— Так вот отсюда все эти странные, нелогичные и вроде бы бессмысленные нападения мракобесов, — догадался Килиан. — Ведь систему или хотя бы какую-то логику в их действиях так и не получилось отыскать.
— Да. В общем, за прошедшие десятилетия они собрали всё, кроме драконьей чешуи, параллельно искали путь в другой мир, и у них почти получилось, только Хонстейн ушёл туда один, без поддержки, и шансов найти и изловить это странное и опасное создание у него вряд ли есть. Поэтому мракобесы вновь сосредоточились на драконе.
— У их отряда тоже шансов не было, вампир им точно не по зубам, — хмыкнула я. — Скорее уж наоборот.
— Ты знаешь, о ком речь? — насторожился Килиан.
— У вас действительно водятся опасные создания, выделяющие эликсир бессмертия? — удивился Унрек.
— Эликсир? Если бы, — я покачала головой. — Это яд. У вас же водятся ядовитые змеи? Вот здесь примерно то же самое.
— Так вампиры — это змеи такие? — сделал вывод Шолто. — Я помню, ты спрашивала, есть ли у нас такие существа. Я слышал про змеелюдов, но они давным-давно вымерли, как и некоторые другие расы, ещё до образования Империи. А у вас, значит, они сохранились?
— Это не змеи, это бывшие люди, получившие бессмертие через укус и сами ставшие ядовитыми. Вот только мракобесов ждал бы большой сюрприз. Даже если бы им каким-то чудом удалось отловить вампира и уговорить укусить, не выпив при этом всю их кровь, то их бессмертие стало бы для них адом. Они постоянно испытывали бы жажду человеческой крови, стали бы нападать на людей, выдали себя — и в итоге вы с ними расправились бы, как когда-то гаргульи с расплодившимися вампирами, угрожающими человечеству.
— Гаргульи? — переспросил Рик. — Твоя семья?
— Да. Мы сильнее, и нам не страшен их яд, потому что вампиры, по сути, наши создания. Это была случайность, мутация, но именно гаргулья создала первого вампира. Та, что прилетела с другой планеты, не местная. Но нам всё равно вампиры не страшны, и последние несколько десятков лет мы сознательно взяли на вооружение этот метод, делая бессмертными своих половинок. То есть, истинные пары, — пояснила я для тех, кто не в курсе терминологии.
— Но, ты же говоришь — они испытывают мучения и опасны для окружающих.
— Запах или несколько капель крови гаргулий в день — и вампир перестаёт жаждать человеческую кровь. Это словно некое лекарство для них. Но таких, ставших вампирами, половинок немного, чуть больше десяти. А вот те, кто нашей семьёй не является — страдают. Потому что убивать людей мы им запретили под угрозой казни, а кровь животных — слабая замена человеческой. Но если хотят жить — пускай терпят.
— Значит, говоришь, шансов у этого отряда не было бы? — уточнил Девиор.
— Никакого. В месте переноса находился мой брат Кевин — а он зеркальщик, как и я. Их ждал бы точно такой же сюрприз, как при нападении на меня в лесу. И это не считая того, что в течение минуты в том месте оказалось бы ещё с десяток моих родственников — и гаргулий, и перевёртышей. Поэтому шансов у них было — ноль.
— Такое чувство, что этот демон нарочно давал им невыполнимые задания, — нахмурился Унрек.
— Со мной почти получилось, — отзеркалил его гримасу Рик. — Если бы не Габриель…
— Если бы она не появилась в нашем мире, вряд ли ты, рискуя жизнью, без раздумий полез бы в то озеро за кем-то другим, а не за своей истинной парой, — возразил ему ректор. — Пусть даже и не знал, кто она, всё равно чувствовал. Поэтому у мракобесов ничего бы не вышло в любом случае.
— Интересно, откуда этот демон о вампирах узнал? — задумалась я. — Кстати, он не обязательно давал невыполнимое задание, просто мог не знать об истинной опасности вампиров и о самом существовании нас, гаргулий-зеркальщиков. Нас немного, и мы скрываемся. А вот вампиров одно время расплодилось столько, что человечество оказалось под угрозой вымирания.
— А давно они в вашем мире? — уточнил Девиор.
Глава 36. Ответы. Часть 3
— А давно они в вашем мире? — уточнил Девиор.
— Давно. Точной даты не знаю, но больше трёх тысяч лет и меньше пяти. И был момент, когда их расплодилось многие тысячи, а гаргулий было лишь несколько десятков.
— И твои предки победили? — восхитился Шолто.
— Да. Наши силы не сопоставимы.
— Я видел тебя в тот момент, ты была великолепна, — Рик одарил меня восхищённой улыбкой.
— Здесь я слабее, — честно призналась я. — На Земле я бы тебя смогла поднять и донести до чистой воды. Пусть не на крыльях, а просто поднять, стоя на ногах. Здесь — нет. Хорошо, что Килиан успел.
— Ты тогда сказала очень правильные слова, — мягко улыбнулся мне синеволосый, и мне даже захотелось глаза протереть, настолько непривычной была его улыбка. Вот что с челове… с драконом делает обретённая половинка. Ну, почти обретённая. — А уж после того, что рассказал твой малыш, — Килиан указал на Рокета, который гордо выпрямился, но потом вновь склонился над миской с десертом, — мы сразу же кинулись к тому озеру, благо, дорогу я знал.
— У тебя очень сообразительный фамильяр, — поддержал дракона ректор. — Сначала сказал про грозящую Рику опасность, а потом буквально в двух словах о том, что остальное можно узнать у ведьмы в подвале, и умчался вместе с вашими спасителями. Я нашёл Заванну по запаху, который он оставил, следуя за твоими похитителями.
— Мой Рокет — настоящий герой, — согласилась я, почесав за ушком довольного енотика. — Я с самого начала чувствовала, что он будет самым лучшим фамильяром на свете.
И я не лукавила. Этот малыш, едва начав более-менее видеть, сумел скрытно следовать за моими похитителями, умудряясь остаться для них незаметным, потом сообразил затаиться и подслушивать, выбирая нужный момент, а затем догадался взять в заложники Молнию. Не каждый взрослый фамильяр на такое решился бы. Мне очень повезло с маленьким другом.
— А что теперь? — спросил Девиор. — Как отреагировала Империя на то, что выяснилось?
— Когда были получены все возможные ответы, несколько следователей и драконов отправились на Центральный перешеек, в место, указанное подследствеными. Всё было довольно приблизительно, точного «адреса» они не знали, но указали несколько примет — кто вспомнил реку, протекающую рядом, кто нарисовал гору, которую видел. Драконам пришлось исследовать очень большой участок, но в итоге нужное место было найдено. Это система пещер, в самой дальней и происходили те ритуалы. Там было несколько алтарей, пол и стены испещрены символами. Никаких копий с них снято не было — драконы расплавили всё своим огнём, потом обвалили пещеры и, для надёжности, сплавили камни в единый монолит. Чтобы уж наверняка.
— Всё правильно, — кивнул Рик. — Подобное нельзя оставлять, кто знает, кому ещё придёт в голову получить власть над миром.
— Ага, Заванна говорила об этом, — вспомнила я. — Это было окончательной целью мракобесов — став бессмертными, захватить Империю. Идиоты! Их бессмертие не сделало бы нас смертными автоматически, мы бы всё равно были сильнее. — Пусть я иномирянка, но я ещё и перевёртыш, принадлежу к семье императора, так что, имею право на это «мы». — «Бессмертный» означает «не стареющий, не болеющий и исцеляющийся». Но вовсе не значит «неубиваемый». Они идиоты!
— Согласен, — кивнул Унрек.
— Это нужно суметь — так голову народу заморочить, — покачал головой Девиор.
— Фанатизм — он такой, — хмыкнул Килиан. — С логикой редко дружит.
— Вампиры тоже бессмертные. Только не сильно им это помогло, когда за дело взялись гаргульи! — гордо заявила я.
— В любом случае, мракобесы этого уже не узнают, — пожал плечами ректор.
— А что с ними будет? — поинтересовался Шолто, подкладывая Рокету в тарелку персик. — С теми, кто ещё жив?
— С каждым будут разбираться индивидуально. Тех, кто замешан в ритуальных убийствах, заманивании жертв, рекрутировании адептов — казнят. Тех, кому задурили голову, ждёт наказание. Определить, кто есть кто, не так сложно — есть те, кто уже получил тёмный дар, а есть те, кто пока лишь старался его заслужить. Кстати, все адепты «тёмного господина», находившиеся в нашей академии, дар ещё не получили. Для получения тёмного дара всегда требовалось либо лично убить во славу их секты, либо заманить не менее пяти жертв. Поэтому все, кто имеет тёмный дар, убийцы, без вариантов.
