некого нетерпения ещё после пересечение великой реки, которое нарастало по мере приближения к озеру, но не более того. Тот проявлял своё недовольство каждый раз, когда они неожиданно останавливались, чтобы потренироваться, поесть и отдохнуть, буквально бодая всех остальных в неестественном нетерпении, желая продолжить путь.
Подобное поведение товарища предположительно подарка от Семерых действительно было хорошим знаком, хотя и немного нервировало, как и перед каждым важным действом, что должно было произойти совсем скоро. Естественно, с учётом не самого кроткого нрава верного товарища, не обошлось и без эксцессов с другими его компаньонами. Так, Марвин получил свой заряд грязи в лицо во время первой их же остановки после Падучего Водопада, когда нетерпеливый жеребец стал отвлекать Гарденера от занятий.
Когда Маг устал отгонять непокорного королевского жеребца от своего ученика, то решил прикрикнуть для большей эффективности и шлепнуть благородное животное жезлом по боку, чтобы тот держался от места проведения занятий подальше. По итогу Камрит чуть не закопал старого колдуна в земле, так ещё и обидчиво боднул того для пущего эффекта. Не ожидавший такой ретивости архимейстер стал держаться после этого от животного, как можно дальше, переложив ответственность об этой проблеме на хозяина коня, т.е. Эдмунда.
Попытавшийся утихомирить жеребца Корбрей, был ещё более нещадно наказан во время этого на следующий раз – Камрит буквально укусил, попытавшегося отвести его в сторону рыцаря Долины, который старался проявлять как можно больше спокойствия и уважения к животному во время этого. Однако, на строптивого жеребца Семерых данные трюки не произвели ни малейшего впечатления, и даже угощение в виде морковки не спасло выходца из Дома Сердец от неумолимого, хотя и легкого укуса. Только вмешательство Гарденера во весь этот цирк, за которым он наблюдал с неким весельем смогло хоть как-то исправить ситуацию.
Вместо того, чтобы бездумно настаивать, Эдмунд решил поговорить с конём с глазу на глаз, как бы странно это не звучало и объяснить тому ситуацию. Забавно, но именно это сработало, после чего Камрит путь и вел себя довольно нервно, но более во время остановок занятиям Эдмунда не мешал, пусть и по-прежнему относился к ним с неохотой, не допуская до себя никого из компаньонов Гарденера кроме его самого, а после, как можно быстрее, устремлялся к пункту назначения, что было у него сил. Эдмунд даже подумал, что каким-то образом применил к коню магию и теперь начинать ему придётся с заклятия лошадей, но попробовав так сделать с Сердцем и безымянной лошадью Марвина, которую просторский принц мысленно называл Беднягой, пришёл всё-таки к выводу, что это просто Камрит был особенным и не более того.
Обратившись за помощью к своему непосредственному учителю, Гадренер получил исчерпывающий ответ в виде пожатых плеч престарелого колдуна, который не видел в беспокойствах Эдмунда никаких проблем. Марвин настоял на том, что раз это было четкое указание прибыть в определённое место без установленных сроков и указания количества людей, то все было в порядке. Однако, Маг также настоял на том, чтобы прибыть на остров днём, чтобы подготовиться к возможным неожиданностям со стороны местных, а также разбить лагерь, веди кто его знает сколько продлиться общение Гарденера с Семерыми.
Для этого уже Марвин отправился в деревню, чтобы договориться с местными, используя свой статус. Нужно было оставить лошадей на постой, а после арендовать лодку для отправки. Всё-таки трое людей и парнокопытных в одной рыбацкой лоханке точно не поместятся, а ведь сложностью было и арендовать способ передвижения, всё-таки местные использовали те только для ловли рыбы, а сам остров Ликов обходили стороной, неспроста называя языческим и жутким местом.
Однако, как уже Маг упоминал, тот уже посещал остров и знал, что надо сделать для того, чтобы не возникло проблем. Всё же не он первый и не он последний, а потому способы для этого были, как и нужные люди, которые более скептично относились к старым легендам и историям, чем остальные. В общем после непродолжительного отдыха путники преступили к подготовке к решающему событию, после которого Эдмунд получит либо чёткий и однозначный ответ, как ему быть дальше вместе с какой-никакой помощью, либо будет вынужден решать, как поступить, не имея для этого
