злостью думал он, сворачивая за угол и старательно обходя прохожего – им повезло, что в этот ранний час улицы пустовали.
Она всегда была такой, начиная с необдуманной поездки в клуб с первой попавшейся подругой и момента, когда полагала, что сможет отбиться от него с кухонным ножом в парке. Он хорошо помнил уверенность в ее глазах, когда она отваживалась на что-то отчаянное. Деметра всегда подсознательно искала риск, словно испытывая эту жизнь на прочность. Дориан же решил, что и без того потерял в жизни слишком многое.
Все же слова Вильгельмины Спириты, адресованные им на Эйрине, были слишком, неправдоподобно оптимистичными.
Поглядев на следы, цепочкой появляющиеся слева от него, Дориан вспомнил о Дрейке. Весь этот год бывший охотник пытался наставить его, объяснить, пресечь попытки восстановить отношения с Рубиной. Повышал голос, спорил, ругался. Старался воспринимать Деметру как девушку брата. Запрещал себе думать о ней вовсе. И при этом спасал ее раз за разом, превратившись из убийцы в героя.
Вот только ради чего? Чтобы ее первой бросили в бой, без опыта да еще и без оружия?
Стиснув зубы, Дориан преодолел последний поворот, приведший их к Тинвингс-хаусу. Возле укрытия Юфемии Старлинг было так же безлюдно, как и во всем остальном центре.
– В левый переулок, – тихо скомандовал Дориан, надеясь, что спутники его услышат.
Три цепочки следов устремились к безопасному укрытию и остановились в тени высокого дома, вне досягаемости от вида из окон особняка.
– Отдай мне перо, – шепотом распорядился Дориан, и в ту же секунду перед ним возник высокий парень с короткой стрижкой – он протянул медное перо на ладони.
Подчиненный Лукаса Бреннона, занявший место его погибшего сына.
Дориан с трудом припомнил его имя:
– Ивлин, верно?
– Да, сэр, – негромко ответил младший хранитель, отвернувшись к стене, чтобы в случае чего никто не заметил движений его губ.
– Указания понятны?
– Так точно, сэр, – сказал Ивлин. – Я должен пойти в Тинвингс-хаус и добиться аудиенции с Юфемией Старлинг. Передать, что Деметра Лоренс приглашает ее на переговоры сегодня в семь часов вечера на главной площади. Сказать, что с ней придут Рицци Альфано и Кэрри Райнер. И попросить Юфемию прийти одной.
– После выполнения не возвращайся, найди себе укрытие в городе.
Ивлин кивнул и отправился к Тинвингс-хаусу.
– Идем за ним, но в дом не заходим, – прошептал Дориан в пустоту, где, по его мнению, мог находиться брат. – Держимся вдоль окон.
– Понял тебя, – тихо отозвался он.
Невидимой тенью братья проследовали за парламентером и замерли неподалеку от крыльца.
Ивлин постучал в дверь – довольно скоро ему открыли бывшие прислужники Ордена. Услышав сообщение о переговорах, они переглянулись и попросили его снять и отдать им амулет вместе с защитной курткой, а также обыскали его на предмет скрытого оружия. Ничего не найдя и удостоверившись в том, что он пришел без сопровождающих, они разрешили войти.
Заметив его в окне по правую сторону от входа, Дориан направился вдоль фасада.
Ивлина вели вперед по анфиладе. С одной стороны, это было удобно для них, шпионов. Его не пригласили на второй этаж, где располагались жилые покои. А с другой – свидетельствовало о том, что Мия уже, или еще, не спала, продолжая планировать военные действия.
Прислужники Ордена привели Ивлина в большой кабинет, где Мия сидела за столом, на котором были разложены карты города.
Дориан приблизился к окну вплотную, так что от Мии его отделяли всего пара ярдов, тонкая ткань тюля и оконное стекло, едва заметно отливающее фиолетовым цветом от наложенных на него защитных чар. Но еще возле окна, в кабинете, были выставлены двое охотников, а четверо прислужников Ордена стояли у стен. И понимая, что никак не сможет добраться до нее, он представил, что мог бы не выполнять приказ Ричарда… Не оставаться снаружи, а отправиться прямиком за Ивлином и нанести бы ей удар там, как нанес удар Коул на приеме.
И пусть его убили бы на месте, зато Деметре не пришлось бы рисковать за мир, который даже не являлся ее. Сейчас бывший охотник понимал, что зря еще совсем недавно желал войны. Она не вызовет ничего, кроме горя, даже если и закончится уже этим вечером.
Однако парламентер не терял времени. Он передал сообщение. Дориан увидел, как Юфемия встала из-за стола и обошла его кругом.
Она что-то спросила у Ивлина – он ответил, и ее лицо стало заинтересованным. Женщина кивнула и заулыбалась. А затем подала знак своим людям, проводившим гостя к выходу.
– Она приняла приглашение, – шепотом заметил Дориан. – Возвращаемся.
Обсудить увиденное с братом они смогли только тогда, когда добрались до Кроу-хауса. Поднявшись в холл и сорвав с шеи перо, Дориан посмотрел на появившегося рядом брата.
– Теперь она все-таки станет приманкой, – удрученно сказал Дрейк, бросая взгляд на улицу.
– Куда же подевалась твоя верность, братец? – спросил Дориан, не удержавшись от злой насмешки, и захлопнул дверь. – Ты все-таки потерял девушку, которую должен был защищать.
– Знаю. Но я не смог иначе, – с чувством вины проговорил Дрейк и, явно услышав его слова, сказанные вчера ночью Деметре в гостиной, добавил: – Сегодня мы защитим ее вместе. Я помогу тебе.
Они пожали друг другу руки.
Глава 28. Последние ножны
Люди начали собираться на площади с полудня. Они занимали свои места по обочинам дорог, словно места в амфитеатре, ожидая начала кровавого зрелища. И то были не просто люди – бывшие охотники, облаченные в защитные куртки со скрытыми в рукавах аутэмами, прислужники Ордена в белоснежных зачарованных одеждах с длинными кинжалами, горожане, вооруженные чем попало… Воздух стал тяжелым, а небо – насыщенно-красным, словно сам Нью-Авалон предчувствовал беду.
Ричарду Хаттону докладывали обо всех передвижениях противника. Деметра же сидела в углу и только слушала их разговоры.
– Юфемии Старлинг пока еще нет, – сказал ему Лукас Бреннон, появляясь в комнате с новым отчетом. – Но все приготовления свидетельствуют о том, что к вечеру она появится.
– Вот, значит, как она восприняла наше предложение прийти одной, – задумчиво проговорил Ричард, глядя на старого друга. – Как она может быть уверенной в том, что встреча состоится?
– Мия догадалась, что за парламентером следили, – предположил Дориан со своего места возле камина. – На Тинвингс-хаус были наложены какие-то охранные чары. Возможно, они сумели зафиксировать наше присутствие, но видеть нас в любом случае не могли.
– Мы явимся, несмотря ни на что, – возвестила Вильгельмина, поднимаясь. – Мерзавка знать не знает о полном нашем плане. И мы до нее доберемся.
– Вы отправите девушек прямо
