— Вы сейчас не в той ситуации, чтобы предъявлять требования, — отрезал Хатч. — Своими словами вы лишь разжигаете во мне желание усадить вас в лодку и отправить обратно в Гватемалу.
— С твоей стороны это было бы не очень умно.
— А можно поинтересоваться, что могло бы помешать мне поступить таким образом? — заносчиво произнес Хатч. — У меня здесь подробный отчет моих людей с фотографиями и эскизами внутренней части пирамиды и подземной пещеры — в том числе и снимок золотого распятия с прикрепленным к нему рубином, которое торчит из тины на дне водоема. Так что я сейчас имею по данному вопросу гораздо больше информации, чем вы, и поэтому мне непонятно, почему я должен выполнять ваши требования, если я, по сути дела, в вас не нуждаюсь.
— Возможно, ты и прав. Однако на твоем месте я имел бы в виду, что все может оказаться не так просто, как ты думаешь.
Хатч недовольно поморщился, что могло быть для нас как хорошим, так и плохим признаком.
— Что ты имеешь в виду? — мрачно осведомился он.
— А то, что если даже мы и нашли в подземном водоеме золотое распятие, то — каким бы ценным оно ни было — это еще не означает, что все сокровища находятся именно там. — Пытаясь скрыть охватившее меня волнение, я говорил настолько медленно, насколько мог. — Тамплиеры вполне могли разделить свои сокровища на несколько частей и спрятать их не только под пирамидой, но и в других местах города, и если это действительно так, то тогда тебе, чтобы найти остальные части сокровищ, потребуется наша помощь.
— Как сказать. В моем распоряжении имеется бригада высококлассных специалистов и самое лучшее из всего поискового оборудования, какое только можно купить за деньги. Уже в ближайшее время эта бригада вместе с оборудованием прибудет сюда. — Обведя нас троих небрежным жестом, Хатч добавил: — Поэтому я не считаю, что мне может понадобиться ваша помощь.
— Ну да, конечно. Ты собираешься перерыть весь город и не оставить в нем камня на камне. Замечательный план. И если ты наткнешься на высеченный иероглиф майя, который будет указывать, где именно нужно искать сокровища, ты вполне можешь обратиться к какому-нибудь из имеющихся в твоем распоряжении высококлассных специалистов и он тебе его запрос-то переведет, да? Если же перевести иероглиф не удастся, то вы просто взорвете камень, на котором он был высечен, — да и дело с концом.
Хатч некоторое время молча размышлял над моими словами. Было заметно, что, прочитав оптимистический отчет, который сейчас лежал на его столе, он решил, что мы ему больше не понадобимся, а менять свое решение ему, естественно, не хотелось.
— Ну хорошо, — с явной неохотой сказал он. — Ваши фамилии будут упоминаться в числе первых в любой обнародованной информации о данном проекте, однако вы будете не более чем обычными членами моей поисковой бригады, а значит, вам придется работать на таких же условиях, как и всем остальным. А еще я вас предупреждаю, — Хатч поочередно ткнул пальцем в каждого из нас, — если у меня возникнет хотя бы малейшее подозрение в том, что вы скрываете от меня какую-то информацию или пытаетесь меня обмануть, я отдам вас в руки Горана и его друзей. И я, ни минуты не колеблясь, позволю делать с вами все, что им вздумается. Вам это понятно?
Кивнув в ответ, я посмотрел украдкой на Раковича и заметил, как его губы расплылись в садистской улыбке.
В течение нескольких последующих часов, поговорив то с одним, то с другим обитателем лагеря, мы выяснили, что те шесть вооруженных крепышей, которых мы здесь видели, были всего лишь наемниками и, как уклончиво выразился один из них, «специалистами по безопасности». Все они являлись бывшими бойцами южноафриканских подразделений спецназначения, бросившими службу и устроившимися на более высокооплачиваемую работу в компанию «Тэктикал Солушнз», услугами которой — по неизвестным нам причинам — решил воспользоваться Хатч.
Мы потратили все утро на то, чтобы свернуть свой маленький лагерь и перенести вещи в лагерь Хатча, а в полдень явились на центральную площадь Яшчилана, где возле фронтальной части «пирамиды на холме» нам предстояло снова встретиться с Хатчем.
Хатч уже стоял там, что-то обсуждая с Раковичем, который показывал ему пальцем на окружающие их руины. Со стороны эти двое были похожи на военных, проводивших рекогносцировку.
Мы остановились чуть поодаль, а потому не слышали, о чем они говорили. Ракович, закончив свой доклад, вскоре вернулся в лагерь. А Хатч, уже заметивший, что мы его ждем, неспешно направился к нам. Будучи в прекрасном настроении, он радостно сообщил:
— Все идет, как и было запланировано. Я поговорил по спутниковому телефону со своим адвокатом, и он сообщил мне, что разрешение на проведение раскопок уже получено — со всеми необходимыми подписями и печатями.
— И сколько денег ты потратил на взятки? — с сарказмом в голосе спросила Кассандра. — Чтобы получить такое разрешение, тебе, вероятно, пришлось обращаться к довольно высокопоставленным чиновникам, потому что на этот раз речь идет не о поисках мифических сокровищ где-то на морском дне, а о проведении раскопок в развалинах древнего города. Подобные раскопки, как тебе хорошо известно, наверняка причинят развалинам ущерб.
— При проведении поисковых работ я всегда стараюсь быть как можно более осторожным, мисс Брукс, — ответил Хатч, стараясь казаться уравновешенным и очень терпеливым. — Но поскольку вы и сами не раз участвовали в таких экспедициях, то знаете не хуже меня, что невозможно приготовить омлет, не разбив яиц.
От одного только упоминания о том, что она когда-то работала на Хатча, лицо Кассандры стало мрачнее тучи.
— А мне хотелось бы знать, — поспешил вмешаться я, пока разговор не перешел на личные оскорбления, — как долго ты за нами шпионил и зачем здесь вооруженные люди? Мы провели в этих местах довольно продолжительное время, и у нас не было ни малейших проблем с местным населением. По правде говоря, мы вообще не встретили здесь ни одного местного жителя.
— Я и мои люди прибыли сюда три дня назад. Что касается твоего второго вопроса, то осторожность и предусмотрительность никогда не помешают, а особенно в том случае, если речь идет о сокровищах стоимостью в миллиарды долларов. Для проведения данной операции моя компания «Хатч Мэрин Эксплорейшнз» получила от инвесторов рискового капитала более тридцати миллионов долларов, и я приму все необходимые меры для того, чтобы она увенчалась успехом.
— Тридцать миллионов? — изумленно воскликнул я, быстренько прикинув в уме, что эта сумма равняется двадцати пяти миллионам евро. — И на что ушли такие огромные деньги? Может, ты попросту купил весь Яшчилан?
