Услышанное побудило Армандо действовать скорее.
Бизарра была приморская область с главным городом — портом того же названия на границе с Лиатином. Армандо там не бывал, но слышал, что места эти бедные, дикие. Земля еле — еле кормит крестьян, злаки родятся плохо, зато виноград — неожиданно хорошо. Живут там в основном за счет рыбной ловли и торговли самыми лучшими винами на континенте. Сами виноградари их не пьют, а продают, чтобы купить себе все необходимое. А еще местные жители живут пиратством: большую часть пиратов прибрежных вод составляют выходцы из Бизарры.
В гостях у Дешерна сейчас как раз находился герцог Бизаррский. Да — да, тот самый господин средних лет. Вторым был маркиз Гаттуан. О его доменах маг ничего не знал, но слышал это имя: маркиз входил в состав Королевского совета и был приближенным самого короля. Кто бы стал приближать к себе того, кому не доверяет? А этот скользкий как угорь тип явно не заслуживал доверия.
Ну что ж, надо дождаться утра. А пока следует дать указания своим ребятам, в первую очередь Гарву и Лапунде. Да, Лапунда стал уже для Армандо своим. Да и стоит удобно, до Гарва же еще добраться надо.
Он наклонился к самому уху бывшего интенданта и зашептал:
— Завтра, когда будут приковывать к веслу, держи руки при себе.
Ансельмо воззрился на него как на ненормального. Как так? Ведь его будут бить за непослушание. Пришлось пояснить.
— Тебе ничего не грозит. Увидишь, что будет. Главное чтобы тебя не приковали по — настоящему.
— Иллюзия? — выдохнул мужчина.
— Она самая. Передай это указание Гарву.
— Сам он постарался протиснуться к Жоану и напомнить ему про заварушку по сигналу. Тот подтвердил, что все помнит и сделает.
Это была самая длинная ночь в жизни Армандо, но когда она кончилась, он пожалел, что время нельзя растягивать. Всю ночь он морально готовился к тому, что предстояло сделать. Проигрывал в уме все возможности, оттачивал заклинания, которые собирался применить, разминал пальцы для пассов и заодно прикидывал, что им может помешать. Выходило, кроме самого Дешерна — ничего. Если он за весь день не появится на палубе, тогда дело придется отложить. Но такое случалось крайне редко и Армандо решил положиться на свою удачу. А еще он заключил сам с собой договор. Если все пройдет как он планировал, то в ту же ночь он откроет свое сознание и свяжется наконец с Диной. Узнает, как она, что она, помнит ли, ждет ли. И если ждет, это будет ему наградой за все перенесенные страдания.
Глава 29
Утро выдалось как по заказу: тихое и туманное. В двух локтях ничего видно не было, поэтому галера еле двигалась. Капитан был осторожен: не хватало еще в тумане на что‑нибудь наскочить. Но рабов выгнали на палубу и стали пристегивать к веслам. Мало ли, вдруг туман рассеется.
Лапунда старательно выполнил указания Армандо. Когда его хотели пристегнуть, он спрятал руки за спину. Маг же создал иллюзию, на которую и были наложены кандалы. То же самое было проделано с Гарвом и с самим Армандо. Когда же надсмотрщик прошел вперед, пристегивая следующий ряд, Армандо тихо отдал приказ взяться за весло и поменял картинку. Теперь на настоящих руках красовались призрачные цепи, а настоящие кандалы мужчины затолкали под сиденье.
Оставалось ждать появления графа и тот не замедлил появиться. Для начала стал распекать капитана, как будто тот лично нагнал туман. Затем велел ускорить галеру: впереди не должно быть рифов.
Капитан отвечал вежливо, даже подобострастно, но стоял на своем. Профессиональная честь моряка боролась в нем с данной графу клятвой, не позволяя сделать то, что он считал вредным и опасным. Наконец граф угомонился, успокоившись на том, что гребцы только чуть — чуть ускорят бег судна, а на носу специально отряженный матрос будет следить за морем и дудеть в специальную сигнальную дудку.
Наконец капитан отдал распоряжение, забухала литавра, взметнулись весла, а граф собрался уйти к себе в каюту. Отпустить его сейчас? Ну нет! Надо привлечь внимание.
Армандо рискнул. Сначала резко закашлялся, чуть усилив звук, чтобы он не потонул в тумане, и заметил, что Жоан вдруг встал, а затем согнулся, имитируя приступ боли в животе. Отлично! Его не могли не заметить и не обратить внимание.
Действительно, все надсмотрщики ринулись по проходу к бедному Сертану. Даже граф заинтересовался: встал у лесенки, которая вела к гребцам, стараясь разглядеть, что происходит. И тут Армандо кинул очень качественную иллюзию. По нижней палубе, сверкая и звеня, покатилось колечко. Красивое, дорогое кольцо с алмазами, его образ Армандо взял из памяти. Такое носила супруга Кармелльского градоначальника.
Покатилось, описало круг и легло как раз против банки, на которой сидели Армандо, Гарв и Лапунда. В жадности ли было дело, или в том, что Дешерн желал досконально расследовать, откуда взялась такая штука, но он быстро сбежал вниз, остановился около сидевшего с краю Лапунды и нагнулся.
Бывшему капитану ничего объяснять не пришлось: он опустил тяжелый кулак на голову графа и тот беззвучно свалился на пол. Никто этого не заметил. Армандо на мгновение накрыл их пологом безмолвия, все надсмотрщики были заняты избиением Жоана, а гребцы сидели к ним спиной.
Тут же Армандо встал уже в образе Дешерна, и Лапунда с Гарвом живенько запихнули бесчувственное тело себе под лавку. Армандо дал последнее указание: вести себя как обычно до его команды и поднялся на верхнюю палубу. Теперь уже там стоял не граф, а он в образе графа. А вот между Гарвом и Лапундой занял свое место созданный Армандо фантом. Первая часть плана прошла удачно.
Он благословлял два обстоятельства. Одно было природным: ростом и сложением Армандо походил на Дешерна, а это облегчало задачу наложения иллюзии. Трудно выдать коротышку за высокого, еще труднее выдать рослого за недомерка. О том, чтобы прикинуться графом. Армандо подумал еще в тот момент, когда впервые его увидел. Наконец это у него получилось!
Второе благоприятное обстоятельство заключалось в том, что злобный граф брал со своих подчиненных именно клятву Карвера. Заклятье делалось на крови, но было половинчатым. Существовал и другой вариант клятвы, более сложный, дающий более полноценный результат. Но вот привязать этим способом к себе толпу людей было нереально.
Для того, чтобы связь была полной, во время обряда хозяин тоже должен был пожертвовать своей кровью. Но ее для этого Дешерн, естественно, пожалел. Еще бы: на такую кучу народа ему бы пришлось отдать все, что текло в его венах. Поэтому его несчастные рабы преданно служили не тому в ком текла кровь графа, а тому, кого искренне им считали. Сейчас хозяином для них был Армандо, гордо озиравший галеру с верхней палубы.
