исчезло. Наоборот, вполне себе человеческим голосом сказало:
— Ну вот, Фриц Иванович, наш вор. А мы с вами хотели полицию вызывать.
Позади Риты стояли Фриц Иванович, Галя, Рома, какая-то девушка, а вокруг кушетки с лаем носился весёлый Огурец. В следующее мгновение Никита вспомнил предыдущую ночь и вскочил на ноги.
— Рита, я… я сейчас всё объясню и починю щеколду. — Он беспомощно переводил взгляд с Риты на Фрица Ивановича, который ядовито смотрел на его распущенные по плечам волосы.
Чувствуя себя глупее некуда, Никита лихорадочно собрал волосы в пучок и застегнул молнию на куртке.
— Ну, по крайней мере, к нашему приезду протоплена печка, — заметила Рита.
— Да, это меняет дело, — милостиво согласился Фриц Иванович.
Никита попытался улыбнуться, осознавая, что выглядит нелепо и жалко:
— Дело в том, что я катался на лыжах и меня застала метель. Не знаю, что было бы, если бы не добрался сюда и не прогрел помещение. Я хотел тебе позвонить, — он посмотрел на Риту, — но у меня разрядился телефон. Зарядки нет, да и электричества не было. Я всё делал на ощупь, как кошка.
— Как кот, — уточнила Рита.
Есть люди, умеющие ценить комизм ситуации. Никита к ним не относился. По крайней мере, в данный момент. Его злило то, что он предстал перед Ритой в клоунском виде, да ещё с повинной головой. Плюс ко всему незнакомая девушка не сводила с него глаз, хотя он усиленно старался игнорировать её интерес к своей персоне. Он почувствовал, что краснеет, и был благодарен Фрицу Ивановичу, когда тот горячо сказал:
— Ах, так вы в метель заблудились! Я только что рассказывал Маргариточке о буране. Давно подобного не бывало. Удивляюсь, что к утру свет дали. Не вы один, Никита, потерпели крушение. Вот и Настя едва спаслась, даже машину пришлось на дороге бросить.
— Мы не видели по пути никаких машин, кроме нашего микроавтобуса, — сообщил Рома, — кругом одни сугробы и больше ничего.
Он успел забраться на печку и сидел, болтая ногами.
— Рома, не свались, — сказала Рита. По нежному голосу с нотками умиротворения Никита понял, что её настроение переключается с минуса на плюс. Если быстро привести в порядок выбитую щеколду, то есть шанс заслужить прощение.
Повернувшись боком, он стал дрейфовать в сторону коридора:
— Пойду чинить. Кажется, я перестарался.
— Можно я с вами? — встрял Рома и выстрелил вопросом, видимо, мучавшим его несколько минут кряду: — А как там страусы?
— Страусы? — Никита не сразу нашёлся с ответом. — Они заболели.
— Что, все? — испуганно спросила Галя.
— Все.
Минуя Риту и Фрица Ивановича, Никита хотел выйти в сени, но Рита явно прочитала по его лицу неладное.
— Сначала перекусим, а потом всё остальное. Если, конечно, не надо торопиться спасать страусов. Хочешь, я пойду с тобой?
Она схватила его за руку, и по нервам Никиты пробежал ток.
Он с благодарностью сжал тёплые пальцы. Хотя бы на миг ему захотелось забыть, что страусы, ещё недавно живые, тёплые, забавно склёвывающие печенье из рук, сейчас лежат на морозе грудами серых лохмотьев. Детям и женщинам нельзя рассказывать про такое.
— Мы тоже хотим спасать страусов, — наперебой затараторили Галя и Рома, вынуждая Никиту опрометью броситься в сени для починки замка.
— Ставь чай, я сейчас! — выкрикнул он на ходу, пулей пролетая мимо Фрица Ивановича и девушки Насти.
* * *
«С ума сойти, какой шикарный мужчина», — подумала Настя, когда Никита собрал в хвост волосы. Его движения имели какую-то особую, завораживающую грацию тигра, готового в любой момент повернуть голову и с прищуром оценить расстояние до добычи. Украдкой разгладив брови, Настя пожалела, что после моря слёз глаза красные, как у кролика, а нос расплылся картофелиной.
Мужчине, стоявшему посреди кухни, шли длинные волосы, и причёска не казалась ни кокетливой, ни богемной, ни нескромной. Напротив, гладко причёсанные и собранные в пучок они выглядели куда органичнее подбритых висков и зачёсанных набок чёлок, а умопомрачительная суточная щетина добавляла его облику капельку голливудского шарма.
Из Настиной головы моментально выветрилась обида на несостоявшийся брак с Сергеем. Ха! Серёжка добрый, хороший, немножко капризный, но его щенячья детскость не составляет конкуренцию взрослому мужчине с чётким профилем и красивыми музыкальными пальцами. Настя с трудом принудила себя сделать безразличный вид и не пялиться на Никиту в открытую, разинув рот. С невнятной ревностью она заметила, что тот неравнодушно поглядывает на Маргариту, но с гневом отмела эту мысль как непригодную к применению. Маргарита старая, у неё двое детей! Хотя стоп! Может быть, у Никиты тоже двое детей или даже пятеро и жена-красавица!
Она осторожно переместилась к Фрицу Ивановичу и показала глазами на Никиту с молотком в руках:
— Фриц Иванович, кто этот мужчина?
Она говорила совсем тихо, одними губами, в надежде на ответный шёпот, но Фриц Иванович не уловил нюанс и громогласно сообщил:
— Никита — владелец фермы со страусами. Мы с ребятами ездили к нему летом на экскурсию.
Страусы? Ферма? Настя была слегка шокирована, но не подала виду. Те фермеры, что приезжали на ярмарку в их город, носили дешёвую одежду и не бегали на дорогущих фирменных лыжах. Уж в чём в чём, а в спортивном инвентаре Настя хорошо разбиралась, потому что на летних каникулах подхалтуривала в спортивном магазине.
— Да-да! — встрепенулся мальчик Рома. Он клацнул пассатижами, которые достал из ящика с инструментом. — Страусы такие здоровские! Я покормил Леди Ди морковкой, а Галя помогала Никите Алексеевичу разносить корм! Правда, Галя?
Настя не слышала, что пискнула Галя, потому что смотрела, как ловко Никита Алексеевич вставляет вывороченную петлю, и соображала, каким образом познакомиться с ним поближе и может даже приручить.
В целом Настя не считала себя легкомысленной или глупышкой, способной бегать за смазливыми мужчинами, но в данную минуту её сердце вело себя очень странно: то замирая, то начиная учащённо биться где-то в районе горла. А вдруг это судьба? К тому же налицо все атрибуты романтики, чтобы было о чём вспомнить на старости лет: метель, чудесное спасение, нечаянная встреча по бабушкиному завещанию. Наверное, не зря бабушка Поля отправила её в Пустошку. Как в воду глядела.
Незадолго до смерти бабушка сказала:
— Настёна, дай мне слово, что съездишь в Пустошку и разыщешь Фрица.
Бабушка болела гриппом, и сперва Настя подумала, что бабуля бредит, потому что фрицев надо искать не на пустошах, а на курортах в Турции, а ещё лучше — съездить сразу в Германию. Если покопаться в Интернете, то вполне можно поймать недорогие путёвки в Берлин или Прагу, а оттуда до
