хотелось чего-нибудь этакого… Чего-то, что и мне понравится. И я нашел – в одном из антикварных магазинов, адрес которого мне предоставила Атарашики. Подарок представлял собой нефритовую заколку в виде ветки сакуры с парой розовых цветков в обрамлении листьев. Простенько и со вкусом. Во всяком случае, мой глаз сразу зацепился за эту вещицу.
На сам день рождения я пошел с Анеко. Просто она кидала столько намеков, что проигнорировать ее и пойти с другой девушкой означало обидеть нашу блондинку, а мне этого не хотелось. Да и с чего бы плодить обиды на ровном месте? Анеко – отличная пара, которая по всем статьям мне подходит.
На дворе был всего лишь второй день марта, так что гости все как один были одеты достаточно тепло. Пусть у нас тут и не Сибирь, но и выходить на улицу в летней одежке тоже не стоит. Анеко приоделась в темно-синее кимоно с розовыми цветками сакуры и голубым поясом. Зимнего воротника у нее не было, хотя большая часть гостей женского пола щеголяла в воротниках. Зато выделяется, да. Я же был одет в простое на вид бежевое мужское кимоно, так что вместе мы создавали достаточно строгий вид.
Встречали нас, что забавно, Мизуки и Ренжиро. У Шины официального жениха нет, так что на ее дне рождения гостей принимал Акено, а тут, видимо, все серьезнее. Ну а так как младших родственниц у Мизуки нет, провожали нас Рури, пятнадцатилетняя сестра Ренжиро, и две внучки главы Рода Бунъя, Май и Аями. Шестнадцать и пятнадцать лет соответственно. Почему именно Бунъя, не знаю. Наверняка внутриклановая политика.
– Ренжиро-кун, – поздоровался я с парнем. – Мизуки, – улыбнулся я девушке, – ты сегодня особенно хороша.
Одета она была в белое с розовым кимоно с белым же воротником. Ей вообще, на мой взгляд, шли все оттенки розового.
– Привет, Синдзи, – улыбнулся Ренжиро. – Охаяси-сан.
– Ты меня совсем засмущал, – покрутилась в показушном стеснении рыжая. – Привет, Анеко-тян, – резко переключилась она. – Надеюсь, вы отдохнете сегодня как следует.
Разговор был короткий, еще успеем наговориться. Так что, поздоровавшись с сестрой Ренжиро и моими двоюродными сестрами, отправились к остальным гостям, сопровождаемые одной из этих самых сестер. Как и полагается на подобных праздниках, подростков среди гостей было полно. Они не были большинством, все-таки это официальное мероприятие международного клана, но тем не менее их хватало. Всяко больше, чем на обычных приемах.
– О, твой брат уже здесь, как я посмотрю, – заметил я Сэна.
– Ну… Это все-таки мы немного задержались, – ответила она, бросив на него взгляд.
Немного, ага… Я целый час ждал, пока она будет готова. Первый раз на моей памяти, так что ей простительно. Мало ли что там у нее случилось.
– А вон и Райдон, – заметил я его. – Пошли к нему.
– Син… – притормозила меня Анеко. – Это ведь Аматэру-сан? Глаза меня не обманывают?
Глянув в ту сторону, куда смотрела девушка, тут же увидел старуху.
– Ну да, она самая.
– Первый раз вижу ее на приеме.
Я, кстати, тоже. Но я – не аргумент, Анеко по таким сборищам гораздо дольше ходит.
– Это так удивительно? – спросил я, медленно ведя ее к Райдону.
– Весьма, – ответила она. – Аматэру-сан выходит в люди очень редко. И только на действительно серьезные мероприятия. Реже только сама приемы устраивает, но попасть на них крайне трудно. Мне туда точно ходу нет.
Учитывая, что́ в скором времени ожидает клан Кояма, Атарашики пришла на день рождения Мизуки точно неспроста. Это не объявление о выходе из клана – для этого Аматэру организует отдельный прием, – но что-то вроде предварительной подготовки вполне может быть. Ну или какая-нибудь договоренность с Кентой. Удержать ее, по словам Атарашики, он точно не сможет. Там и древность рода играет свою роль, и то, что герб Аматэру давали не Кояма, и общая плачевность состояния рода, то есть даже официальная причина есть. В общем, не смогут Кояма удержать ее. А вот договориться, чтобы как-то сгладить углы, Кента может. Но это только версия; что она тут делает, я не знаю. Меня она, во всяком случае, ни о чем таком не предупреждала.
И тут я поймал ее взгляд, после чего старуха на мгновение опустила глаза и вновь посмотрела на меня. Лично я расценил это как «иди сюда». И зачем ей это? Подготовка к будущему вхождению в род? Чтобы общественность потом могла признать, что намеки на это и правда были? О-хо-хо… А ведь мы почти дошли до Райдона. Он нам даже рукой уже махнул. Так что пришлось изобразить извиняющуюся улыбку и обратиться к Анеко:
– Хочешь я тебя ей представлю? Вы вроде только в онсэне с ней виделись, но это ведь не в счет? – спросил я, медленно разворачивая девушку в сторону Аматэру.
– Даже не знаю, – ответила она неуверенно. – Там столько более значимых людей рядом.
– Это да, знакомые тебе обзавидуются.
– А у тебя проблем не будет? – спросила она уже чуть более уверенно.
– Если только Аматэру-сан пошлет нас, но она этого не сделает.
– И почему ты так уверен в этом? – спросила она с любопытством.
– Иначе я сожгу ей остатки нервов, – усмехнулся я. – Не беспокойся, я бывал в ее онсэнах достаточно часто, чтобы понимать, как она отреагирует.
Ну и намек на то, что мы со старухой знакомы чуть лучше, чем думают окружающие.
– Тогда доверюсь тебе, – улыбнулась она, на мгновение прикрыв глаза, тем самым как бы изобразив благодарственный кивок.
– Здравствуйте, Аматэру-сан, – поклонился я, подойдя к ней именно в тот короткий момент, когда она была одна.
Да, повилять по двору для этого пришлось.
– Сакурай-кун, – кивнула она благожелательно.
– Позвольте представить Охаяси Анеко, достойную во всех отношениях девушку.
После чего Анеко еще раз низко поклонилась. Первый раз одновременно со мной и второй раз после моего представления.
– Да? – Старуха посмотрела на нее с любопытством.
– Рада познакомиться с вами лично, Аматэру-сан, – произнесла Анеко.
Знакомство в онсэне как бы вынесено за скобки. Все-таки тогда ее представляли в качестве члена семьи и гостя, а тут персонально.
– Взаимно, девочка, взаимно, – посмотрела она на меня, приподняв бровь. И, вновь переведя внимание на Анеко, задала вопрос: – Не скучно вам тут?
– О нет, Аматэру-сан, клан Кояма умеет устраивать праздники.
Слова. Как по мне, до праздника данное мероприятие не дотягивает. Обычный великосветский прием.
– Судя по дежурным улыбкам окружающих, – бросила нам за спину взгляд Атарашики, – ты не совсем права. Ну, или день рождения внучки главы клана не котируется как праздник.
Анеко явно растерялась. Согласиться со старухой – согласиться с критикой принимающей стороны. Причем в лицо той, кто является частью этой самой стороны. Не согласиться – подвергнуть сомнению слова самой Аматэру. Я уж
