Мую и Второй мастер Ту покидали Башню Ста цветов бок о бок. Шаги Второго мастера Ту были нетвёрдыми, вероятно, он выпил слишком много.
— Я и раньше слышал о репутации молодого мастера Су и считал вас демоном среди людей, — произнёс он. — Но сегодня, встретив вас, я понял, что вы утончённый молодой джентльмен! Кажется, мы нашли общий язык, так почему бы нам…
Внезапно со свистом оперённая стрела рассекла воздух, целясь в голову Второго мастера Ту. Он слегка повернулся, его глаза заметили стрелу, но тело не успело среагировать, чтобы увернуться. Су Мую вытянул палец и поймал стрелу прямо на лету.
Стрела была всего в нескольких дюймах от того, чтобы пронзить череп Второго мастера Ту.
— Это… этот… кто посмел убивать в Имперском бюро развлечений? — воскликнул Второй мастер Ту, мгновенно протрезвев.
В воздух взмыли ещё три стрелы. Су Мую, выронив стрелу, которую держал в руке, приготовился к действию. Однако второй мастер Ту, не сдержав своего гнева, издал яростный крик и, опередив остальных, бросился вперёд, размахивая ладонями: «Назад!»
В то же мгновение из его ладоней вырвалась волна холодной энергии, мгновенно обратив три стрелы в ледяные столбы. Они упали на землю и разбились на мелкие осколки.
Второй мастер Ту, охваченный гневом, воскликнул: «Кто ты такой, чтобы подкрадываться и нападать из тени?»
В ответ прозвучало: «Это не твоё дело».
Рядом с Ту упала ручка судьи, которая с лёгкостью ударила его в грудь. Ту попытался отразить удар кулаком, но был отброшен на три шага назад. Присмотревшись внимательнее, он заметил, что человек перед ним был одет не в современный официальный костюм ортодоксального Бэй Ли, а скорее в наряд, напоминающий одеяния божественных духов в даосских храмах.
Второй мастер Ту слегка нахмурился: «Кто здесь играет в богов и призраков?»
«Второй мастер, прошу вас отойти. Эти люди пришли за мной», — произнёс Су Мую, шагнул вперёд, схватил Ту за плечо и потянул его за собой.
— «Это ваши враги, молодой мастер Су?» — вопросил второй мастер Ту.
Су Мую слегка приподнял голову. Слева на карнизе ему улыбался Шуй Гуань, справа Тянь Гуань впервые обнажил свой меч, а перед ним стоял Де Гуань с грозным лицом. Су Мую улыбнулся в ответ: «Не совсем враги — когда-то они были членами Темной реки».
Второй мастер Ту был поражён: «Что это за призраки такие?»
Су Мую покачал головой: «Они не призраки — они боги, которые обитают в храмах. Мы, меченосцы, — те, кого называют призраками, или, как ты сказал, демонами среди людей».
Второй мастер Ту сглотнул, его гнев утих, а страх вновь поднялся: «Я не совсем понимаю, но это звучит устрашающе».
— Всё не так уж плохо, хотя я выходил сегодня вечером в такой спешке, что не взял с собой никакого оружия, — тихо вздохнул Су Мую. Сегодня вечером он совершил серьёзную ошибку — решив, что было бы странно приносить оружие в такое место, как Имперское бюро развлечений, он оставил его в гостинице.
Возможно, в эти мирные дни у него возникло ложное представление о том, что он может время от времени свободно перемещаться по этому городу, ничем не отличаясь от других его обитателей.
Но он не был обычным человеком, и город Тяньци не был обычным местом.
— «Оружие?» — спросил второй мастер Ту, скрупулёзно обыскивая себя, и наконец извлёк кинжал. — «Обычно я не ношу его при себе, но этот кинжал всегда при мне, на всякий случай».
— «Превосходно!» — воскликнул Су Мую, взмахнув рукой, и кинжал сам собой полетел в его ладонь. Он слегка повертел его в пальцах, создавая комбинацию движений, характерных для техники дюймового меча. — «Техника дюймового меча — я изучал её некоторое время. Хотя она и не столь совершенна, как техника Чанхэ, но для нашей цели сгодится».
— «Разве у тебя не было товарища, который сопровождал тебя в Башню Ста цветов?» — вопросил второй мастер Ту.
— «Да. Если мы создадим достаточно шума и выиграем немного времени, дядя Чжэ придёт», — кивнул Су Мую.
— «Он не придёт!» — вскричал Де Гуань, бросаясь вперёд со своей судейской ручкой.
— «Второй мастер, отойдите — это вас не касается», — произнёс Су Мую, толкнув Ту в плечо левой рукой и отбросив его на десять шагов назад. В это же время его правая рука, сжимающая кинжал длиной в дюйм, встретилась с судейским пером Де Гуаня.
Де Гуань, движимый стремлением к победе, действовал стремительно и решительно. Извлекая уроки из своего предыдущего столкновения с Су Чанхэ, он более не позволял себе беспечности и сразу же задействовал весь свой потенциал.
Су Мую, вооружённый лишь кинжалом, вынужден был отступать, не имея возможности эффективно противостоять своему оппоненту.
Удивительно, но с каждым отступлением на земле возникал новый символ. Они мерцали в красном свете свечей, появляясь и тут же исчезая.
Су Мую отступил на четыре шага, и на земле возникли четыре иероглифа.
— Это перо Божественного Бессмертного! — воскликнул второй мастер Ту, узнав это боевое искусство. — Будьте осторожны! Каждый символ на земле представляет собой сгусток энергии. Когда энергия начнёт течь вслед за пером, она достигнет ваших жизненно важных точек!
— Слишком много говоришь! — холодно фыркнул Тянь Гуань с правого карниза и выпустил ещё одну стрелу.
На этот раз, когда второй мастер Ту попытался использовать свою технику с энергией мороза, стрела пронзила холодный воздух, заставив его отступить на три шага и едва избежав её.
— «Второй мастер, поспешите удалиться!» — воскликнул Су Мую, ловко увернувшись и устремив взор к земле. Он заметил, что мерцающие знаки всё ещё отчётливо различимы, несмотря на его усилия. Присмотревшись внимательнее, он по-прежнему мог их различить. Не мешкая, он нанёс размашистый удар, стремясь стереть их с земли, но Де Гуань был начеку и, опустив ручку, парировал удар Су Мую, направленный ему в ногу.
— «Восстаньте!» — возгласил Де Гуань, взметнув перо. Четыре знака, начертанные им, обратились в чистую энергию и обрушились на Су Мую.
Су Мую, охваченный гневом, взмахнул своим мечом, но был вынужден отступить ещё на три шага. К счастью, кинжал второго мастера Ту оказался особым оружием и выдержал натиск. Воспользовавшись тем, что Су Мую отступил, Де Гуань стремительно начертал на земле ещё четыре знака: «Жизнь», «Слава», «Смерть», «Горе».
— «Божественное Перо Бессмертного, — вопросил Су Мую, — отчего ты пишешь только
