Под такое платье бюстгальтер не предусмотрен, но она могла себе это позволить. Несмотря на роды и выкармливание детей, грудь у Стеши осталась высокая и упругая. Борис обожал ласкать «своих девочек» — как он их называл.
Ну вот, стоило подумать о муже, как соски съёжились и проступили сквозь тонкую ткань.
Да, альфа будет в бешенстве! Но им обоим полезно встряхнуться.
Теперь алые трусики и изумительные чулки в тон кожи. По капле особых духов, которые делаются индивидуально для каждой оборотницы.
Парфюмерная фабрика, где разрабатывают и производят такой парфюм, принадлежит оборотням одного из Северо-Западных кланов. Она полгода назад заказала духи, и так удачно сложилось, что пришли они аккурат к приёму Верховного!
Тонкий, непередаваемо чувственный и притягательный аромат — только для Бориса. Остальные сородичи почувствуют лишь запах спелой смородины.
Изогнувшись, Стефания затянула шнуровку на спине, затем нанесла на лицо лёгкий макияж — тушь, тени, блеск — всё производства той же фабрики.
Всунула ноги в туфли и замерла перед зеркалом, придирчиво себя рассматривая.
Годится!
Главное, чтобы Бориса кондратий не посетил…
— Передай альфе, что я готова, — они договорились, что как только соберётся, Стеша сообщит мужу через специально оставленного у дверей её номера волка.
Нет, он порывался присутствовать, но жена мягко его отшила. Мол, ни к чему тебе наблюдать за процессом, лучше увидеть готовый результат.
— Понимаешь, я шесть лет сиднем просидела в посёлке, не выезжала дальше Уфы и Челябинска. А тут Москва и приём у Верховного! Ты должен понять — я волнуюсь. Дай мне возможность наедине поистерить — «Всё пропало, мне нечего надеть!», и — «Я страшная!».
— Ты не страшная! — горячо возразил волк. — Что до нарядов — деньги не проблема. Купим, что пожелаешь, мы в столице, здесь можно достать любой наряд!
— Я уже всё купила! И хочу показать законченный образ, как ты не понимаешь?
— Понял, — вскинул руки Ардарский. — Тогда я буду в соседнем номере. Как соберёшься, отправь за мной волка, я оставлю в коридоре Илью, хорошо? Начало в семь вечера, но если поймёшь, что не успеваешь, не волнуйся! Спокойно собирайся, приедем позже, ничего страшного. Верховный это переживёт.
Стеша улыбнулась, вспомнив это предложение супруга. Приятно, когда о тебе так заботятся! Но испытывать меру лояльности Верховного она не будет.
Так, пока Борис не пришёл, надо накинуть удлинённый приталенный жакет. Не стоит шокировать супруга раньше времени!
Альфа влетел в номер и остолбенел.
Смотрел и не мог глаз отвести. Перед ним Стефания — и не она.
Мать-Волчица, какая же она невероятная!!!
Платье обрисовывало каждый изгиб её фигуры, подчёркивая красоту женщины, как удачно подобранная рама подчёркивает волшебство шедевра. Рама, которая не затмевает картину, не отвлекает на себя внимание, а дополняет и оттеняет холст.
Волк сглотнул и сделал шаг вперёд.
— Может, ну его, этот приём? — хрипло, словно поймал ларингит. — Останемся в номере?
— Вот ещё! — пряча смешинки, возмутилась Стеша. — Я шесть лет, с момента, как родились близнецы, нигде толком не была! Столько готовилась, платье новое купила. И Верховный обидится, ведь он наверняка знает, что мы уже в Москве. И вдруг — пропустили приём. Что он о нас подумает?
— Ладно, если ты хочешь, едем, — вздохнул Ардарский и переплёл её пальцы со своими. — Но между нами — что мы там не видели? Альфы с парами, Андрей с женой и наследниками, беты, дочери альф… Скукотища! А… у тебя нет другого платья?
— Мне не идёт?
— Идёт! — горячо воскликнул волк. — Даже слишком… Но там буду не только я, понимаешь? Оно же почти ничего не прикрывает!
— Как это? — выгнула бровь. — Вырез совсем небольшой.
И мысленно добавила — и это Боря ещё спину не увидел!»
— Тонкое, ты в этом платье, как без него. Было бы телесного цвета — все решили бы, что Ардарская пришла обнажённой, — вымученно улыбнулся Борис. — Ладно, идём!
Сегодня его пара была особенно красива. А ему до одури не хотелось, чтобы на Стефанию пялились
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Волки будут на нее смотреть и облизываться, представляя, какова она без одежды. Будут-будут, он это точно знает.
Сам такой был, пока не встретил Стешу.
Мужчине сложно игнорировать такую женщину, и хоть никто не переступит границы, от одной мысли, сколько самцов сегодня будут пускать на его пару слюни, внутри разгоралось пламя.
Как они доехали до посёлка Верховного, он даже не заметил. Ещё помогая жене сесть в машину, Борис обнаружил, что на ней нет бюстгальтера. И едва не застонал, бросившись проверять наличие трусов.
Залезть под юбку Стеша ему не позволила.
— Помнёшь!
Но бельё он нащупал и немного успокоился. Пожалуй, не найди он на жене трусики, на приём бы они минимум опоздали. Или вообще на него не поехали.
Всю дорогу Стефания вслух предвкушала удовольствие от мероприятия, перебирала, кого из знакомых они там непременно встретят, вспоминала имена их детей и переживала, сможет ли она вести себя непринуждённо.
А он рассеянно кивал, поддакивал, ободрял. И боролся с оттопырившим штаны альтер эго.
В какой-то момент Стеша замолчала, и, поймав её весёлый взгляд, Борис понял, что жена в курсе его маленькой проблемы.
Ладно, совсем не маленькой.
Конечно, ей смешно, а как ему выйти в общество с этакой дубиной в штанах?
Хорошо самкам, у них только напряжённые соски выдают возбуждение, но у тех не тот размер, чтобы было во всех смыслах неудобно показываться в обществе.
Наконец, машина остановилась. Ардарский помог жене выйти и вслед за почтительным бетой провёл супругу в зал.
А там Стеша сняла жакет…
— Пристрой куда-нибудь, — обезоруживающая улыбка.
А у него внутри всё сжалось — Мать-Волчица, это не платье, это соблазн в чистом виде! Луна, дай ему силы, чтобы не применять силы!!!
Ну Стеша, погоди!
Предсказуемо, их появление не осталось незамеченным.
Сначала к ним с распростёртыми объятиями подошёл Андрей Волков. Горячо поприветствовал Стефанию, сделав комплимент её внешности. А следом потянулись остальные приглашённые.
Борис скрипел зубами, взглядом расчленяя каждого самца, который оборачивался на его пару.
И старался не показывать Стеше, насколько он взбешён и как еле сдерживается, чтобы не прибить на месте наглых идиотов, смеющих отвешивать Стефании комплименты и — о, ужас! — наперебой приглашающих её танцевать!
Как дожил до завершения приема? Но дотерпел, дотянул и даже никого не то что не убил — ни одного «бессмертного» идиота не покалечил!
— Сам поведу, — бросил он своему водителю, и тот понятливо испарился.
Борис краем глаза за ним проследил — молодец, догадался сесть в машину охраны!
Стеша не удивилась, не спросила — почему он пожелал сам вести, просто заняла место рядом и улыбнулась.
Хотелось верить — ему, а не воспоминаниям о чужих комплиментах.
Он выдержал до трассы, а там свернул на обочину и, отстегнув свой и её ремни безопасности, набросился с поцелуями.
Воздух в лёгких внезапно закончился, как и мир за пределами салона. Стефания отвечала, и это сносило крышу ещё больше. В какой-то момент Борис понял, что если он сейчас не остановится, то возьмёт жену прямо здесь, в автомобиле. Но всего в пяти метрах от его автомобиля остановилась машина охраны…
К сожалению, не слепой и не глухой охраны, поэтому, если он продолжит, то свидетелей его несдержанности потом придётся убить…
Но главное, Стеша заслуживает более бережного и уважительного отношения, чем быстрый перепих на сиденье автомобиля.
Это всё глупая ревность снесла ему голову… И умопомрачительное платье!
— Где ты его купила? — рука, скользнув в вырез, сжала нежное полушарие.
— Что? А…, - томный, полный желания голос Стефании сводил с ума, добивая остатки выдержки. — Там… Ох, Боря… Какая разница, где? Не понравило — о-ох! — сь?
— Понравилось. Но надевать его ты будешь только для меня, — палец мужа дразняще погладил сосок, и Стеша снова не сдержала стона.
