— Какая пенсия! — удивился Берия. — Иди министром внутренних дел Грузии. Там нужно навести порядок!
По пути в Грузию Деканозов изложил в карманной записной книжке свое жизненное кредо. «Работать только в системе ЛПБ» (Л. П. Берия. — А. С.). И сразу же Деканозов, зная о скоротечности поступающей к Берия информации, на очередном партийном собрании МВД Грузии произносит панегирик в честь своего шефа: «Чекисты Грузии могут гордиться, что работают под руководством славного сына Грузии, боевого министра Лаврентия Павловича Берия!»
С первых дней пребывания на посту министра внутренних дел Деканозов приступает «к искоренению национализма в Грузии», принимая участие в допросах и избиениях невинно арестованных людей. Снова до отказа набиты камеры тюрем в Грузии работниками райкомов и горкомов, директорами предприятий и учеными, прокурорами и учителями. Самых «рьяных националистов» Деканозов отправляет в Москву, в Лефортовскую тюрьму, — там умеют «потрошить» так, что даже самый упрямый и сильный становится «разговорчивым». В Москву же летят победные донесения о разгроме очередной «контрреволюционной группировки», о «признаниях» руководителей «осиного гнезда».
Не успел Деканозов выполнить до конца «установок» Берия.
Генеральный прокурор СССР Руденко 3 июля 1953 года «постановил мерой пресечения к уклонению от суда и следствия в отношении Деканозова В. Г. избрать содержание под стражей.
Копию настоящего постановления направить начальнику тюрьмы для исполнения»[24].
Если недавно Деканозов посылал Берия верноподданнические письма и донесения, обращаясь к нему не иначе, как «Дорогой Лаврентий Павлович», то теперь, оказавшись под следствием, спешит отказаться от своего патрона: «Я не враг и никогда не был в заговоре с Берия против партии и правительства. Моя вина и мое несчастье в том, что я верил этому человеку и не распознал своевременно в нем врага и преступника… Дополнить следствие больше ничем не имею, ходатайств к следствию не имею. В. Деканозов».
Пожалуй, самой зловещей фигурой из окружения Берия был генерал-полковник Богдан (Бахшо) Кобулов. К моменту ареста он был награжден 3 орденами Ленина, 5 орденами Красного Знамени, орденами Трудового Красного Знамени, Суворова I степени, Кутузова I степени, Отечественной войны I степени. Берия не жалел для своих сатрапов никаких наград и не раз требовал от Президиума Верховного Совета поощрений, явно не заслуженных. У следствия возникли сомнения: как случилось то, что Кобулов и другие награждались ПОЛКОВОДЧЕСКИМИ орденами, статут которых предусматривал награждения за «проведение успешных наступательных операций на фронтах Великой Отечественной войны». Какие операции провел тот же Кобулов в годы войны? Массовое выселение чеченцев, ингушей, балкарцев, крымских татар из Кавказа и Крыма в Сибирь и Казахстан? Или внедрение, по приказу Сталина, заградительных отрядов позади наших обороняющихся частей?..
Кобулов, как и другие из окружения Берия, безропотно исполнял все указания шефа, не выясняя причин и необходимости решения. Он был очень исполнительным, по-холопски преданным Берия. Вместо ума — старательность и чинопочитание, вместо собственного мнения — чего изволите…
«Телеграмма принята 23.07.1953. В 1935–1936 годах в должности начальника особого отдела НКВД Грузии работал Керкадзе Мариан — член КПСС с 1917 года. Во время выборов делегатов фамилия Берия была кем-то вычеркнута. Подхалимы Берия: Кобулов, Рапава, Рухадзе заподозрили в этом Керкадзе. Арестовали его с женой. Дело вел Рухадзе, который применял в отношении Керкадзе и его жены физические репрессии. Затем обоих вывезли в Москву, где дело вели лично Рухадзе и Кобулов. Керкадзе был осужден на 8 лет, жена на 5 лет за ведение антисоветской агитации…
В числе близких и доверенных людей Кобулова находился сотрудник НКВД Грузии Давыдов Николай. Братья последнего (Александр, Саркис и еще один) имели в пригороде Тбилиси большое хозяйство. Кобулов был постоянным гостем и участником многочисленных и богатых кутежей. Кобулов не брезговал и денежными поборами. Чтобы убрать свидетеля своих пьянок и похождений и для создания себе авторитета, состряпал мифическое «дело» о террористической организации, которая ставила якобы задачу уничтожения Кобулова. Вся семья Давыдовых и их ближайшие родственники были репрессированы по первой категории. Под видом борьбы с троцкистскими организациями Кобулов организовал уничтожение неугодных ему и Берия людей. После уничтожения овладевали ценными вещами, охотничьими ружьями. По указанию Кобулова было сфабриковано дело на начальника 2-го отдела СПО НКВД Грузии Левона Абашидзе — молодого, сильного, растущего чекиста. Кобулов испугался, что Абашидзе займет его место, и поэтому убрал его со своей дороги.
В ГПУ — НКВД Грузии работал Хатискаци, который был женат на красивой женщине Анне Квашали. Берия склонил Анну к сожительству, в результате Хатискаци развелся с ней. В 1937 году Хатискаци был репрессирован по первой категории. Зам. министра ВД ГССР Каранадзе».
При аресте Кобулова у него было изъято 7 пистолетов, 5 охотничьих ружей английского производства.
На допросе 13 октября 1953 года генерал-полковник Б. Кобулов показал: «Берия в тридцатые годы был полновластным хозяином Грузии, и все организации и учреждения, в том числе и НКВД, беспрекословно выполняли его требования»[25].
«Особого внимания, — продолжал Кобулов, — заслуживают вероломство и мстительность, проявляемые Берия в отношении неугодных ему лиц… Берия — карьерист, авантюрист и бонапартист. Все это после смерти И. В. Сталина выявилось гораздо резче, чем раньше. Это действительно заговорщик…»
На следствии поначалу Берия отказался что-либо сообщить о подготовке заговора, уводя своими пространными объяснениями в сторону и следствие, и работников прокуратуры СССР.
Нарком внутренних дел Гоглидзе «стальной метлой» очищал ряды грузинского народа от националистов, членов контрреволюционных организаций, вредителей и их пособников. «Особая тройка» НКВД Грузии за 1937–1938 годы под председательством Гоглидзе рассмотрела 12 382 «дела», из них к высшей мере наказания — 6767, осуждено к различным срокам — 5590 человек. Фактически подменялись суды и прокуратуры, большинство дел решалось «тройкой» Гоглидзе.
Берия люто ненавидел Серго Орджоникидзе. Серго, как и Киров, доподлинно знал все черное прошлое Берия и, естественно, мог в любую минуту рассказать об этом не только его окружению, а вынести этот вопрос на Пленум ЦК. До него не доберешься — член Политбюро, член ВЦИК.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
