— Ну, ты же есть у меня?!
— Да, вроде бы, — неуверенно произнёс я.
— Не «вроде бы», а есть. Так и у Господа нашего есть дети.
— Ну, я понимаю, когда о Иисусе Христе говорят — «Сын Божий».
— Никогда его не было на самом деле. Ну, вернее, был, но никогда он не являлся сыном Бога, — поморщился Дьявол.
— А кто сын Его?
— У Отца нашего есть только дочери. Так, увы, сложилось. Мои сёстры были до поры до времени непорочны и идеальны. Но, появился ты…
— Кто они, сёстры твои?! — опечалился я, заранее зная простой ответ на вроде бы сложный вопрос.
— Стелла, Рита, Мария и Анастасия…
— Чувствовал я какой-то подвох! Знал я, что не так всё просто и случайно происходит со мною! А оказалось всё элементарно!
— Ничего себе, — элементарно!
— И что мне делать дальше!? Ведь я люблю всех этих женщин!
— Нельзя любить всех одновременно!
— А кто это сказал и установил?!
— Не знаю. То ли Бог, то ли Дьявол…
— Ну, что ты такое несёшь!?
— Да… Согласен. Я вконец запутался.
— Ну, и что будем делать дальше?
— А дальше тебе предстоит бой.
— С кем?
— С ними, с дочками Бога.
— Ты издеваешься?
— Да нет, говорю, как есть.
— А почему этот самый решающий бой не произойдёт между вами, — тобой и Господом Богом, между двумя старыми идиотами и маразматиками?
— Ну, во-первых, не кощунствуй.
— Извини. Ты же понимаешь, что я весь на нервах!
— Понимаю, потому прощаю.
— А, во-вторых?
— Что, во-вторых?
— Ты сказал, что во-первых. Если есть во-первых, то обязательно должно быть во-вторых.
— Ну, ты и пройдоха! — рассмеялся Чёрт.
— Весь в тебя!
— Да уж… Бой между Господом, отцом всего сущего, и мною, частицей его, не может состояться по той простой причине, что я ведь сын его. Ты мог бы убить сына своего, даже порочного и жестокого?
— Не знаю. Всё зависит от обстоятельств и конкретного момента… — задумчиво молвил я.
— Возможно, ты прав.
— Так, всё же, кроме дочерей у Бога есть, оказывается, и сын, то есть ты? — усмехнулся я и залпом выпил кружку водки. — А я кто!? Получается, что внук Господа?!
— Нет…
— Ничего не понял и окончательно запутался.
— Так чего ты требуешь от меня, от частицы Бога, чей промысел недоступен моему скудному уму?!
— Интересно, а Дьявол может сойти с ума?
— Ещё как может!
— Абсурд! Бред! Нонсенс! Галиматья!
— Согласен…
— А если ты всё-таки убьёшь Отца своего? — грустно поинтересовался я. — Ну, вдруг, случайно?
— Это невозможно.
— А, всё-таки? А вдруг?
— Я его никогда и ни при каких условиях не убью. Честь, благодарность и совесть мне дороже всего!
— И это говорит Сатана!?
— Да. Вот я такой.
— Хорошо… Я, вообще-то, устал. Вернёмся к теме битвы. И каким образом и как я буду противостоять дочерям Бога?
— Как, как… С мечом в руке и всем четырём одновременно.
— Ещё один вопрос.
— Внимательно слушаю.
— Но зачем эти дамы сближались со мною, гуляли и отдыхали, пили водку и коньяк, вступали в половую связь? И делали они это вполне искренне, и любили меня, и испытывали истинный экстаз и не менее истинный оргазм? Зачем они так искусно притворялись, зная, кто я есть, и кто есть они?
— Ничего они не знали. Знания, дотоле скрытые от них, они обрели только сегодня.
— О, как всё сложно и запутанно! — вздохнул я.
— А как ты хотел?
— Ничего я не хотел! И сейчас ничего не хочу, кроме покоя и любви! О, Боже! Чёрт его знает, что со мною происходит!
— И Бог знает и Чёрт знает! — расхохотался мой собеседник.
— Последний вопрос. Кто такие Милли, Серпент, Альба и все остальные Господа? Зачем существуют они и Энергетические Сгустки? В чём смысл всего этого?
— Если я отвечу тебе в полной мере, то ты всё равно мало что поймёшь. Если говорить вкратце, то существуют Сгустки и Господа для того, чтобы поддерживалось Всемирное Равновесие.
— Понятно. Так, хорошо… Я готов к битве. Где они, девочки мои любимые и ненаглядные, красотки шаловливые?
— А вот они перед тобою, — Стелла, Рита, Анастасия и Мария.
— И всё-таки я ничего не понимаю! Я думаю, что меня разыгрывают! Я являюсь объектом каких-то глупых мистических опытов и экспериментов!? Я что, вижу нереальные и дикие сны!? Я что, сошёл с ума?! Я нахожусь под каким-то гигантским микроскопом и при этом загипнотизирован?!?! Я что, и где, и как!? Я не могу так более!!! — заорал я.
— Держись, крепись, наш самый главный Герой-Любовник! — хищно улыбнулась Настя.
— О, как же страстно ты ласкал мою грудь! — ухмыльнулась Рита.
— О, как безудержно и истово ты исполнял свой мужской долг в одном сокровенном месте между моих ног! — рассмеялась Стелла.
— Милый! Мне было очень хорошо с тобой, поверь, — светло и чисто улыбнулась Мария.
— Вот в этом, последнем и искреннем ответе вижу я особую силу духа, глубину чувств, и готов не уронить свою честь! — воскликнул я и выдернул меч из воздуха. — Честь — превыше всего! И на небесах и под ними!
Я мужественно, смело и легко противостоял атакам сучек. Я весело и игриво уворачивался от ударов их мечей, я крутился и вертелся, филигранно владея своим, отражал атаки, и понимая, что я превосхожу всех их вместе взятых. Я только отбивал их удары. Ничего иного! А почему сучек было всего трое? А потому, что Мария тихо стояла у двери, и внимательно и скорбно наблюдала за схваткой.
— Девочки! Хватит! — устало произнёс я. — Закончим этот глупый и совершенно бессмысленный бой! Ну, зачем нам он нужен?!
— Нет! — дико закричали Стелла, Рита и Анастасия и яростно, и решительно снова бросились на меня.
— Ну, как хотите, — обречённо и тоскливо вздохнул я. — Получайте, сумасшедшие суки! Как вы мне все надоели!
Стеллу я остановил беспощадно-скользящим ударом меча слева. Тело женщины распалось на две части. Риту я остановил таким же беспощадно-скользящим уларом меча справа. Её тело то же немедленно и бесповоротно распалось на две половины. Анастасию я располосовал нетрадиционно, сверху и донизу. А может быть, традиционно?! Расчленять тушу любого существа следует, вроде бы, именно с головы? Или нет?
После всех этих трудов я опечалился, бросил окровавленный меч на пол и подошёл к Марии.
— Солнышко. Я очень устал. Я хочу, наконец, покоя. Я мечтаю принять душ, упасть во всепоглощающую, белоснежную и хрустящую постель, конечно, вместе с тобою, и забыться, и видеть только чистые, ясные и безоблачные сны! Хочу, жажду!!!
— Хочешь ты, или не хочешь… Жаждешь ты или не жаждешь… — холодно усмехнулась Мария и вдруг воткнула мне под сердце длинный, узкий и острый нож. — Прости. Люблю тебя. Но, обстоятельства, порою, выше нас…
