веревка, проходящая от ее вершины до точки
на земле, находящейся на расстоянии четыреста ярдов от нее. Расположена она была так, что нужно было прыгнуть со скалы, чтобы поймать веревку.
Первый мужчина, которым, как я с удовлетворением отметил, был пан Владимир, немедленно побежал к веревке и бросился с края скалы так, что толпа ахнула от ужаса.
Но он схватился за веревку и соскользнул к земле, а все остальные последовали за ним.
- Разве это не сожжет им руки? - спросил принц Хенрик.
- Нет, мой господин. Если вы заметили, они не держаться за веревку руками, а поймали
веревку манжетами своих рукавиц. Веревка натерта воском и вещи не слишком нагреваются.
- Но что если они поскользнуться и упадут?
- Как правило, они умирают, мой господин.
Дальше все продолжалось в таком же духе: мужчины качались на веревках, пробегали
через узкие мостки, которые были такие же узкие, как их рука, взбирались на длинные сваи, проходили по натянутым канатам и делали все остальные противные вещи, которые я только
смог придумать.
174
- Когда они в полном вооружении, мы обычно избегаем тренировок по плаванию, поскольку, чтобы высушить их гамбезоны (Примечание: Кожаная поддоспешная куртка) обычно требуется несколько дней, но будьте уверены, что каждый из этих мужчин может
проплыть полмили в полном вооружении и шесть миль голым.
Несмотря на то, что мы были на конях, мужчины вернули нас в столовую. Благородных
гостей кормили в самой столовой, а всех остальных – на свежем воздухе. Каждый мужчина
получал завтрак, состоящий из шести яиц, буханки хлеба и ломтя ветчины толщиной в палец
и уходил оттуда. Моя собственная порция была почти такая же большая.
- Вы точно их хорошо кормите? - спросил игумен Инаций.
- Да, святой отец, но у них достаточно быстро все сгорает. Среди них вы не найдете
слишком толстых людей.
Затем пришла очередь тренировки с пиками и почетные гости были атакованы сорока
копейщиками. В последний момент пан Владимир крикнул "Стой!" и они остановились
с остриями пик не дошедшими на палец до нашей груди. Видя, что я не двигаюсь, ни граф
Ламбер, ни принц Хенрик не шелохнулись, но большинство других быстро отбежали назад.
- Господа, я уверен, что вы почувствовали эмоциональное воздействие этой атаки. Я вас
спрашиваю, что было бы если бы таким образом вас атаковали шесть тысяч человек?
- Эмоциональное воздействие? Я больше беспокоился о физическом! - сказал граф
Ламберт.
- И я тоже, - сказал принц Хенрик, - Но мне понятна ваша точка зрения. Враг может быть
побежден даже не коснувшись его.
- Это было бы идеально, мой господин. Как только враг сломлен, вы всегда теряете
очень мало людей при его зачистке.
- Зачистке! Вы хорошо играете словами, барон Конрад, - сказал граф Ламберт.
Затем люди начали работать с манекенами. Манекены представляли собой ростовые
фигуры человека с реальным копьем на лошади. Они скатывались по длинному пандусу и, в тот
момент, когда достигали уровня земли, разгонялись до такой скорости, до которой может
разогнаться лошадь. В первой попытке, пехотинец проткнул лошадь пикой, упертой в землю, и при этом не отошел и не был ударен копьем. А когда один манекен атаковал группу
пехотинцев, то только тот из них, который находился в центре, напал на лошадь. Все остальные
напали на всадника.
- Это подло! - сказал принц Хенрик.
- Что такое, мой господин?
- Они намеренно пытаются убить лошадь!
- Да, мой господин.
- Это нечестно!
- Да, мой господин. Но был ли когда-либо всадник справедлив по отношению
к пехотинцу?
- Честен к пехотинцу? Сомневаюсь, что это когда-либо кому-то приходило в голову.
- Тогда почему пехотинец должен "честно" сражаться с всадником? Если бы всадник
хотел сражаться честно, то ему следовало бы слезть со своей лошади и тогда не было бы
смысла наносить вред животному. Мой господин, эти люди не обучены сражаться честно, они обучены побеждать!
- Мне это не нравиться, - сказал принц Хенрик.
- Мой господин, может быть Вам больше понравиться, когда монголы начнут забивать
ваших женщин и детей?
- Будь ты проклят, барон Конрад.
- Думаю, что буду, мой господин.
Аббат Игнаций совершил крестное знамение.
175
Граф Ламберт забеспокоился о возможной ссоре между своим самым большим вассалом
и его будущим сюзереном и попытался сменить тему.
- Барон Конрад, все это хорошо, когда ты тренируешься на манекенах, но как это будет
работать на практике?
- Мы проверили это, мой господин, по крайней мере, в части использования живых
лошадей. Мы никогда не пробовали сделать это со всадником из-за отсутствия добровольцев, но я сам въехал на старой лошади в толпу пикинеров.
- И что случилось?
- Я упал и больно ударился, мой господин.
